Три Меченосца - страница 165
Войско фрэгов шло по бездорожью. То ли дорог в этих местах не было, то ли они нарочно избегали их, дабы скрыться от чужих глаз, – было неизвестно. Повозки тряслись, качались и вздрагивали, когда под скрипучие колеса попадали ямы и кочки.
– Они бы еще лесом пошли! – недовольно отзывался Ликтаро.
Тэлеск с некоторой долей жалости посмотрел на спины здоровенных фрэгов, которые тянули телегу. Но жалость мгновенно улетучилась.
– Эх, плеть бы мне сейчас! – вздохнул он. – Я бы погонял наших ездовых.
– Молчать! – рявкнул хриплый голос слева.
Тэлеск повернул голову и увидел светящиеся злобой глаза малфруна, который сопровождал телегу.
– Заткнулись бы вы там, пташки! Не то самих вас и запряжем! – проговорил фрэг.
Ликтаро усмехнулся.
– Ну что ж, – сказал он. – Если вы при этом сядете в клетку, то я лично согласен.
Малфрун угрожающе зарычал, но лишь отвернулся.
Так текли дни за днями. Голодом пленных не морили, что немало удивляло пленников, наслышанных о непомерной жестокости врага. Но и сыты они тоже не были. Всего лишь раз в день поутру, после коротких ночных привалов, им в клетку бросали по небольшому куску недожаренного мяса и давали воды. В такие моменты пленников мало заботило происхождение этого мяса, и они набрасывались на еду, стараясь о том не думать.
В одну из ночей Тэлеск неожиданно проснулся. Ему не спалось. Было холодно. Неподалеку во мраке горели костры, несколько фрэгов перебрасывались короткими фразами. Юноша огляделся и вдруг увидел два темных силуэта в нескольких шагах от клетки. Те двое о чем-то разговаривали. Тэлеск не смог разобрать, о чем они говорили, но ему показалось, что один из них был явно чем-то встревожен.
Спустя время один из них ушел. Когда он проходил мимо клетки с пленниками, Тэлеск смог разглядеть, что это кто-то из колдунов: либо Бэнгил, либо Эсторган. Второй, невысокого роста, сутулый, постоял еще немного и пошел вслед. Тэлеск не видел лица в темноте, но сразу узнал его.
– Хаг! – негромко позвал Тэлеск.
Старик вздрогнул и остановился.
– Что?! – полушепотом воскликнул он, пытаясь сделать сердитый голос.
– Хаг, как ты мог?
– Что я мог?
– Как ты мог так предать меня и моих друзей?
– А, это ты, Тэлеск! – Хаг неуверенно подошел ближе, но вплотную приближаться не стал. – Я уже говорил, что предателем себя не чту…
– Как ты перешел на сторону Тьмы, Хаг? И почему?
– Помнишь ли Черного Скитальца?
– Даэбарна? – переспросил Тэлеск, вспоминая коварный лик главнейшего из Шестерых Колдунов. – Как не помнить…
– В тот день, когда мы с тобой впервые повстречались, он вдруг подошел ко мне и бросил взгляд на ту горсть монет, которую ты мне щедро насыпал. И он сказал так: «Хочешь ли не испытывать более недостатка в деньгах?». Я ответил: «Хочу». Тогда Даэбарн сказал: «Мне нужна твоя помощь. Хочешь ли быть моим соратником?» «Как долго? – спросил я. «Вечно…» – ответил он. Тогда я ответил, что долго не протяну. До той поры старость и тяжелый недуг одолевали меня день за днем. Но Даэбарн сказал: «Ты больше не болен». Поначалу я хотел было упрекнуть его в столь жестокой насмешке, но вдруг с удивлением обнаружил, что тело мое вновь обрело былую крепость, что снова жизнью наполнилось оно. Впервые за долгие годы я вдохнул полной грудью. И я пошел за ним. Пошел за Даэбарном. Я уже догадывался, кто он и кому служит, но то меня не пугало. Позже я узнал от него много нового о той Тьме, которой все извечно боятся. И я понял, что мой путь наконец выбран, Тэлеск. Ныне я шагаю по нему.
– Еще не поздно повернуть назад, – проговорил Тэлеск.
– Возможно, – ответил Хаг. – Но я не желаю возвращаться к прежнему раскладу жизни.
С этими словами Хаг торопливо зашагал в сторону костров. Тэлеск проводил его полным непонимания взглядом.
Небоскребущий Хребет был все ближе. Ветра несли холодный воздух с заснеженных вершин.
Было видно, что колдуны чем-то обеспокоены, и беспокойство их возрастало с каждым днем. Пленники не раз слышали раздраженные возгласы Бэнгила, который срывался на фрэгах. Тэлеск и сам ощущал странное напряжение, что царило в воздухе и окружающих деревьях.
Войско фрэгов вошло в какое-то редколесье, и на широкой поляне было решено устроить срочный привал, потому что колесо одной из телег слетело при наезде на очередную кочку. Огромный обоз опрокинулся, придавив двоих малфрунов, и при этом уронил другой такой же обоз.
Один из фрэгов подошел к клетке. Невольники узнали в нем Заклятого – предводителя серых отрядов.
– Молите тех, кому молитесь, Три Меченосца, – проскрежетал он с ухмылкой. – Начинается ваша последняя ночь. Мы пойдем без остановки, и уже к утру будем на берегах Бездонного Озера. Готовьтесь к смерти. Я слыхал, что к одному из вас это не относится. Мне жаль его…
Малфрун поочередно посмотрел в лицо каждого пленника.
– Жалость в сердце фрэга? – переспросил Тэлеск. – Разве такое возможно?
Заклятый оскалил желтые зубы и вдруг хрипло расхохотался. Но он не сказал больше ни слова. Огромная спина предводителя удалилась и затерялась в толпе фрэгов.
Привал затянулся. Пленники заснули один за другим, невзирая на шум и крики взбешенных малфрунов и разъяренных колдунов.
Гладкая поверхность озера Аймкалас блестела в свете полной луны. Фрэги подкатили телегу с клеткой к самому краю обрыва. От мертвых вод мрачного озера веяло холодом. И через миг клетка была сброшена с крутого берега вниз. Ликтаро, Рунш и Ихтор. Тэлеск слышал их. Они кричали и взывали к небесам. А Тэлеск отчаянно пытался вырваться из цепких лап гогочущих малфрунов.
