Фальшивый принц - страница 53

40

Роден открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Коннер шикнул на него и подошел ко мне, не отрывая взгляд от монеты в моей руке.

– Где ты этому научился?

Я пожал плечами.

– Любой карманник так может. – Чтобы продемонстрировать, я бросил монету Коннеру в карман. Затем большим и указательным пальцами достал монету и костяшками пальцев переместил себе в ладонь. – Это хороший способ украсть монету, потому что не приходится сжимать руку в кулак.

Коннер повернулся к Родену.

– Ты так умеешь?

Роден покачал головой. Тобиас тоже покачал, хотя его не спрашивали.

– Я вижу, ты делаешь это левой рукой, – сказал Коннер. – Точно так же, как предпочитаешь держать вилку и писать. Ты можешь делать это правой?

Я взял монету в правую руку и показал трюк с той же ловкостью.

– А есть и писать тоже можешь правой?

– В детстве отец заставлял меня всегда использовать правую руку. Он не хотел, чтобы я отличался от других. Я долго не практиковался, но с тех пор как попал сюда, вспомнил старые привычки.

Коннер пошел к своему кабинету.

– Сейдж, мне надо поговорить с тобой наедине.

Это был приказ, а не просьба, я пошел за ним, и он закрыл за мной дверь.

– Тебе не придется лгать до конца жизни. – В глазах Коннера было такое отчаяние, какого я никогда прежде не видел. – Есть другой путь.

– Да ну?

– Ты взойдешь на трон как принц Джерон. Будешь им год или два, приличный срок. Потом передашь трон кому захочешь. Ты сможешь уехать и жить своей жизнью, в роскоши и покое.

– О чем вы просите меня, сэр? – Я понимал, но хотел, чтобы он сказал это.

– Будь принцем, Сейдж. Теперь я убежден, что им можешь быть только ты.

– А Роден?

– Все знают, что принц Джерон умел вертеть монету в костяшках пальцев. Обдумывая свой план, я старался предусмотреть все, о чем могут спросить регенты, чтобы принять или отвергнуть тебя. Обдумал все черты его характера, все, что могло остаться и измениться с возрастом. Джерон с детства воспитывался в королевских традициях, так что мой кандидат должен был проявить некоторую подготовленность в разных областях. Но пока я не увидел тебя сегодня, я не вспомнил, что у принца была привычка вертеть в пальцах монету, это был его коронный трюк, который не многим так удается. Рано или поздно регенты захотят увидеть, как принц это делает.

Я сел на стул и положил ногу на ногу.

– Можно научить этому Родена.

– Не так быстро и не так хорошо. Это будет выглядеть так, будто его только что научили. Сейдж, ты должен быть принцем.

Я ответил не сразу, отчасти потому, что знал, с каким отчаянием Коннер ждет моего согласия. Наконец я взглянул на него и сказал:

– Нет.

Коннер взорвался:

– Что?! Ты думаешь это что, игра? Ты проверял, сможешь ли победить, чтобы потом отказать мне?

– Нет, сэр. Но я много думал вчера, пока мы прятались в потайном тоннеле. Люди Вельдерграта убили бы меня, если бы нашли, верно? Кто-то убил короля, королеву и принца Дариуса. Они и меня убьют рано или поздно. Мне не нужны власть и богатство, Коннер. Я хочу остаться в живых.

– Вельдерграт не посмеет причинить тебе вред, когда ты взойдешь на престол. Если обер-камергер, лорд Кервин, признает тебя принцем Джероном, Вельдерграт согласится. Что касается королевской семьи, тебе не страшна та же угроза.

– Почему?

– Они были убиты по политическим мотивам. Если твоя политика будет иной, мотива не будет.

Я подозрительно прищурился.

– Откуда вы знаете, Коннер? Вы знаете, кто убил их?

– Это обвинение?! – рявкнул он, а затем, понизив голос и стараясь оставаться спокойным, проговорил: – Безотносительно к тому, кто убил их, я знаю, кто были их враги, и они не представляют угрозы для тебя. Я могу гарантировать твою безопасность на троне, Сейдж. И могу гарантировать, что ты умрешь, если откажешься.

– Вы не убьете меня, – сказал я. – Я единственная надежда на успех вашего плана. И не делайте вид, что это не так.

Коннер сел напротив меня, глаза его умоляли меня принять его предложение.

– Сейдж, на троне тебе ничто не будет угрожать, и ты сможешь править так долго, как сам захочешь.

– А потом передам трон вам.

Коннер покраснел, вскочил и снова закричал:

– Передашь трон тому, кого сам выберешь, кому сможешь доверять! Я в этой истории не играю роль злодея, как бы часто ты ни пытался мне ее навязывать!

– Так, значит, вы герой?

– Я просто человек, который пытается делать то, что лучше для страны. Если я и совершаю ошибки на своем пути, они вызваны лишь желанием сделать как лучше.

– У меня есть несколько условий.

– Ты невыносим, – сказал Коннер. – Ты ждал этого момента с тех пор, как мы встретились? Поставить меня в такое положение, когда я должен или исполнять твои капризы, или видеть, как все мои труды пойдут прахом?

– Роден и Тобиас поедут с нами в замок.

– Почему?

– Я обещал им, что если вы выберете меня, я не позволю убить их. Это единственный способ сдержать обещание.

– Глупая идея. Теперь они представляют для тебя угрозу.

– Если бы вы сейчас уехали с Роденом, нас с Тобиасом убили бы, так ведь?

Коннер махнул рукой.

– Я не могу этого отрицать, но и не раскаиваюсь. Оставшиеся двое слишком много знают. С этим знанием они могут шантажировать тебя, изводить и беспокоить до конца твоих дней. Эта информация очень опасна, Сейдж. В настоящее время именно они – наибольшая угроза для тебя.

– Но я сам решу, как справиться с этой угрозой. И еще… Имоджен также поедет в Дриллейд.