Вставай! Страна огромная! - страница 41
Но все ж таки я просчитался. Выстрелы, спустя какое то время раздались. Но совсем не оттуда, откуда их можно было ожидать. Логично было бы заложиться на обстрел с берега, где прошлый раз меня пытались подсветить из авиационных прожекторов. Но это только заяц, попавший в луч света автомобильных фар, будет бежать по лучу до изнеможения. Или пока не пристрелят.
Но я не заяц, а скорее волк-одиночка. Как по жизни, так и по складу характера. Таких еще в народе называют - "бирюк". А тут напрочь забыл, что на волков охоту устраивают несколько иначе. С обязательным наличием загонщиков, которые настигают сзади, флажков, которые не дают уйти в сторону. И самое главное - стрелков, которые ждут впереди, в засаде. И название у такого вида охоты, соответствующее - облава.
Вот и у меня так же. В качестве загонщиков выступает время, которое, своей неумолимостью, заставляет меня рваться вперед. За место флажков - берега реки. Которые не дают возможности свернуть. И как тут можно было забыть о стрелках, ума не приложу? А вот они напомнили о своем существовании.
- Нарисовались, блин, что хрен сотрешь! Еще только окладчика, для полной картины, не хватает!
Но было видно, что стрельба ведется вразнобой, бессистемно. А это значило, что никого из тех, кто мог бы собрать воедино всю мозаику, у немцев нет. А то, что стрельба идет прямо по курсу, могло означать только одно - приближение моста. Того самого, который я заминировал последним. Который, как помнится имеет две опоры и три пролета. Причем средний пролет расположен таким образом, что если двигаться прежним курсом, то удастся проскочить точно по центру. Где, в принципе, никаких препятствий быть не должно. Во всяком случае, прошлый раз, я таковых не заметил. Если только, за время моего отсутствия, какой-нибудь, растяпа-водитель, не утопил свою колымагу именно в этом месте.
- А-а, где наша - не пропадала, Маша?
И с этим воплем добавил газу, хотя, казалось бы, больше уже и некуда. Оказалось, что есть куда. Взревев мотором, лодка понеслась вперед, изредка подпрыгивая на волнах, как необъезженный скакун. Сам же себе я напоминал участника родео. Поэтому, чтобы не вылететь на ходу, одной рукой вцепился в рулевой рычаг, а второй за собачий ошейник. А так как пес располагался на носу лодки, то для этого мне пришлось, почти распластаться. Таким образом, моя голова едва возвышалась над бортами. Руки раскинулись на максимальную ширину, а живот полировал центральную скамейку. Которую моряки, почему-то, именуют банкой.
Такое мое положение еще больше улучшило аэродинамические свойства судна, поскольку, благодаря тому, что корпус моего тела находился параллельно, а не пендикулярно днищу, парусность значительно уменьшилась. А скорость, соответственно, еще немного подросла. Теперь она достигала не менее 80 км/ч. И это было весьма кстати. Поскольку к хлопкам винтовочных выстрелов добавился резкий рокот пулеметной очереди. Пули вспенили воду немного сзади. Но в этот миг, лодка влетела под мост.
Не успел я перевести дух, как она тут же выскочила с другой стороны, и поскакала дальше. Спустя какое-то время опять послышались выстрелы. Теперь они гремели строго сзади, но уже не доставляли особого беспокойства. Потому что с каждой секундой я удалялся от моста. Но тут снова зарокотал пулемет. Видимо пулеметчик водил стволом из стороны в сторону, от всей широты своей немецкой души. Стараясь накрыть как можно большую площадь.
- Опытные люди говорят, что свою пулю не услышишь. Хотя откуда они могут это знать, если разобраться? Если по собственному опыту, то, как смогли поделиться ощущениями с окружающими? А не испытав этого на практике, вряд ли могли бы, об этом говорить, с такой уверенностью. Но лично мне хватило и того, что я слышал.
Сначала что-то просвистело слева, затем справа. Потом всплески послышались спереди и, наконец, сзади. Лодка вышла из опасной зоны. Что дало мне возможность выпрямиться, перевести дух и оглядеться.
Туман стал рассеиваться, под утренними лучами восходящего солнца. В появившихся разрывах было видно что, благодаря отсутствию управления, лодка сместилась ближе к левому берегу. И я уже начал вновь выворачивать на середину, как вдруг скорость резко упала. Создавалось впечатления, что будто бы кто-то схватил ее сзади и не хочет отпускать. Но нет! Оказалось, что причина была не сзади, а спереди. И ее было не только видно, но и отчетливо слышно, даже не смотря на работающий двигатель. Одна из пуль все ж таки задела лодку, пройдя по касательной по самому носу. И сквозь проделанную, ею, дыру сейчас со свистом утекал драгоценный воздух.
Не в том смысле, что дышать было нечем. А в том, что с его потерей стала резко падать плавучесть. В первую очередь стала съеживаться и зарываться в воду, носовая часть. Что сразу же, отрицательно, сказалось на скорости, которая стала стремительно падать. Поэтому, не дожидаясь пока она упадет окончательно, я резко повернул к берегу. Ближайшему. Которым оказался, как это не печально, левый. Но выбирать не приходилось. До правого я бы по любому не добрался. Правда, в качестве альтернативы, имелась еще возможность добираться до него вплавь, оказавшись посреди реки без плавсредства.
- Но это уже не альтернатива, получается, а только ее иллюзия.
Мое местоположение, на корме, при учете массы двигателя, сыграло против меня. Совокупным весом мы давили на самую наполненную воздухом часть, создавая тем самым дополнительное давление. Которое, в свою очередь, способствовало увеличению потока воздуха, покидающего лодку. И длина лодки не позволяла хоть как-то, или чем-то прижать дыру. Тут уж или править, или бороться за живучесть судна. Одновременное решение обеих задачи не представлялось возможным. Выручил Туман!
