Изгнанники. - страница 48

И подмигнул Индиго, открывшему рот... "Да, я звал! Небо и море!" Дракон огляделся с недовольной гримасой:

— Мрачновато, ой мрачно тут...

Глава Там откровенно наслаждался представлением, откинувшись на троне. Паяц сел на свой и подобрал ноги. Юноша-дракон направился к нему мимо всех остальных, прямо. Остановился перед троном и произнёс раскатами низкого, громового голоса:

— Белые Драконы!!! Это дроиды независимые навсегда!!! Мне ничто ваши законы! Мне ничто ваши ловушки!.. Я делаю то, что хочу!

Отошёл, с кем-то в толпе переглянулся, кому-то с улыбкой поклонился:

— Вы уж извините...

Подошёл к Индиго:

— Живой?

Обратно преобразился в дракона. Подождал, пока тот, веря и не веря, решится сесть... И вынес его из подземелий на свет, поднимаясь широкими кругами.

Глава 12.

Глава 12.

Индиго улетел с прекрасным и преданным другом из Пустого Чёрного Мира, но из пустоты в своём сердце не смог улететь. Глава Там оказался ближе других к истине, Индиго прошёл ловушку насквозь, как и сквозь всё остальное, что могла предложить ему жизнь изгнанника, она не захватила и не удержала его. Только владыка Дом отпечатался на сетчатке. Индиго говорил лишь о дроидах, думал о дроидах... И он очень обидел дракона, повторив многократно совершённую до него глупую попытку... разбиться. Залетев высоко, спрыгнул, был пойман драконом, снова и снова, и так до самой земли, на которую Белый Дракон злорадно позволил ему шлёпнуться. Но зато он заговорил, а не хотел ни в какую...

— Ладно, что ты хочешь?

— Для начала, почему — ты — не говоришь со мной, почему — ты?!

— Я дроид... — фыркнул дракон, в этом смысле я от других не отличаюсь. Отвечу: у каждой расы дроидов есть секрет, или несколько, знать которые человеку не надо. Но когда начинаешь отвечать, неизбежно к ним приходишь, неизбежно...

— И какой у Белых Драконов?

— Вот!!! Вот, я только что...

— Понял. Не понял... а почему не надо?

— Ну, вот же!!!

— Но ты сам мог начать с чего-то другого!.. Ой, нет, я спросил...

— Ой, вот именно!.. — передразнил дракон. — Я хочу, чтобы ты так больше не делал, не падал. Чем я могу тебе помочь?

"Неизбежно приходишь... — повторил про себя Индиго. — К вопросам закрытым от людей... Значит, я хочу подойти к ним ещё один раз, последний..."

— Я хочу, — заявил он с торжественным отчаяньем, — один единственный разговор с дроидом, как с человеком, с главой семейства Дом. Это возможно? И в этом ты способен помочь? Если нет, то прости меня за выходку, я не шантажист, не хотел тебя обидеть.

— Представь себе, способен. Но пойми, что Дом — дроид холода!.. Секунда его пребывания весит не меньше, чем всё тепло, в круглой штуке у тебя на груди. Это будет единственный и короткий разговор. Дроид не причинит вреда человеку.

— Вот про это не будем...

— Ты не понял произошедшего...

— Я и пытаюсь понять! Значит, да?

— Да.

Амарант и сильно переменившийся Индиго играли теперь периодически в "философию". Вернее сказать, Амарант играл, а Индиго работал игрушкой. Но начинал именно он, приставая с вопросами.

— Как ты думаешь, почему Царь-на-Троне совершает такое одним своим появлением, почему он настолько прекрасен?

— Индиго, — отвечал Амарант, — я загадаю тебе загадку, а когда ты мне ответишь, то и я тебе отвечу.

— Чёртов ты дроид, — соглашался Индиго на его условия, — как же мне это надоело.

— Ничего, если интересно, подумаешь. Думать полезно и увлекательно. Слушай. Представь себе круглый гладкий диск, он вращается. Теперь скажи, та точка в центре его, которая не вращается вовсе, она есть или её нет. Ответь, и я отвечу.

— Нету её, если он весь вращается.

— Как же так, ведь это цельный диск? Значит, там дырка в центре. Ответ не принимается. Ты торопишься, иди и подумай.

— Ладно, она есть.

— Не может быть, Индиго. Он же весь, а не вокруг неё вращается.

— Она и есть, и нет. Она очень маленькая.

— Игра слов. Увидимся.

— Конечно, чего от тебя и ждать...

И при следующей встрече расклад повторялся снова, пока Амарант не начинал подсказывать:

— Индиго, я сказал: "диск — вращается", внимание, я спросил: "есть или нет?" Понимаешь? Два на два. Диск, это предмет, это пространство. Вращение, это действие, это время. Есть или нет в пространстве? Есть или нет во времени? Почему ты думаешь об этой точке сразу и только лишь в пространстве? Возможно, я спросил, есть ли она во времени?

Индиго слушал дальше, открыв рот и "чёртовым дроидом" уже не обзывался.

— Смотри, — продолжал Амарант, — мы видим Огненный Круг, как кольцо. Но об этом говорит только зрение. А если он — диск? И в центре та самая точка? Он крутится, он есть. И она есть, конечно, — в пространстве, в груди. Но не во времени! Раз в ней вращения нет... Для неё нет времени, нет кружения, нет перемен. Как прекрасно! Это Царь-на-Троне, пребывающий в середине твоего Огненного Круга, Индиго. Разве он не прекрасен? Каким ещё ему быть?

Захваченный картиной, Индиго проговорил шёпотом:

— Почему же он дроид?.. Значит и я — дроид?

И снова Амарант отвечал ему:

— Это игра слов. Иди, поразмысли на досуге, что дают наименования, а чего они не дают.

— Ладно, — говорил Индиго, — а холодные дроиды?

— Что?

— С чем ты сравнишь их?

— Возможно, с твоим упрямством? С желанием получить ответ, не задав вопроса?

— Пропади ты в море! С твоей стороны, это тоже только игра слов, красиво сложенные слова!

В другой раз Индиго спикировал к нему на драконе, кубарем скатился на верхнюю террасу и начал без предисловия:

— Если принять твою аналогию с диском, почему же любой так страшится финала? Огненный Круг замедляет вращение, пока он не остановится, не сравняется, не превратится весь в свою центральную точку, вне времени, вне вращения, которую ты сравнил с Царём-на-Троне, с прекраснейшим дроидом! И это должно быть прекраснейшим переживанием!