Чародейская Академия. Книга 2. Друзья-авантюристы - страница 88
– Ну и речь закатил, однако. После неё хочется стать невидимым и неслышимым, и не терзаться угрызениями совести, что своим присутствием отравляешь жизнь окружающим.
– Не переживай: они точно так же отравляют её тебе. А потому цивилизованные люди и выработали правила общежития.
– Иначе говоря, принципы мирного сосуществования, не позволяющие вцепиться в глотку друг другу.
– Именно так. Но, слышал я, есть заклинание, снимающее моральные установки, и люди дают выход своим чувствам и инстинктам. Не знаю, как оно называется, но специально не выяснял. Всё равно в Академии его не применишь.
– А во внешнем мире хотелось бы?
– Ну-у, если только опробовать на какой-нибудь парочке влюблённых, не решающихся перейти к активным действиям… Да шучу я, шучу!
Эрик живо представил себе, как такой шутник колдует упомянутое заклятие во время их свидания с Вин, и невольно покраснел. К счастью, друзья этого не заметили, и вскоре засобирались делать последние приготовления. Но передышки не получилось: буквально через пять минут постучалась Таисия.
– Олаф не у тебя случайно?
– Увы. Заходили вдвоём с Фэном, но уже ушли.
– Вот гад. Просил предупредить, а сам смотался с друганом. Собираемся через полчаса, фонарик на всякий случай не забудь.
– Да там же вроде лампы горят.
– Не везде же. Да и перестраховаться не грех. Ты в курсе, что Жозе с собой фомку прихватить хочет?
– Первый раз слышу.
– Видать, решил вспомнить былое лихачество. И так вчера еле отговорила ту палку гранёную в ход пустить. Видел её? Небось, кто-то решил побаловаться чернокнижием, а потом испугался и в овраг бросил. Или пошутить решил – тому, кто найдёт, будет сюрприз в виде болотной лихорадки или злобного монстра, без мозгов, зато с клыками, как у саблезубого тигра. У меня в Тосказелёнинске одноклассник был – тоже всё бахвалился, что в любой киоск за минуту залезть сможет, и ни одна сигнализация не пискнет. Допрыгался – работает теперь в Мордовии на лесопильне, и лет пять ещё попашет там, дожидаясь окончания срока. Ладно, хоть ты-то разумный, если что – поддержишь меня?
– Когда авантюра покажется опасной – то да.
– Спасибо. Раз мы земляки, должны держаться вместе. Или у тебя другое мнение?
– Если, как говоришь, я человек разумный, то твоё высказывание справедливо в той мере, в какой не противоречит моральным установкам индивидуумов, имевших честь родиться под одним государственным флагом.
– Завернул, однако! Смотрю, то один, то другой выдаст фразы почище, чем в «Тысяче и одной ночи». Либо заумных книг начитались, либо от медитаций крыша едет. За собой, правда, пока не замечала. Ладно, пойду хоть Дину найду. Что-то сегодня на душе неспокойно. Как-то и в приключениях участвовать не особо тянет. Иду за компанию.
Ну вот, теперь и Таисия, куда менее склонная к иррациональному в сравнении с Вин, тоже засомневалась. Значит, и впрямь дело нечисто. Но, как говорится, quod licet Jovi, non licet bovi (что дозволено Юпитеру, то не дозволено быку – лат.): девушки могут высказывать необоснованные страхи сколько угодно, на то они и слабый пол, а он в подобной ситуации рискует стать объектом насмешек. Да и что такого может произойти в замке, напичканном охранными заклятиями, как консервная банка – сардинами? Побывав на последнем пристанище корабля Карриго и кладбище Адвиро, бессмысленно чего-либо бояться здесь.
Подумав так, Эрик сноровисто переоделся в походную форму, а в карман брюк засунул фонарик.
Глава 34
Когда компания собралась в комнате Геки, Фэн похвастался оригинальной зарядкой своей волшебной палочки.
– Я заколдовал её на Луч Света, так что теперь она сможет освещать окрестности в любом направлении. Вот, поглядите!
Поток лучистой энергии, исторгаемый кончиком палочки, был, конечно, слишком слаб, чтобы на равных конкурировать хотя бы с фонариком. Но для первокурсника совсем неплохо.
– Очень впечатляюще, но, боюсь, тебе придётся оставить её здесь, – покачал головой Джо.
– Почему?
Вместо ответа тот взял у Геки магометр и, включив, поднёс к палочке. Прибор сразу засветился.
– Именно поэтому. И я не удивлюсь, если он реагирует и на свитки тоже.
– Да, не самая совершенная конструкция, – вздохнула Таисия. – Что ж, придётся разоружаться. Выкладывайте на стол, кто чего решил прихватить с собой магического.
Эрик заметил, что Вин не стала снимать свой амулет. Поскольку никто ничего не сказал по данному поводу (а скорей всего, попросту забыли), то лучше и ему промолчать.
На дежурство в тринадцатой остались Дина и Джо. Последний согласился с условием: если найдётся что-то суперинтересное, то их позовут тоже, сменив на посту.
Как выяснилось, разоружались они зря: на цокольном этаже магометр горел почти беспрерывно. Наиболее сильно – у входа в Подземелье; там «тефлоновая» часть раскалилась добела, хотя на ощупь оставалась холодной. На таком фоне их свитки и палочка Фэна едва ли были бы заметны.
А потому в конце концов студенты выключили прибор и направились в комнату с портретами великих волшебников прошлого. Сочтя пожелание Лиэнны достойным претворения в жизнь, Гека готовился снять с них фотокопии.
– Интересно, все ли они оказались здесь по повелению злого Архимага?
– Не думаю. Скорей всего, их сносили сюда на протяжении длительного времени. Но большую часть, наверное, и вправду из-за козней Уручжи. А вот, кстати, и он сам!
Портрет изображал тщедушного человечка в большой чалме, с застёжкой в виде восьмиконечной звезды, наложенной на полумесяц, с горделиво вздёрнутой бородёнкой, подкрашенной хной, с лукаво-недобрым прищуром глубоко посаженных глаз.
