Фальшивый принц - страница 55

Через несколько минут я был уже на конюшне. За лошадьми присматривали несколько слуг, но Крегана не было видно. Чем дольше удастся избегать его, тем лучше. Креган хотел, чтобы выбрали Родена. Он наверняка был в бешенстве из-за того, что я победил в последнюю минуту.

Я выбрал лошадку по кличке Поко. Конюший не хотел давать ее мне без приказа Коннера, и я даже собрался сам оседлать ее. Наконец он сказал, что сделает это, пока я не испортил одежду и мы оба не дождались неприятностей на свою голову.

Я несся на Поко по чистому полю, и это было удивительно. В последние две недели мне время от времени удавалось побыть одному, но это не было свободой. Поко оказался отличным скакуном, послушным и проворным. Фартенвуд почти скрылся за лесистым холмом, кругом было тихо, только журчала река, и птицы щебетали над головой. Легкий ветерок шелестел в высоких кронах деревьев. Я поднял лицо к небу и позволил ветру и солнцу ласкать мою кожу. Это была свобода.

Большая свобода, чем у меня когда-либо будет.

Я спешился и повел Поко к берегу реки. Я был недалеко от места, где несколько дней назад меня оставила Буря, и это воспоминание вызвало у меня улыбку. Я хотел бы, чтобы рядом был друг или отец, чтобы я мог рассказать ему эту историю и рассмешить его. Он посмеялся бы со мной или надо мной, все равно. На берегу реки я поднял пригоршню гладких камешков и бросал их в воду один за другим, глядя, как они подпрыгивают, прежде чем скрыться в воде. Один из камешков я оставил себе.

Я не очень удивился, когда всего через пару минут рядом захрапела другая лошадь. Несомненно, это был Мотт. На конюшне я видел, что он издали за мной наблюдает. И к тому времени когда я достиг подножия западного холма, он был в конюшне. Он, должно быть, едва дождался момента, чтобы наконец меня нагнать.

– Не против, если я составлю тебе компанию? – спросил он.

– Против.

На него мой ответ не произвел никакого впечатления. Он спешился и подошел ко мне. Мы постояли рядом, глядя на реку.

Наконец Мотт сказал:

– Ты знал, что он выберет тебя из-за фокуса с монетой?

– Не думаю, что кто-нибудь может предсказать, что сделает Коннер. Именно из-за этого он так опасен.

– Но ты, наверное, догадывался, иначе сбежал бы утром, используя тайный ход. Это несложно сделать.

– Вы знаете, что случилось с Латамером, когда он попытался бежать.

Наступило неловкое молчание. Наконец Мотт сказал:

– Коннер хочет услышать, что скоро мы будем готовы. Эррол ждет, чтобы помочь тебе переодеться для путешествия.

– Думаете, дадут мне более удобную одежду? – пробормотал я. – Наверное, когда стану королем, первым делом прикажу всем носить ту одежду, какую хочется.

Мотт усмехнулся.

– Это будет мощное начало. – Помолчав еще немного, он добавил: – Каким королем ты будешь, Сейдж? Жестоким тираном, как Вельдерграт? Обходительным и беспристрастным, как твой отец?

Я повернулся к нему.

– Как Экберт, вы имеете в виду?

– Конечно. – Мотт откашлялся и добавил: – Привыкай. Если ты Джерон, значит, Экберт – твой отец.

Я обдумал это.

– Если я принц, вы обязаны подчиняться сначала мне, а потом Коннеру, верно?

– Да.

– Тогда скажите мне, это Коннер убил мою семью?

– Я не могу ответить, Сейдж.

– Не можете или не ответите?

– Ты еще не объявлен принцем.

Я протянул руку Мотту:

– Кого вы видите перед собой теперь – Сейджа или Джерона?

Мотт долго смотрел на меня, прежде чем ответить.

– Возможно, более важно понять, кого видишь ты.

– Я не знаю. Не просто быть одним человеком после того, как долго пытался стать другим.

Мотт ответил так быстро, будто давно ждал повода сказать это:

– Скажи мне, Сейдж, кем ты долго пытался стать? Нищим или принцем?

Он подошел к своей лошади, отвязал от седла сверток и принес мне, развернув на ходу.

И протянул мне копию меча Джерона. Держа его в руке, я провел пальцем по рубинам на рукоятке.

– Думаешь, сколько можно было бы получить за него на рынке? – спросил Мотт.

– Нет. – Я вернул ему меч. – Мне это не важно.

– Я думал, он тебе нужен. Ведь это ты украл его, не так ли? – Он не ждал моего ответа. Мы оба знали правду. – А значит, ты достаточно долго удерживал кобылу, что дал тебе Креган, чтобы добраться до меча незамеченным и вернуться.

– Я бы не сказал, что я вообще удерживал ее, – признался я с усмешкой. – Под конец я был так измотан, что она просто свалила меня в реку.

Мотт улыбнулся и взял меч.

– Я думал, ты хочешь получить его назад, перед тем как уехать в Дриллейд.

– Вы отдаете его мне? Он теперь мой?

Мотт кивнул. Не глядя на него, я швырнул меч подальше в реку.

Мотт бросился вперед, словно желая вернуть его, а потом снова повернулся ко мне:

– Для чего ты это сделал?

Я поднял голову и посмотрел на него.

– Принц Картии никогда не будет носить на поясе дешевую копию меча. Это оскорбительно.

– Так ты для этого его украл? – Он не ждал ответа, и я был этому рад, потому что не мог признаться вслух. – С ним ты был бы больше похож на настоящего принца.

– Вы правда считаете, что это могло бы мне помочь?

Мотт медленно склонил голову. Не в ответ на мой вопрос, а так, будто наконец решил что-то для себя.

– Нет, вам не нужен этот меч, ваше высочество.

– Так вы думаете, я смогу убедить их в том, что я принц?

Глубоко вздохнув, Мотт опустился на одно колено и склонил голову.

– Я думаю – если вы простите мне мою слепоту, – что я никогда не видел Сейджа из приюта. Я преклоняю колени перед принцем Картии. Вы – принц Джерон.