Искусство быть напарником - страница 62
Я хмуро посмотрела сначала на ослепительно улыбающуюся маску нага, а затем – на Риста, на устах которого играла довольная усмешка. Скальтесь, скальтесь, я вам это припомню!
Впрочем…
Я резко опустила голову, чтобы распущенные волосы закрыли лицо и эти двое не увидели моей мрачной ухмылки.
Да, я не могу спросить Аристарха. Но зато прекрасно могу расспросить Айшшена. И пусть только попробует не сказать!..
Случай представился довольно скоро – мои спутники выяснили, что забыли купить что-то важное, а потому Рист умотал это важное искать. Мы с Айшшеном коротали время в кафе неподалеку от отеля, в котором ночевали.
– Ты на меня смотришь так, словно я совершил преступление. – Блондинка скривила в подобии улыбки идеально очерченные губы.
Я не собиралась отвлекаться на пустой треп, который только пожрет драгоценное время.
– Что ты наговорил Ристу, несчастный чешуйчатый? – процедила я, подавшись вперед.
– А, ты об этом. – Ни один мускул не дрогнул на его лице. – Ну да, перекинулись ночью несколькими фразами. А что, – он лукаво усмехнулся, – Рист уже действует?
Не зря мне это все не нравилось, ой как не зря!
– Айш-ш-шен! – прошипела я и грохнула кулаком по столу. – Что ты сказал Ристу?!
– Что он кретин и упускает время, – с убийственным спокойствием ответил наг.
И я растеряла весь свой боевой запал.
– В смысле?
– Хочешь напрямоту? – Он немигающе посмотрел в мои глаза.
Я уже не была так в этом уверена, но робко кивнула. В конце концов, не буду страусом. А то потом… могут быть проблемы.
– Тогда ответь сначала на один вопрос: что ты к нему чувствуешь?
Мне на миг показалось, что сквозь голубую радужку просматривается настоящий цвет его глаз – алый. Я вздрогнула и резко отвела взгляд.
– Ира, – голос Айшшена был холоднее арктических льдов, – посмотри на меня и ответь на вопрос.
Так, кажется, я уже ничего выяснять не хочу!
– Ира, я понимаю, что тебя сейчас очень тянет сделать глупость, но не стоит.
– Чего ты хочешь?! – сдавленно процедила я, с силой переводя взгляд на нага. – Услышать, что я его люблю?! А я не знаю! У меня, знаешь ли, столько проблем сейчас – совсем не до того, чтобы сесть и подумать!
– Успокойся, – мягко улыбнулся змей. – Я и не сомневался, что ты об этом не думала. Подумай сейчас. Вспомни, что вот на днях нас ждет храм, в котором мы все можем погибнуть, и хорошенько подумай.
Я опять отвернулась и покачала головой.
– Не знаю, просто не знаю…
– Сосредоточься. Ты на пороге вероятной смерти. Сконцентрируйся на этом и найди ответ.
О чем о чем, а о смерти мне думать не хотелось вообще… Я тряхнула головой и решила отвечать, как есть. Не закапываясь так глубоко.
– Знаешь, в него легко влюбиться. – Я печально улыбнулась и посмотрела Айшшена. – Правда, не думаю, что я успела. Но… Он мне нравится, и очень. Более того, я им восхищаюсь. И хоть несколько дней назад меня и пугала такая перспектива, сейчас я совершенно не против попробовать, когда мы выйдем из храма и…
– Р-р-ромашка! – взбешенно рявкнул Айшшен, и я испуганно замолчала, шокированно рассматривая полупрозрачную молочную чешую, которая медленно проявлялась на его руках.
Кажется, он в ярости!
– Я же ничего такого не сказала, – растерянно пробормотала я, не понимая, что могло вызвать такую бешеную реакцию.
– Конечно. – Чешуя на руках пропала, а чувственные губы блондинки исказила презрительная ухмылка. – Ты сказала ровно то же самое, что каждый день говорят себе тысячи идиотов. Что завтра все будет. Непременно. А оно, это гребаное завтра, может взять и не наступить!
Мне стало обидно. До выступивших слез. Его послушать, так я бегаю от жизни, малодушно надеясь, что оно как-то само все решится. Без моего участия! Еще и улыбается так… Презрение хуже ненависти, это еще моя бабушка говорила.
Мне очень хотелось сказать ему что-то едкое. Злое. Чтобы ударило больно-больно… Я даже начала перебирать в памяти все те скудные сведения, что знала об этом наге… И меня осенило.
– Ты ведь о себе говорил, да? – потрясенно прошептала я, смутно осознавая, что презрение было адресовано не мне, а себе. – О вас с Флорой?
– Умница, девочка, – очень грустно улыбнулся Айшшен и отсалютовал мне стаканом с соком. – Среди этих тысяч идиотов, я – король. Потому что за все эти годы так и не смог ничего делать. Из-за того что верил: у меня есть это… завтра.
– О-о-о… – выдохнула я, пребывая в глубоком шоке. – И Ристу ты… тоже сказал про то, что наша затея подождать, когда все закончится, дурость?
– Именно, – кивнул он.
– И это значит… – Я окончательно осознала, к чему были все эти взгляды, и ощутила, как сердце бухается в живот, замирая тревожным комком, а на его бывшем месте разливается неприятный холодок.
Я поняла, что вслух сказать это просто не смогу. Покраснела до корней волос и залпом допила свою минералку.
Черт, вот как реагировать, если мне сейчас практически прямым текстом говорят, что вечером меня ждет соблазнение по полной программе?!
– Сейчас кое-кто накрутит себя до состояния «тронь – и вспыхну», а потом это все скандалом прольется на голову Риста, – ехидно сказал Айшшен. – Боюсь, как бы мне потом по морде не прилетело за такую «помощь».
– Я не истеричка! – огрызнулась я, с унынием понимая – да, процесс накрутки пошел.
Вот как себя тормознуть, а?!
– Угу. – Наг резко подался вперед и, обхватив ладонями мое лицо, заставил смотреть ему в глаза. – А теперь подумай, девочка… Храм – это не место пикника. Реально, без всяких скидок – мы можем оттуда не вернуться. Или вернемся – но не все. Ты готова пойти на поводу у своих тараканов и никогда не узнать, каково это – быть с ним? Ведь есть шанс, что вы погибнете. Или, что еще хуже, погибнет один из вас. Ты готова всю жизнь потом жалеть о том, чего не сделала, девочка? Готова?
