Дар Прозерпины - страница 41
В этот момент какая-то барышня, стоявшая в задних рядах, испустила вопль и рухнула на асфальт – очередная жертва высокой температуры. Пламя за спинами собравшихся на перекрестке все больше разгоралось, дым, из-за отсутствия ветра, стелился по земле, проникал в легкие, вызывал кашель…
– Быстрей бы, – подал кто-то голос.
– Просим! Просим!!!
– Ладно, ладно, – успокоил толпу Иванов, – будет вам вода. Но помните, вы сами ее просили!!!
В эту же секунду из пустоты возник львиноголовый Араэль вместе с могучим, но бесплотным духом Элелогапом. Араэль взмахнул крыльями, сотворив волшебство, и по дуге взвился ввысь. Что проделал Элелогап, осталось для большинства секретом, но посвященные знали, что без него не обошлось. Раздались раскаты грома, со всех четырех сторон света закружились тучи, и тяжелые капли дождя обрушились на город, словно осколки шрапнели.
Толпа, до этого окружавшая Фрумкина, Макарова и Иванова, сразу распалась. Кто-то на радостях ловил руками и ртом капли с неба, кто-то поспешил в укрытие, а большинство побрело разыскивать своих родных и близких. Через некоторое время перекресток совершенно опустел. На нем остались лишь трое – Фрумкин, Макаров и Иван Иванович. Струи дождя нещадно хлестали под порывами ветра. Фрумкин сразу промок до нитки и вынужден был прикрывать руками лицо. Следователь Макаров, напротив, каким-то чудом оставался совершенно сухим, хотя дождь лил и на него.
– Ну, вижу, дело идет на лад, – сообщил Иван Иванович. – Теперь разрешите откланяться, меня ждет оркестр. Надо сказать, в последнее время они совсем отбились от рук, играть отказываются. Видано ли?
– Постойте! – Андрей обратился к стоящему рядом с ним скелету в черном фраке, называющему себя Иваном Ивановичем. – Вы все же обязаны мне объяснить, что здесь происходит!
– По-моему, мы с вами где-то встречались и, кажется, детально рассматривали вопрос, кто кому и что должен. Прощайте. Хотя нет, прощаться не будем, что-то мне подсказывает, сегодня мы еще встретимся. – И Иванов зашагал прочь, но через несколько шагов обернулся и с милой улыбкой небрежно бросил через плечо: – Кстати, кто успеет забраться на ту гору, – он указал пальцем на возвышенность за чертой города с другой стороны реки, – тому, может статься, крупно повезет…
После этих слов Иванов, не утруждая себя дальнейшими объяснениями, обернулся змеем и растворился в дождливой мгле.
«Ерунда какая-то… Зачем кому-то бежать на тот холм?» – подумал Андрей.
«А ведь Иванов, не исключено, прав, и нам действительно придется взбираться туда, куда он указал. Тем более он всегда оказывался прав, только все его плохо слушали и не обращали на его слова должного внимания…» – рассудил про себя Фрумкин.
– Так, значит, вы и есть Лев Фрумкин, о котором все говорят? – спросил Андрей задумавшегося почтальона.
Фрумкин виновато стоял перед ним, ежась не только от каплей дождя, но и от строгого взгляда служителя закона.
– Ну, в общем-то, я – это он.
– Чего вы дрожите?
– Так ведь дождь поливает!
– Чушь, нет никакого дождя, – уверенно заявил Андрей. Перед ним на перекрестке стоял человек, движения которого имитировали поведение людей во время дождя. Он переступал с ноги на ногу, прикрывал лицо рукой, будто струи холодной воды хлестали по нему, озирался в поисках укрытия. Возможно, сумасшедший? Вряд ли. Это слишком банальное объяснение. Не могут же, в самом деле, подвинуться разумом сразу все жители города? Говорящие скелеты, какие-то скоморохи, разъезжающие на животных, охваченные безумием жители. Если бы не эти странности, у Андрея вообще не было бы причин верить россказням о том, что сначала спустилась какая-то жара, а вот теперь полил проливной дождь. Если бы на его глазах некоторое время назад не испустил дух его начальник Иван Петрович Полетаев, до последнего утверждавший, что царит страшная духота (и это несмотря на то, что в полдень столбик термометра не дотягивал и до плюс 15!!!). Если бы не толпы людей, снующих туда-сюда, падающих в обморок, обезумевших, вопящих, преследующих этого тщедушного несчастного почтальона.
Фрумкин с сомнением спросил:
– Вы правда считаете, что нет дождя?
– Абсолютно. Другого мнения быть не может.
– Знаете ли, с последним не соглашусь…
– Как вы докажете, что идет дождь?
Фрумкин подумал-подумал, набрал пригоршню воды и окатил ею следователя. Андрей подумал, что, возможно, первому впечатлению стоит доверять и Фрумкин в самом деле тронулся умом: почтальон набрал в сложенные ладони воздух и рывком направил получившуюся лодочку в его сторону. Интересно, какого он ожидал эффекта? Так или иначе, Андрей не намерен был играть в эти игры.
– Ну и что?
– Как, вам не мокро?
– Слушайте, давайте прекратим этот детский сад. Ладно, если вы настаиваете, что идет дождь, – дело ваше, заблуждайтесь и дальше. Скажите лучше, почему за вами гнались люди и что вы знаете о происходящем?
Фрумкин, немного поразмыслив, решил, что он сейчас чертовски хотел бы оказаться на месте этого следователя. Стоит и стоит, и дождь его не берет, и жара, тогда как он недавно чуть не испустил дух от жарищи, потом еле-еле избежал последствий гнева толпы, а сейчас промок до нитки и выстукивает зубами уже не трели, а какие-то арии.
– Давайте найдем какой-то навес, там и поговорим.
– Ладно, у вас дождь, вы в более затруднительном положении. Тем более мне принципиально все равно, где разговаривать. Давайте искать укрытие.
Фрумкин взял инициативу на себя и повел милиционера в сторону моста через реку, за которой возвышался холм – объект внимания Ивана Ивановича. Почтальону ой как не хотелось остаться с носом из-за того, что он не последовал совету умного и знающего человека, каким, безусловно, был Иван Иванович.
