Изгнанники. - страница 41

— Даже очень, — ответил Зарок, — и печалит одновременно. Но ведь всё уже кончено, о чём говорить.

И оставил их, улетел грустить в одиночестве. Разминулся с Громом. "Ничего себе, кончено!.. Нет, Зарок, раньше ты знал, что она живёт где-то, но не знал где. А теперь не известно жива ли, но вот где она, теперь ты знаешь точно!.."

— Бест, конечно, ты мне не поверишь, надо, надо было сказать ему!.. Но тот мир, в который мы заглянули вместе с тобой... Так похож... И ты тоже засомневался, что это мир чистого хозяина. Тот или не тот, предположим, да. Скажи, почему, будучи хищницей, она не открыла нам, когда мы стояли у рамы?

— Потому что нас было двое, Индиго. Шансов мало, зачем рисковать.

— Рисковать? Чем?

— Тайной. Открывая своё лицо. Может быть, она активно торговала, охотилась на рынках, а тут мы. Чистые хозяева с роду к себе не приглашали.

— Бест, я просто не верю! Слетаю и взгляну ещё раз. Какой шиповник, какой кот!..

— Что?

— Мир очень милый.

— Какой кот, Индиго? — Сонии-сан переспросил его, изумлённо раскрыв глаза.

— Нормальный кот, серый... Что вы так смотрите? Бест, ты что? Мы же стояли рядом, кот за шиповником, у стены...

Бест поднял руку:

— Подожди, подожди. Я видел только дом, кусты и дорожки. Да я не особо и приглядывался. Может быть, там был нарисованный кот? Или скульптура у входа?

Индиго рассмеялся:

— Нет, настоящий!.. Словно во Впечатлении. Он дышал, спал в тени, какая скульптура?..

Индиго был достаточно убедителен, чтобы все призадумались. Сонни-сан утвердительно качнул головой:

— Значит, это не выдумки. Возможно сделать. Нарочно, будучи чистым хозяином, всё понимая, с открытыми глазами превратить гостя в живой артефакт. И верится и не верится.

— О чём ты?

— Индиго, — обратился к нему подошедший Амарант, — а тебя совсем не смутил этот кот? Разве ты видел зверей прежде, любых, каких угодно зверей, в прихожих чужого мира, или здесь, на континенте?

— Нет. Только во Впечатлениях, ну и тени-рыб, чудовищ, конечно.

— И сразу — целый кот? Внезапно. И он не насторожил тебя?

— Нет! Понравился! Я не понимаю, к чему ты клонишь.

Сонни-сан прервал начинавшуюся перепалку:

— Индиго, животных нет на свете. Ни больших, ни малых, никаких. Либо они вышли за пределы нашего восприятия. Они были подобны нам, людям эпохи до дроидов. Не похожи по форме, но подобны по сути. Если бы жили сейчас, имели бы Огненный Круг, как и мы. Подумай, разве откуда-то появляется Восходящий, иначе, как со дна Великого Моря? Разве может Восходящий забрать из Впечатления подобного себе и заключить потом в Собственный Мир?

— Не может, абсурд, — ответил Индиго.

— Не может, правильно. Но гуляет такое поверье: первого, приглашённого в Собственный Мир, хозяин, не хищник до этого момента, а чистый хозяин, способен превратить из живого в "как бы живое". Не в вещь, а вот в такой удивительный артефакт, движущийся, лишённый Огненного Круга, кажущийся живым. За подобными артефактами, говорят, и была начата одна Большая Охота... Хотя, ни зачем они не нужны, и не все так заманчивы, чтобы сходить с ума... Если твой кот, это кот, то значит, всё правда. Теперь понимаешь?

— Думаю, этот кот и лежал там, как приманка, — добавил Гром.

— Тебе виднее, ты их уловки лучше знаешь, — сказал Бест и поинтересовался. — А могло сработать?

— Ещё как! — Гром кивнул в сторону Индиго. — Не заметно?

Поистине, верить можно только плохим новостям. Что бы ни узнавал Индиго нового с момента утраты, всё разочаровывало, отгрызало кусочек мироздания, по-прежнему открытого в его представлении, всё ещё полного надежд, отламывало уголок за уголком. "Нет, совсем нет зверей на свете..."

— И почему, Амарант, когда исчезли звери?

— Давно. Я не знаю. У меня много старых книг, но все разрозненные, большинство — чьи-то фантазии. С исчезновением зверей косвенно связана легенда о создании двух дроидов, близких изгнанникам — Чёрного и Белого Драконов. Хочешь, расскажу.

— Я тоже не знаю, — удивился Гром. — Рассказывай.

— Ладно. Она не длинная, легенда.

"С самых давних времён звери использовались людьми, погибали, чтобы стать одеждой, пищей... Пища для них это не как переживание для нас, не одно лишь Впечатление вкуса. Это как, если бы нужно было топливо для Огненного Круга. И то, и то — и еда, и одежда не всегда и не обязательно делались из зверей. Но так было. А ещё на них ездили. По земле. И ещё они погибали, для развлечения, очень дурного, я не разобрался вполне, зачем они так поступали... Но и без того можно сделать вывод, что звери всегда были в низшем положении, кроме давних-давних эпох, тогда люди и сами были зверьми. Наступил момент, когда появились первые дроиды, роботы. Затем автономные дроиды. Затем они возросли, стали менять людей и собственные формы. Мало-помалу, исчезли явления, с которыми не был связан процесс перемен, которые не помогали ему. Звери в том числе, и весь прежний мир. Они оказались за пределами их, дроидов, и нашего восприятия. Дальше среди дроидов случился раскол. Оставшиеся во взаимодействии с людьми стали развиваться дальше, пошли разделяться на расы, семейства. Полностью автономные исчезли.

Так вот, за время преобразований дроиды оставшиеся рядом с людьми не принимали форму зверей никогда. Она не ценилась. Не уважалась. Это были низшие формы, по определению, подчинённые или враждебные. Такое представление, усвоенное дроидами ещё от людей. Тем более что на заре создания автономных дроидов, совсем ещё зависимых и примитивных, люди как-раз-таки придавали им звериные обличья. Больше для развлечения, может, для красоты, может, чтобы молчали, наговорились с первыми, с роботами... Оно сохранилось в истории!.. Дроиды памятливы!