Изгнанники. - страница 91

— Два, — ответил он быстро, кивнув, с изумлением в голосе, — всего только два. Три человека надо, чтобы сделать рынком Собственный Мир. Два Впечатления надо, чтобы застить дневной свет, сделаться... монстром? Так ты назвала его, Селена?

Пазл начал складываться в её голове, и Селена содрогнулась. "Сократ не безумен. То есть, он-то безумен полностью, но произнёс не пустые слова. "Изгнанники победили..." — сказал он. А Индиго что говорил: "Того стоит..." Ты передумал! Того не стоит, Сократ, верно? Того не стоило, а значит, мы победили. И это уже свершилось для тебя".

Юноша в длинном одеянии, перепоясанный, с широкой пряжкой, с ярким обручем на голове сидел по левую руку от неё прямой и безмолвный, глядя за невидимый ему горизонт. "Вы победили... Никого не осталось в живых... Конечно! Если сам был не прав, как исправить это? Как выиграть? В каком случае ты не назовёшься побеждённым? — Если некому будет тебя так назвать! Если не останется победителей... Сейчас? Сократ, сейчас ты едешь за этим?!"

— Сократ, ради неба и моря, и милости дроидов, никого?! Не останется никого?!

Тень остановилась.

— Изумруд останется. Ты останешься. Архитектор... Они договорятся, владыка земли с владыкой моря. Только Морские Чудовища. Но не люди. Он не монстр, Селена, он гениален. Что имеет хозяин Собственного Мира? Островок посреди облаков, ручеёк, рощицу, домик под крышей... И вечность на то, чтобы дрожать перед мыслью об единственном госте, не смея выйти наружу. А я, благодаря его гению, владел тысячами реально существовавших миров! Я гулял по ним во стольких обликах, столькими глазами рассматривал...

— ...что ослеп. Сократ, Собственный Мир не горстка земли, а пение дроида, переливающееся свободно.

Селена выпалила и испугалась. Сократ опустил голову, из-за полы одеяния достал её кнут, целый, не опустошенный...

— Не будем о дроидах. Лучше о людях...

— Прости, если...

— Нет, ты не так поняла, — Сократ протянул ей бич. — Хочешь защитить их? Легко. Им жизнь, мне смерть. Лёгкая, за все их жизни одна плата — чтобы мне не встречаться с Чёрным Изумрудом.

Селена отдёрнула руку:

— Почему я? Спускайся вниз и умри в бою!

Лицо Сократа исказилось такой внезапной болью, что она отпрянула.

— Я сильней их!.. — зарычал он. — Неужели не видно?! Ты даже представить не можешь, насколько сильней!.. Кроме одного…

— Подожди-подожди-подожди!.. — Селена говорила быстро, успокаивая, подняв руки. — Сократ, подожди. Поговори с ними, раз едешь, как парламентёр. Хоть немного, хоть раз поговори! Изгнанники выжили на континенте только потому, что начали разговаривать друг с другом...

— Выжили? — Сократ усмехнулся.

Неправильная стратегия. Селена тронула его за рукав:

— Почему ты ищешь смерти? Тебе больно? Беспокойно? Это тело мучительно для тебя?

— Нет!!! Проклятье!.. Я не могу отпустить их, Впечатления, оставшиеся внутри! Они — это я! И они могут переходить лишь в тени! Мне не справиться с таким количеством лютых, присущих теней! Мне не вырвать их, это невыносимо! Чистая Вода забвения, встань я под водопадом, смоет их вместе со мной... Она облегчает, она даёт забыться за день дюжиной глотков... И только!

— Но почему? Им непременно надо во что-то переходить, в тени… — Селена трясла его за рукав. — Ты же сам их выбрал… В какой момент они стали враждебны? Когда ты захотел избавиться и не смог?

— Сразу!!! После первой же тени! Сразу, но я мог только прибавлять! Новые, новые, новые! А снаружи становилось всё темней...

— Ты соврал, что не больно...

— Мне страшно! Я так далеко зашёл во тьму, очутился у другого края... Осталось шагнуть... До края мне ближе, проще, чем повернуть назад... Легче... Они стоят у меня за спиной!.. Я не хочу видеть их!.. Ты отказываешься, Селена? Мне смерть, изгнанникам — жизнь. Ты не любишь их, хищница?

— Люблю. Мне было теплей рядом с ними, даже когда меня гнали. И ни одному из них, — тронула плечо Сократа, — ни одному нарочно я не причиню вреда.

— Монстру, Селена!

— Поговори с ними!..

— Вот, я говорю с тобой, и что? А ведь мы хищники оба, оба Морские Чудовища.

— Поговори с Бестом.

— Монстр — с чистым хозяином?.. Так понимаю?

Тучи в небе над пещерами стали закручиваться воронкой. Селена обмерла. Ярко светился обруч на голове Сократа.

— Поговори с ними!..

Тень стремительно несла их к пещерам. Уже различимы стали фигурки людей, смотрящих в небо. Чёрный силуэт Изумруда.

— Поговори!..

Сократ, щурясь, наблюдал тьму небесную... И сказал:

— Ты останешься. Он останется. Разговор закончен.

Глава 27.

Глава 27.

Воронка грязно-серых туч снизилась, пожелтела, стала в центре отвратительно лиловой, расселась. Сократ обвёл рукой обруч на своей голове, поморщился... Края воронки снизились до самой земли, закрыв панораму. Раздался подземный гул, переходящий в рёв. Тучи собрались в ленты восходящих потоков, заново образовавшаяся воронка стала багрово-чёрной... Горы дрожали, как марево... Верхняя терраса, а за ней своды пещер обрушились с грохотом!.. Облако красной пыли накрыло фигурки людей.

Потеряв дар речи, Селена смотрела на хищника. Сократ ждал, когда осядет пыль и хмурился. Несколько Белых Драконов, как тонкие иероглифы на багровых разлитых чернилах, рванули в небо, брызнули в разные стороны, за пределы воронки, но она расширилась и поглотила их. Сократ, подобно своему учителю, не глядя, пошарил рукой в небе. Через несколько мгновений маленький рыжий летяга оказался в его руке. Подобную витой цепочке тень Селена увидела на его шее, чьи звенья становятся невидимыми по мере удаления от тела. По-прежнему не глядя, Сократ впустил зубы в рыжее тельце, закрыл глаза и жадно выпил Чистую Воду забвения. Острые, тонкие зубы. Единственный глоток. Отбросил летягу прочь, так и не взглянув на него. Прикрыл рот рукой и долго сидел, зажмурившись.