Смерть Несущая. Дар Грани - страница 118
– Да знаю я! Ты можешь не перебивать? Или рот совсем не закрывается? Вот потому и замуж никто не берет! Была бы ты немая – цены бы тебе не было!
– Да ты на себя посмотри! – начала было Рита, но любопытство все же взяло верх. – Ладно, говори, что еще-то произошло?
– Заходил нынче глава городской стражи, выпил хорошенько и кое-что рассказал…
– Да что уже? Чего ты вечно телишься?!
– Если бы ты не перебивала, я уже давно бы все рассказал! Но тебе все неймется!
Честно сказать, в этот момент мне и самой стало интересно, что же все-таки так взбудоражило город. Но если эти двое будут продолжать беседу в том же темпе, узнаю я это ближе к полуночи.
– Так вот, Сэймур сказал, что за последние две недели уже четверо убитых: эльф, гном, вампир и вот теперь оборотень. Тела у них будто высушены были, и сердца на месте нет. А самое страшное – поговаривают, будто бы несколько дней назад у одной купчихи из южного квартала пропал младенец!
– Ах, неужели! – В голосе Риты не проскользнуло и толики страха или сожаления, скорее неприкрытый интерес.
– Сэймур считает, что все это – дело рук одного и того же существа. Скоро в город прибудет специальная следственная группа из МАМ.
Тэймир был откровенно неспокойным городом. Подобные происшествия случались частенько. Конечно, смущал способ, выбранный для убийства, но, зная Риту, моего начальника и главу городской стражи в состоянии крайнего опьянения… Одним словом, когда рассказчиками были эти трое, выходило по-настоящему жутко, кроваво и завораживающе. А вот известие о том, что в Тэймир прибудут маги из МАМ, насторожило, ибо теперь само слово «МАМ» вызывало конкретную ассоциацию – проблемы.
Я ушла из таверны, не сказав ни слова. Сейчас мне хотелось увидеть Лео. Подсознательно я даже была рада, что нашелся повод поговорить с ним… Несмотря на то что я все еще была зла на него, но скучала по нему все же больше.
Что это, утро или вечер? Солнце встает или садится? Он задавался этим вопросом всякий раз, когда приходил в себя. Иногда это случалось где-то в толпе людей, но чаще – в лесу или на окраине города. Все слабее становился разум, с каждым разом концентрацию удавалось держать с трудом. Дни превращались в пеструю вереницу мелькающих перед взором фрагментов. В редкие мгновения осознанного бодрствования перед его взором вставали совершенно невообразимые картины. Или то были вспышки безумия? И каждый раз он не мог поверить, что способен на нечто подобное, что именно он проводил страшные кровавые ритуалы древних, омывая свой клинок в крови, делая его более совершенным… единственным в своем роде, подходящим.
«Да, да, еще совсем немного, – крутилась у него в голове настойчивая, но чужая мысль. – Пять жизней низших напоят сталь, и только так она станет закаленной… только так! Первая жизнь – земля, вторая – камень, третья – огонь, четвертая – воздух. И пятая, последняя, но самая важная – вода… Море людское не иссякнет даже на краю миров… Но вода должна быть чистой, ведь только в самой чистой воде рождается настоящая сталь!»
Он помнил каждое лицо, помнил, как несколько дней подряд забирал одну-единственную жизнь. И все сложнее мог поверить, что он – больше не он, а лишь осколок личности, чудом уцелевший на задворках чужого сознания.
И сейчас, глядя на четыре таких разных, но все еще кровоточащих сердца, лежащих перед ним на каменном алтаре в самом центре непроходимого леса, он не мог найти в себе силы разомкнуть окровавленный кулак, который все еще сжимал что-то маленькое и теплое…
Дома у Лео было неожиданно оживленно. Но прежде чем я смогла попасть внутрь, у меня состоялся весьма неприятный разговор на крыльце. В этот раз меня поджидала эльфийка. Нежное белокурое создание с огромными печальными коровьими глазами и длинными ресницами, аккуратный ротик, крошечный носик… В своем голубом платьице она выглядела как несправедливо обиженная куколка. Про таких говорят, что рука не поднимется причинить им хоть какую-то боль. Белокурые пряди развевались при малейшем дуновении ветра, девушка казалась такой беззащитной и хрупкой, что, даже зная, кто это на самом деле, я хотела обнять ее и защитить.
– Как ты могла? – зло сверкнув глазом, обратилась она ко мне, стоило ступить на крыльцо. – Как могла припереться сюда после того, что со мной сотворила!
Она завизжала, и все очарование образа исчезло.
– И тебе привет, Пэм, – буркнула я, не обратив внимания на ее вопрос.
– Ты… – сквозь плотно сжатые губы взвыла она, решительно шагнув ко мне. – Хоть представляешь, какие у меня энергопотери из-за тебя?!
– Да мне плевать, – отмахнулась от невменяемой «домовихи» я. – И если не хочешь пережить нечто подобное вновь, лучше отвали от меня! Я тебя знаю всего ничего, а у меня уже руки чешутся утопить твой «волшебный» шар в ближайшем болоте!
– Ладно, – нервно потрясая головой, отступила она. – Но я запомню! Все запомню!
– Да пожалуйста, – фыркнула я в ответ, проходя мимо нее и с досадой отмечая, что я никогда в жизни не видела столь прекрасных женщин, в которых время от времени обращалась Пэм. Было завидно.
Стоило войти в прихожую, и я услышала возбужденные голоса. Как это ни поразительно, ругались два самых миролюбивых обитателя дома. Орэн постепенно переходил на крик, что само по себе невообразимо, в то время как Тарий раздраженно шипел.
– Как ты не понимаешь? – свистящим шепотом возмущался вампир. – Мы не можем отправиться на Кайрус!
– Не понимаю! Зато я хорошо понимаю, что ты предлагаешь мне бросить единственную уцелевшую часть моей семьи! Как я могу отпустить свою дочь туда, где не будет практически никого, кто смог бы поддержать ее в сложную минуту!
