Другая жизнь - страница 59

– Пас. – Ворон нахмурился еще больше.

– Пас. – Вот и у Фуфела не хватило выдержки.

– Открываю. – Я показал карты.

Магон хмыкнул, сбросил не глядя. И тут же резко поджал под себя ноги, намереваясь вскочить. Чего это он? Место надежное, все свои. На входе четверо стоят, и всяко зашуметь успеют. А шума нет.

Шума и не было, пока входная дверь просто не влетела в комнату, а следом за ней заскочили несколько человек в броне и с оружием.

Магон, сидевший напротив двери, дернулся, но остался сидеть, картинно положив пустые руки на стол. Я сунул руку под стол, где под столешницей возле моего места был прикреплен клинок, заранее протащенный сюда Мухой. Повернул голову и понял, почему Магон только дернулся: четыре арбалета смотрели от двери. Два здоровяка в полной амуниции стояли по сторонам с окровавленными мечами, еще один был уже за спиной Фуфела, положив меч ему на плечо и прижав к стулу, не давая встать.

– Мя, мня… – Фуфел уже не просто потел, а обтекал потом: острие прижалось к его шее.

Я тоже аккуратно вынул руки из-под стола и положил их на виду.

Вскочить успел только Ворон. Попятился к стене и стоял там теперь, расставив ноги, раскорячившись в стойку и выставив перед собой тонкое голубое жало стилета-заточки. Вот подлец: ну ладно я, а он-то где его держал? На игру все ходили без оружия, за принесенный клинок можно было ответить по понятиям.

Арбалетчики, не отводя от нас оружия, расступились, и в комнату, перешагнув через ноги одного из охранников, торчащие из коридора, вошли еще два человека. Один – здоровенный великан совершенно жуткого вида и в огромной черной кирасе. Казалось, что ее выковали из большущего куска железа целиком. Судя по вмятинам, кираса не раз выдерживала удар арбалетного болта. Вещь. Но и весит, наверное, немало. Впрочем, для ее хозяина, седого здоровяка, который, казалось, один заполнил собой всю комнату, вес кирасы явно не был проблемой.

Переведя взгляд на второго вошедшего, я удивился еще больше. Командир отряда наемников, которые хозяйничают в соседнем городке, Дамбе, где скоро будет большая ярмарка. Командира мне показали, когда мы недавно ездили в этот городок трясти одного купца. Купец попался упертый и теперь в соседней с игровой комнате, сидел связанным его сын в надежде на благоразумие папаши. Если это из-за него, то все мы тут можем поиметь большие неприятности.

– Который? – спросил командир, обращаясь к одному из своих. Я понял, что вопрос был риторическим, так как он, стоя спиной к Ворону с жалом, даже не повернулся, когда рыжая девка, очень уверенно держащая арбалет, мотнула головой в сторону Ворона.

Командир, рассматривая нас, что-то показал рукой, два болта взвизгнули. Ворон за его спиной секунду постоял, пришпиленный к стене, потом кулем упал на пол.

Командир снял шлем, сунул его в руки рыжей и спокойно уселся за стол на место Ворона. Взял колоду, посмотрел на кучки монет посреди стола, небрежно стасовал и начал раскидывать карты, сдавая классический тонк.

Я взглянул на Магона. Тот сидел, уже расслабившись, с дьявольски довольной рожей. Его явно веселило происходящее. Вот еще загадка… И не боится! Или они знакомы?

Командир сдал карты, обвел нас взглядом и остановился на Фуфеле:

– Ваше слово, уважаемый.

Фуфел, перед которым высилась самая высокая стопка монет, наконец смог вытереть пот со лба и, поглядывая на нас, как будто ища поддержки, промямлил:

– А почему вы решили, что мы будем с вами играть?

– Вы, Уважаемый, плохо знаете правила этой интересной игры. – Командир кивнул своим людям, и арбалетчики отошли к двери. За каждым из нас по-прежнему стоял один из его людей с мечом. Ворона вытащили в коридор, а двое подняли и приставили к проему сорванную дверь. Если бы не мечи и лужа крови у стены, можно было подумать, что игра и не прерывалась. Лихо, однако. Срубить четверых не самых простых бойцов… Хотя о чем я. Профессиональный наемник – и ночной громила. Ночью, в переулке, из-за угла – может быть. А так… без шансов. Но как тихо и быстро! Профи. Это серьезно.

– По правилам тонка, – продолжал командир, – «…ежели одно постороннее лицо не дало возможности другому лицу доиграть начатую партию, то это указанное первым лицо должно и имеет право занять место этого отстраненного лица и доиграть, приняв на себя игровые обязательства оного. Иначе…», – ну и так далее.

Вот оно что. Знаем и соблюдаем игровой кодекс. Поэтому Магон и расслабился. За столом не убивают. После – пожалуйста. Но во время игры – нельзя. Вообще-то смешно: за этим столом, несмотря на запреты и кодекс, столько людей увидели цвет своей крови…

– Вы, уважаемый, – командир смотрел на Фуфела с плохо скрываемым презрением, – зря садитесь играть, не изучив как следует правила. Это может для вас, сударь, очень плохо закончиться. Ваше слово.

– Мня, ме… – опять заблеял Фуфел, – пас. Общая пересдача.

Конечно, думать и разбирать свою позицию, когда тебе почти явно угрожают, – это не для тонка. В тонке все решает ясная голова. И везение.

– Ваше право, сдавайте.

Фуфел собрал карты и начал, роняя, тасовать.

– Кстати, не подскажете ли мне, чей это был человечек? – Командир махнул рукой за спину, на то место, где успокоился Ворон. Смотрел командир при этом на меня, давая понять, что это ему и так известно.

– Мой, – признался я, стараясь говорить медленно и спокойно. – А что он натворил?

– Он ранил моего человека, – с нажимом на слово «моего» ответил тот. – Я не люблю, когда обижают моих людей. И стараюсь за это наказывать.