Три Меченосца - страница 120
– Магам Тригорья в равной мере рассредоточиться по крепости! Скажи это всем, кого увидишь, Вирридон!
– Хорошо! Но мне думается, что все и без того сделали это и уже готовы к бою.
Алморкад остановился и посмотрел на незнакомого старца из Тригорья.
– Вирридон? – удивленно повторил он. – Как бы нам пригодились в этот недобрый час твои Камни Могущества! – Король эрварейнов почти с мольбой взглянул в глаза легендарного создателя Камней.
Но Вирридон твердо ответил:
– Сожалею, но они далеко отсюда.
– Нельзя терять время, король Алморкад! – послышался громкий крик Ноккагара, который к тому времени уже успел убежать довольно далеко. – Ужас грядет!
Алморкад еще раз бросил взгляд на Вирридона и бросился бежать по каменным мостовым. Он догнал Ноккагара. Они быстро понеслись по дорогам Рамэнии и очень скоро оказались у ее западных стен. Драконы стремительно приближались. Теперь они были совсем рядом, и уже можно было вполне отчетливо рассмотреть их багровые шиповатые спины и темные крылья, распростертые над лугами Мотвэля. Порой несколько змееголовых чудовищ снижались к самой земле и, выдыхая пламя на лету, сжигали на ней растительность. Малые рощицы и перелески вспыхивали, словно факелы. Огнем вскоре воспылала и вереница оставленных магами кораблей, что покачивались на западе в заводи Красной Реки.
– Их сотни! Сотни! Что мы сможем сделать против столь огромной стаи? – произнесла женщина в длинном черном плаще, которая стояла за спиной короля.
Услышав ее, Алморкад обернулся и дрожащим, но строгим голосом молвил:
– Нэвилиарат?! Что ты делаешь здесь? Разве я не велел оставаться в Кэрнозоле?
– Да, король Алморкад, – спокойно ответила она. – Но я пошла вопреки вашему приказанию. Я правительница этой крепости, и я не намерена смотреть со стороны, как решается ее судьба. Я буду здесь, и буду сражаться!
С этими словами Нэвилиарат сбросила плащ, и все увидели на ней блестящую кольчугу и темно-серые воинские брюки. На боку правительницы висел короткий меч в кожаных ножнах.
– Воля твоя, – вздохнул Алморкад. – Но ты подумала о том, что в битве Рамэния рискует потерять столь мудрую правительницу?
– А разве весь Эфоссор не рискует остаться без властителя? Это много страшнее!
Король хотел было что-то сказать, но тут его окликнул один из воинов. Алморкад увидел, что драконы уже почти у своей цели. В следующее мгновение он приказал лучникам наложить стрелы и стрелять по готовности.
Вскоре на крепость налетел мощный вихрь, создаваемый взмахами сотен пар гигантских крыльев. Над Рамэнией нависли огромные тени. Тела драконов пылали алым огнем, но от этого огня словно темнее становилось вокруг.
Туча стрел понеслась в небо и ударилась о твердую броню крылатых созданий Мрака. Большая часть стрел, сломавшись, попадали на землю. А те немногие, что не упали, оказались застрявшими в крыльях чудовищ.
Драконы кружили над шпилем Дозорного клыка, выплевывая пламя. Они не торопились нападать. Броня их была крепка, тучи стрел и копий врезались в нее, не причиняя серьезного вреда.
Но вот одна из огромных тварей стала беспомощно извиваться и вдруг с ревом сорвалась вниз. Ее крыло было пробито сразу тремя копьями.
Дракон падал прямо на строения третьего яруса, над которыми высилась главная башня Рамэнии. И уже над самыми крышами домов подбитое чудовище махнуло тяжелым хвостом. Удар пришелся прямо по стене Дозорного Клыка, и дракон рухнул на улицы. Под его весом дома раскрошились, словно старые глиняные горшки. Башня треснула пополам. Ее верхняя половина стала крениться все больше, пока не упала вниз. В следующее мгновение подбитый, но еще живой к тому моменту дракон, был погребен под грудой ее обломков.
– Кэрнозол! – в отчаянии восклицали тысячи голосов.
Все драконы ринулись вниз, на Рамэнию. Стрелы не останавливали их. Но около дюжины крылатых змеев исчезло, как только во всеобщем шуме и гаме прогремели непонятные слова. Драконов поглотили вспышки света, вырвавшиеся из магических жезлов Тригорья.
Все остальные дети горы Ундохан успели благополучно приземлить себя на стены и улицы крепости, вызвав при этом разрушения строений и гибель воинов Эфоссора.
Сполохи магии беспрерывно уничтожали драконов, но тех все еще было неисчислимое множество. Казалось, что количество их нисколько не убывает. Они ползали по Рамэнии и разрушали все вокруг, сжигали все, что могло гореть, убивали и давили всех, кто оказывался у них на пути. Своими хвостами они сносили крыши с домов, разбивали стены и башни. От Кэрнозола осталось одно лишь основание, и король Эфоссора возблагодарил небеса за то, что Нэвилиарат покинула башню вопреки его велению.
Эрварейны все гибли и гибли, и ничто, казалось бы, уже не могло спасти Рамэнию и ее защитников. Крепость была бы обречена, но удача была на стороне Сынов Эрвара. Ибо в крепости были маги Тригорья…
Осознавая, что драконов слишком много, Ноккагар вскинул руки к небу. Посох в его правой руке светился, и это заметили многие, кто был рядом с ним в тот миг.
– Фиата Спирита Фасиата…! – начал петь Ноккагар.
Услышав его, несколько магов, тоже воздели к небу свои жезлы и подхватили его пение. Затем к ним присоединилось еще несколько чародеев. И вскоре вся Рамэния загудела громкими голосами тригорцев.
– …Салвама Эта Сустрата…!
Драконы лишь на мгновение перестали сеять разрушения и убийства, когда услышали длинное заклинание магов, и сразу же продолжили исполнять волю Дардола.
