Амир - страница 45
Его взгляд не был ясным, в нем проносились всполохи всех цветов: то яркая голубизна, то глухая чернота, то прозрачная серость, которая уничтожала даже зрачок. Я на мгновение замерла от неожиданности, и опять что-то решило за меня, моя рука потянулась к нему, и он подал мне свою ладонь.
– Я постараюсь быть честным с тобой и добиться твоего доверия.
Моя рука на секунду задержалась над его раскрытой ладонью, но потом все-таки сделала вид, что поверила и опустилась в нее. Мое внутреннее недоверие не ушло, оно спряталось где-то глубоко внутри души, но шаг навстречу был сделан.
Фиса обняла меня на дорожку и прошептала на ухо:
– Красавица, ты помни одно, он раз обещал, слово свое не нарушит. А уж от тебя самой будет зависеть, как ты слушать его будешь, да что услышишь, глазами как посмотришь, да захочешь увидеть.
– А я увижу?
– Увидишь, только смотри да слушай. Ты сразу каменьями-то не обкладывайся, подожди, оглянись вокруг да песню послушай.
– Песню?
– Он хоть и ирод, да поет тебе, ты постарайся девонька эту песню его услышать, хоть и разными звуками поете, да все одно, песня эта только вам двоим и звучит.
Алекс вошел и радостно улыбнулся:
– Здравствуй, Рина, ты готова?
– Да.
На руки меня брать не стал, рядом пошел, но улыбка так и осталась на лице, и глаза веселые, тоже хочет из дворца на волю вырваться.
Если Амир хотел меня удивить, то у него получилось. Я встала на лестнице как вкопанная, даже хотела за спину Алекса спрятаться, но он не стал мне помогать, сразу отодвинулся. Машин было много, я, конечно, их не считала, но эскорт был внушительным, у каждой машины стояли высокие молодые, не знаю, всего скорее не люди, в черных костюмах, такие, как стояли тогда на лестнице. А может те, которые мне клялись во время ритуала? Тогда я их бояться не должна, они мне жизнь свою согласились отдать. И я смогла спуститься на одну ступеньку, удерживая себя, чтобы не схватиться за руку Алекса.
Амир стоял у ближайшей машины и не делал никаких попыток помочь мне, смотрел темными глазами, даже губы сжал. Он был одет в такой же черный костюм, как и все, ничего из одежды не выделяло его, но при этом сразу было понятно, что он вождь. Я посмотрела на него лишь мельком, но продолжала видеть его перед собой, когда пыталась не упасть на ступеньках. Значительная фигура и властный взгляд, за которым еще что-то, очень таинственное и непонятное, посадка головы, гордая, никому не подчиняющаяся. Вот оно, наконец, я уловила то, что его отличало: так держать голову может только вождь, как там у нашего великого вождя было написано, «непоротое» поколение. Эти мысли проносились в моей голове, а тело переступало по ступенькам высокой лестницы и пыталось не качнуться на подрагивающих ногах.
Когда я уж подходила к машине, Амир подал мне руку и помог сесть в кресло рядом с водителем, я удивленно посмотрела на него, но ничего не сказала. А когда увидела ремень безопасности, не выдержала:
– Ты меня этим закреплять будешь?
– Да.
На удивление широкий ремень не мешал сидеть, он не припечатал меня, а лишь мягко обнял собой, добавил внутренней уверенности. Ну да, если вспомнить, как он вел машину в прошлый раз, лучше пусть будет такой. И я поняла, почему он не подходил ко мне на лестнице, ему вспомнилась та наша поездка, после которой меня едва спасли. Вдруг опять что случится, и я сразу решила свою догадку уточнить, обещал же откровенность.
– Ты вспомнил нашу поездку к морю?
– Да.
И на этом подробности закончились, он рванул с места так, что я обрадовалась наличию такого широкого ремня. Если что случится, от меня хоть кусок останется. Амир понял, что погорячился и сбавил скорость, оглянулся на меня:
– Ты можешь не беспокоиться, у нас специальные машины, их практически невозможно разбить. Для тебя важно лишь пристегнуться ремнем безопасности.
– А тебе он не нужен?
– Нет.
Я посмотрела на идущую впереди машину и поразилась тому, как она реагировала на изменение скорости движения нашей: Амир чуть сбавил скорость, и она тоже поехала медленнее на те же самые чуть. Обернуться назад мне не позволил ремень, и Амир сразу спросил:
– Что ты хочешь увидеть?
– А если ты неожиданно остановишься, тот, кто едет за нами, успеет остановиться?
– Успеет.
И сразу показал: так резко остановился, что я бы вылетела в окно, если бы не спасительный ремень. Послышался визг тормозов, но в нашу машину никто не въехал. Странно, но и впереди идущая машина тоже очень резко остановилась. Когда я отдышалась, то сразу спросила:
– А как они так могут?
– Это их задача: не нарушать границу сопровождения нашей машины.
– А зачем?
– Они охраняют тебя.
– Меня?
– Ты объект охраны номер один.
– А тебя?
– Мне не требуется охрана.
– Но ты же сможешь меня защитить?
– Да. Но они должны быть готовы ко всему.
– А от кого защищать? У тебя есть враги?
– Не враги, те, которые могут напасть.
– А какая разница?
– Враг идет войной, у него есть цель, а эти только могут попытаться захватить тебя.
Я уже открыла рот, чтобы возразить, но увидела его лицо и проглотила вопрос. Оно стало таким жестким и мрачным, казалось, что он даже глаза закрыл от какой-то мысли. Мне пришлось отвернуться к окну, чтобы спрятаться от этого лица, и я вздрогнула, когда услышала металлический голос.
– Рина, ты хочешь откровенности, но может получиться так, ты не захочешь меня знать или возненавидишь.
– Ты этого боишься?
Он молчал очень долго, только скорость движения увеличивал, еще немного, и мы полетим над дорогой, я уже не могла заставить себя посмотреть в окно, так быстро там проносились какие-то объекты, вернее смазанные картинки. Ответ прозвучал таким же голосом:
