Легенда о свободе. Мастер Путей - страница 78

Прошел слух, что Вирд ранен. Потом Гани узнал, что это лишь отток, и успокоился. С Мило все было хорошо, он видел короля собственными глазами гарцующим на тарийском скакуне перед центральными воротами – тот возвращался с поля боя.

Гани, уставший от беготни, вернулся в помещение к Целителям, сами Мастера тоже еле держались на ногах, все чаще и чаще отказывая легко раненным.

Арей Балатас, так и не сказавший Гани ни слова за весь прошедший тяжелый день, сейчас сидел, прислонившись к стене, запрокинув голову и устало прикрыв глаза. Шейлс выглядел более бодрым, еще принимая раненых и отдавая распоряжения по организации исцеления.

В дверном проеме появилась группа ливадок. Их стройные, облаченные в доспехи фигуры и хищные взгляды сразу же привлекли внимание. Пламенеющим львом, выполненным эмалью, порядком уже поцарапанной, среди них выделялась Алиния. Она заметно прихрамывала, но без посторонней помощи подошла к Гани.

– Вот видишь, Музыкант! Слово я держу: из-за небольшой царапины, – она обнажила лодыжку, распаханную, по-видимому, стрелой одного из смаргов, а стрелы у них – еще те… – обращаюсь к Мастеру Силы. Ты уже сказал им, от чего еще меня нужно исцелить? – засмеялась она.

Гани вместо ответа подозвал предупрежденного заранее Шейлса.

– Ее величество королева Алиния!.. – громко представил он.

– Мы знакомы… – небрежно бросил ему Целитель и улыбнулся королеве, дотрагиваясь до д’кажа. – Ваше величество, позвольте вам помочь.

– Помогай! – не переставала смеяться та. – Помогай! Раз уж мы оба с Мило живы!..

Не успела она договорить, как столпившихся у входа ливадских воительниц растолкали тарийские солдаты с обеспокоенными лицами, несшие носилки. Гани привстал и с ужасом узнал лежащего в них бледного окровавленного короля.

– Мило!.. – воскликнула Алиния и подбежала к нему резво, несмотря на собственную рану.

Он был без сознания. Шейлс сделал знак рукой одному из Мастеров, еще не вконец измотанному и способному исцелить серьезное ранение. У короля был задет правый бок, не очень глубоко, но он потерял много крови, пока его уносили с поля боя.

– Почему его не доставили Мастера Перемещений? – спросил Гани.

– Они все заняты… – промямлил один из воинов.

Предводительница ливадок Ачинса, сестра королевы, протиснулась сначала между своими воительницами, затем сквозь скопление тарийцев, выгнала гневным окриком вон из помещения и тех и других и сказала:

– Он не послушался гласа разума и приказа Командующего – погнался за смаргами. Советник Кодонак приказал отступить, чтобы полотно завершило дело. А твой безумный муж, – она сверкнула глазами на Алинию, – решил стать героем…

– Или хотел умереть… – прошептала королева бледными губами, – она тоже теряла кровь, и Шейлс принудил Алинию присесть на койку, занявшись ее ногой.

В эти же мгновения исцеляли и Мило.

Шейлс закончил первым. Целитель постоял еще немного с вытянутыми руками над Алинией, у которой на месте кровавой раны теперь была гладкая белая кожа, затем обернулся к Гани, с удивлением глядя на него.

Мастер рассеянным кивком ответил на «благодарю» королевы, затем подошел к Гани и прошептал ему в самое ухо:

– С ней все в порядке – она здорова!

– Спасибо, Мастер Шейлс: королевский двор и Верховный не забудут вашей службы… – начал Гани, но тот прервал его:

– Вы неправильно поняли, Мастер Наэль! Она изначально не имела никаких проблем… кроме раны на ноге… Она и была здорова!..

У него чуть не отвалилась челюсть. Как же так?..

– Исследуйте короля!.. – наклонился Гани к Шейлсу, тот кивнул и направился к Мило, уже розовевшему и начинавшему дышать ровнее.

Алиния не обращала внимания на перешептывания Гани и Шейлса, она выглядела… озабоченной. Как только Целители закончили и оставили Мило отдыхать, королева, словно примернейшая супруга, бросилась к нему и нежно взяла его за руку. Король открыл глаза.

– Вы правы! – Мастер Шейлс вновь вернулся к Гани, указал на стулья в дальнем конце комнаты и, подойдя, устало упал на один из них. Музыкант сел рядом. – Проблема была в короле… это Мило не мог иметь детей…

Мастер Наэль поднял брови, криво улыбнулся, хмыкнул и едва удержался от нервного смеха.

Глава 16
Кошмары и мечты

Вирд-А-Нэйс Фаэль

Вирд полностью выложился… Такую усталость, неспособность пошевелиться, да что там пошевелиться – просто открыть глаза, он не испытывал со дня своего первого в жизни настоящего сражения, в котором впервые… убил. Бой в Тарийском лесу… Теперь все иначе, а слабость та же. Он уничтожил полчища смаргов, но их число, кажется, и не уменьшилось… Они будто саранча… пришедшая в Ливад. Вирд вспомнил, с каким упреком смотрела на него вчера королева Пая: Тария заключила перемирие и тем подставила под удар Ливад. Голодные твари опустошали их северные города. Но ведь Тария не оставила Ливад: это ее Строители Силы создали здесь крепкие стены, это ее войска сражались сегодня с тьмами смаргов, хотя у нее еще полгода впереди до окончания срока перемирия, и на ее территории Атаятан не тронул бы ни одного человека. Но тарийцы сражались сегодня за Ливад, как за Город Семи Огней, не жалея себя.

Там, за стенами, продолжалась битва, но он пока не способен вновь вступить в нее. Помоги, Мастер Судеб, Кодонаку… Вирду нужно пару часов и… еду, много еды… А пока он не в силах даже открыть глаза. Он слышал, как обеспокоенная Элинаэль спрашивает у Целителя Зайна о его состоянии.