Фальшивый принц - страница 14

Тобиас вежливо высказал те же соображения, но Коннер резко перебил его:

– Ты всегда мыслишь так мелко, мальчик?

Тобиас сглотнул.

– Нет, сэр.

– Ты думаешь, план слишком амбициозен?

– Я просто… – Тобиас собрался с духом. – То, что вы задумали, кажется невозможным.

– Нет ничего невозможного. Мне этот план дался нелегко и не без долгих размышлений. Но чтобы осуществить его, мне нужен мальчик, который верит в успех.

– Я верю, – сказал Роден.

Я фыркнул. Коннер повернулся ко мне:

– Ты не веришь, что это возможно?

– Если бы даже было возможно, это не значит, что так нужно делать.

Приподняв брови, Коннер сказал:

– Ты хочешь сказать, что знаешь, как следует поступить?

– Я хочу сказать, что я ничего не знаю, сэр.

– Это хорошая точка для старта. Ну-ка, Тобиас, встань.

Тобиас встал с таким взволнованным видом, будто ему сейчас зададут самый важный на свете вопрос, а он не знает ответа. Но оказалось, что Коннер будет говорить сам.

Коннер сказал:

– У тебя правильный цвет волос. Лицо немного уже, чем было у принца, но сходство присутствует. Рост приемлемый, сложение правильное, как у королевы. Хорошо, что ты получил образование, но соображаешь ты не так быстро, как хотелось бы. Если кто-нибудь спросит тебя о чем-то, чего ты не знаешь, боюсь, ты можешь растеряться и сорвать план.

Тобиас воспринял слова Коннера так, будто тот его ударил. Я не понимал, почему это так его задело. Ничего из того, о чем говорил Коннер, от Тобиаса не зависело. И конечно, Коннер не смог бы найти абсолютно идеального кандидата.

После этого Коннер велел встать Родену.

– Меньше сходства с принцем, таким, каким его видели в последний раз, но сильное сходство с семьей королевы, так что можно убедить людей в твоей подлинности. Твое честолюбие и решительность достойны похвалы, хотя тебе часто недостает уверенности, когда она необходима. Ты совершенно не образован, что может оказаться проблемой. Однако физически силен, и это даст тебе преимущество на коне и с мечом в руках.

Коннер велел ему сесть, но Роден остался стоять и сказал:

– Сэр, теперь я знаю, что вам нужно, и могу стать этим принцем.

– Сядь, – повторил Коннер, на которого заявление Родена не произвело впечатления. Он кивнул мне, и я встал.

– У тебя совершенно не тот цвет волос, хотя их можно перекрасить. Ты отдаешь предпочтение левой руке, хотя принц был правшой. Ты не так высок и силен, как мог бы быть сын короля Экберта. Ты выглядишь самым младшим из трех мальчиков, хотя всем вам придется врать насчет возраста. Хорошо ли ты перенимаешь акценты?

– Хотите, чтобы я выучился картийскому акценту за две недели? – спросил я.

– Нельзя претендовать на трон Картии и говорить как авениец.

– Мне все равно, – сказал я. – Мне не нужен трон. Выберите Родена или Тобиаса, а я уеду куда-нибудь, и вы меня больше никогда не увидите.

Лицо Коннера перекосилось от гнева.

– Ты думаешь, мне есть дело до того, что тебе нужно? Ты здесь потому, что, несмотря на некоторые внешние несовпадения, в тебе есть черты, которые были в характере принца Джерона. Если нам удастся справиться с твоими плохими манерами и дерзкой повадкой, я считаю, ты мог бы убедить придворных, что ты – это он.

– Если вы с этим справитесь, это буду уже не я, – сказал я. – Если убрать это, окажется, что я такой же скучный, как Тобиас, и предсказуемый, как Роден. Почему бы вам не взять их внешнее сходство с принцем и прибавить к нему личные качества?

Это был риторический вопрос. На самом деле я ни секунды не думал, что характер можно разительно изменить. За две недели.

– Принц Джерон был боец, – заметил Коннер. – А ты, с тех пор как мы встретились, только и делаешь, что борешься со мной.

– И если вы попытаетесь использовать меня для этого обмана, продолжу бороться, – добавил я. – Вам не нужен принц, вам нужна кукла. Вы храните этот план в тайне. Почему? Может, вы не можете сесть на трон, но хотите править, стоя рядом? Посадите на трон Родена. Он с радостью позволит вам править его руками и подсказывать, что ему говорить. А я – нет!

– Говори тише, – сказал Коннер. – Я не собираюсь править страной. Конечно, через две недели никто из вас не будет знать достаточно об управлении страной, чтобы справиться с этим в одиночку. Я буду рядом, чтобы помогать советом, защищать и хранить вашу тайну. Когда вы сможете править самостоятельно, я приму любую должность, какой вы меня удостоите.

Коннер протянул мне руку.

– Я предлагаю сделать тебя солнцем Картии, более ярким, чем луна и звезды вместе взятые. И ты взойдешь на трон с осознанием того, что спас свою страну от угрозы войны. Как можно отказываться от такой возможности, Сейдж?

– Картия не моя страна, – сказал я, направляясь к двери. – На самом деле я надеюсь, что Авения ее уничтожит.

11

За дверью стоял Мотт. Очевидно, он знал, о чем пойдет речь, а потому прогнал других слуг и следил за тем, чтобы никто из них не вернулся и не устроился под дверью, подслушивать.

Увидев его, я остановился и немного отпрянул, ожидая, что он ударит меня по голове или сделает что-нибудь подобное, чтобы вернуть меня обратно к Коннеру С моей стороны это не было трусостью: бил он безжалостно.

Но на этот раз он лишь кивнул мне.

– Ты хорошо вымыт для беспризорника.

– Мне помогли.

– Куда направляешься?

Я почесал в затылке.

– Пока не думал об этом. Куда-нибудь, где можно побыть одному.

Но у Мотта не было намерения оставлять меня одного. Он положил руку мне на плечо и повел меня по коридору.