Путник: легенда о забывчивом попаданце - страница 16
— Все будет хорошо, — прогремел голос Азии, отрывая меня от мыслей, — мы вместе, а значит, выстоим перед любым врагом.
Заразительная уверенность новы подняла настроение. Решительным шагом мы направились в сторону сияния. Топая вниз по улице, я видел, как из соседних строений выходят вооруженные и облаченные в доспехи люди и присоединяются к бредущей среди темных лачуг толпе.
Явившись на луг, к самой окраине Дома, мы не узнали местность. Разросшееся до невообразимых размеров сияние исказило пространство, заставив лес отступить и превратив небольшой луг в огромное поле.
Когда все явились, Клиффорд отдал приказ построиться в несколько рядов, а сам отъехал назад.
Люди стояли и, не мигая, смотрели в сияние. Ждали молча. Никто не произносил ни звука. Даже оружие не бряцало, даже дыхания слышно не было. Жутко. Молчаливые люди-тени, застывшие перед радужным заревом, таким же безмолвным и нереальным.
Осторожный Клиффорд поставил ополченцев вперед, прикрывшись людьми, словно живым щитом. Сам встал позади, на приличном расстоянии, оставив подле себя свое скудное воинство. Да уж, воевать бок о бок с нами он точно не собирался. Тигровый конь уныло чесал задней ногой широкое брюхо, скрытое под алой попоной. Воины Управителя позевывали лениво и безразлично, словно происходящее вовсе их не касалось.
Глядя на Клиффорда и прикидывая в уме варианты причин его спокойствия, я случайно наступил на хвост Адьке, который сердито рыкнул:
— Эй, Жила, хватит ворон считать и по сторонам глазеть. Я чую — твари уже на подходе!
Умеющий не ошибся. Дружной толпой из сияния полезли бесы. Целая лавина мелких тварей налетела на первый ряд ополченцев. Самые наглые получили по рогам сходу — на землю полетели оскаленные головы и пробитые насквозь туши. Однако врагов было слишком много, и вскоре твари прорвались в центр строя.
Началась суматоха, я потерял из вида друзей. Рядом со мной оказалась Рябина. Мы встали с ней спиной к спине, прикрывая друг друга, но старуху быстро оттеснили куда-то в сторону.
После бесов пошли собаки. Похоже, для этой битвы их подготовили. Теперь у каждой твари имелись кожаные доспехи с наружными усилителями. В мою сторону пробились три огромных адских пса. Следом шел какой-то новый монстр. Я разглядел его, когда остался с ним один на один. Это был чудовищный кентавр с собачьим телом и мускулистым торсом, увенчанным рогатой головой. В могучих руках кентавр держал меч и щит. Длинный изогнутый клинок со свистом рассекал воздух, и мне пришлось приложить все усилия, чтобы увернуться от него.
Песокентавр наступал как гора, но был слишком неуклюж и медлителен. Я, чудом проскочив под его мечом, зашел чудищу за спину и воткнул клинок туда, где заканчивалась человекоподобная спина и начиналась собачья. Прямо в хребет. Оглушительно взревев, демон рухнул.
Теперь у меня появился щит, ничего, что не слишком удобный, зато, как оказалось, прочный. Мне под ноги упала раненная девушка, похожая на сказочную валькирию, и я прикрыл ее щитом от удара булавы. Демон, держащий булаву, опешил, открыв мне прекрасную возможность проткнуть его насквозь.
Если раньше, во время дозоров, враги отступали, чувствуя, что не могут пробить оборону, то теперь первая порция адских бойцов стояла до конца, пока все бесы, псы и кентавры не полегли в бою.
На поле стало тихо. Слышно было, как тяжело дышат ополченцы — людей стало заметно меньше, чем до начала сражения. Никто не рассчитывал, что на этом все закончится. Сияние пылало, переливаясь зелеными, оранжевыми и фиолетовыми огнями. Никто не сомневался — первая партия врагов — лишь разминка, проверка наших сил, так сказать «проба грунта» для дальнейших действий.
Спустя несколько минут сияние издало странный звук, похожий на раскат далекого грома, а потом разошлось в стороны, занимая всю ширину поля. Оно дрогнуло, пошло волнами и заискрилось. Среди языков задвигались здоровенные черные тени. Они пульсировали, материализуясь из яркого света, принимая очертания всадников. На поле выехала демоническая конница.
Стоя в первом ряду, я невольно обернулся. Никто из ополченцев не сделал назад и шагу, зато Клиффорд со своей командой невозмутимо повернул коня и под шумок двинулся прочь.
«Трус!» — заорал я ему вслед, но мой отчаянный выкрик утонул в грохоте лошадиных башмаков из вороненой стали. Я чувствовал, как вибрирует под ногами почва. На меня надвигались гигантские фигуры, ощетинившиеся длинными пиками, пронзающие меня ненавидящими взглядами из-под глухих черных забрал.
— Теперь мой черед, — раздалось над ухом.
Повернувшись, я встретился взглядом с Азией, которая решительно двинулась вперед.
Черные рыцари ехали клином. Увидев нову, рысящий впереди демон оскалился, направил копье прямо ей в сердце и пустил коня галопом, разгоняясь для сокрушительного удара, за миг до которого Азия присела, замахиваясь мечом, и подрубила ноги черному скакуну. Адский рыцарь полетел на землю. Жеребец идущего следом споткнулся об упавшую лошадь и тоже рухнул наземь. Третий враг налетел на Азию, приняв грудью могучий удар ангельского меча.
Бесстрашная нова навела беспорядок в первых рядах демонов, и это дало ополченцам минутную передышку. Вдохновившись действиями Азии, люди с новыми силами подняли мечи. Словно в замедленной съемке я видел, как прыгает, целясь в глотку черному коню, Адька, как уворачивается от демонского меча Стефания, а потом пронзает клинком корпус адского всадника, как рубит врагов могучая не по годам Рябина.
