Фальшивый принц - страница 9

– Кто дал тебе образование? – спросил его Коннер.

– Бабушка. Она служила у человека, у которого была большая библиотека, и он разрешал брать оттуда по книге в неделю, чтобы читать мне. Книг мне не хватает теперь почти так же, как бабушки.

– А ты умеешь читать? – спросил Коннер Родена, и тот покачал головой.

– Но я всегда хотел научиться, – сказал Роден. – Я сильный и быстрый. И я думал когда-нибудь пойти служить в королевскую армию.

Но для повышения по службе мне надо было бы научиться читать.

– Так значит, ты патриот, – восхитился Коннер. – Что ж, я научу тебя читать. А ты, Сейдж? Ты обучен грамоте?

Я пожал плечами:

– Вы уже спрашивали.

– Снова дерзишь, вместо того чтобы ответить, – сказал Коннер. – Не думаю, что у тебя есть хоть какое-нибудь образование.

– Мой отец говорил, что можно быть образованным и все равно оставаться дураком, а можно быть умным и не иметь образования.

– Твой отец был никчемным музыкантом, – напомнил Коннер. – Сдается мне, что он был и глуп, и необразован. Миссис Табелди сказала, что твоя мать служила судомойкой в трактире. Даже думать не хочется о том, какое образование она могла тебе дать.

Я пристально рассматривал свои руки, лежавшие на коленях.

– Если вы дадите мне что-нибудь, что действительно стоит прочесть, я с этим справлюсь.

– Кто из вас умеет ездить верхом? Как ездят господа?

Все промолчали. Мне приходилось ездить на лошади, но каждый раз это была украденная лошадь, на которой я удирал от ее хозяина. Вряд ли это можно было назвать «как ездят господа».

– Я уж и не спрашиваю, учили ли вас хорошим манерам и другим правилам поведения в обществе.

– Меня учили, немного, – ответил Тобиас.

Роден хихикнул, услышав вопрос Коннера, но тут же спохватился:

– Мастер Коннер, сделайте из меня аристократа. Я уверен, что всему научусь.

– Вы все научитесь, – сказал Коннер. – За две недели я сделаю каждого из вас способным сойти за знатного господина перед самим королем.

– Мы увидим короля? – спросил я.

Коннер покачал головой:

– Этого я не говорил. Я только сказал, что вы сможете стоять перед ним и казаться ему аристократами.

Роден взглянул на меня и улыбнулся. Я не разделял его восторга.

– Две недели? – спросил я. – Что за спешка?

Коннер посмотрел мне прямо в глаза.

– Именно тогда я испытаю того из вас, кто окажется лучшим.

Тобиас прочистил горло, а затем спросил:

– А что будет с остальными двумя мальчиками, сэр? С теми, кого вы не выберете?

Перед тем как ответить, Коннер посмотрел на каждого из нас. Потом промолвил:

– Две недели, мальчики. Молитесь, чтобы оказаться тем, кого я выберу.

После чего повернулся к нам спиной.

Мы все трое переглянулись. Креган заметил нашу безмолвную беседу и фыркнул. Роден, казалось, еще сильнее побледнел. У Тобиаса на лице не было вообще никакого выражения, он снова сделался словно каменный. Все мы помнили, как спокойно Коннер приказал убить Латамера и как быстро оправдал свой поступок некой высокой целью.

Значит, через две недели он выберет победителя, и, видимо, тогда же остальные двое разделят судьбу Латамера.

7

День близился к вечеру, когда наша повозка въехала в обширное поместье в нескольких милях от города Тисио. Судя по резной деревянной табличке у ворот, это было поместье Коннера. Двухэтажный дом с мезонином и почти плоской крышей был огражден низким парапетом. Мне стало интересно, ведет ли на крышу какая-нибудь лестница, ведь оттуда несомненно открывается отличный вид на обширные владения Коннера. Дом был выстроен из крупных желтых кирпичей и тесаного камня. Уже одно это производило впечатление: нигде в Картии я не видел каменных карьеров, а значит, камень везли издалека. Между первым и вторым этажами проходил узкий выступ. Я насчитал двадцать окон только на фасаде. В приюте в Карчаре вообще не было окон.

Коннер встал и широким жестом указал на усадьбу:

– Добро пожаловать ко мне, мальчики. Место называется Фартенвуд. Это дом моего отца, и здесь прошло мое детство. Я знаю здесь каждый уголок и люблю приезжать сюда, когда удается вырваться с королевской службы в Дриллейде. На ближайшие две недели этот дом станет вашим. Я подготовил все к вашему приезду. Уверен, у вас много вопросов, но дело прежде всего.

Перед повозкой в ряд выстроились слуги. Некоторые занялись лошадьми, один помог Коннеру спуститься, поклонившись ему так, будто это он был королем.

Креган дал нам знак выйти из повозки, а когда мы сделали это, Коннер представил каждого одному из слуг.

– Пойдите примите ванну и переоденьтесь в чистую одежду.

Он взглянул на меня.

– Некоторым из вас надо особенно постараться с мытьем, так что оставайтесь в ванной подольше. Когда будете готовы, приходите ужинать, думаю, это будет самый вкусный ужин в вашей жизни.

Роден и Тобиас пошли за своими слугами в дом. Я последовал за своим, и мы вместе вошли в Фартенвуд. Мы оказались в просторном хорошо освещенном зале с огромной, низко свисающей люстрой. Оштукатуренные стены были украшены росписями с изображением сцен из деревенской жизни. У входа висел гобелен с десятками имен и лиц. Должно быть, фамильное древо Коннера.

– Как тебя зовут? – спросил я слугу.

Он сначала замялся, будто не знал, должен ли отвечать, а потом сказал:

– Эррол, сэр.

Эррол был одним из тех молодых людей, которым никогда не удастся отрастить достаточно волос на лице, чтобы понадобилась бритва. У него были мальчишеские черты и светлые, слегка волнистые волосы. Подозреваю, что если бы сказки об эльфах были правдой, Эррол точно оказался бы одним из них.