Опаленные войной - страница 23
Ули криво усмехнулась и замолчала.
– Гарм нас жалел, – тихо промолвила Аги.
– Гарм – скотина и тварь! – едва не задохнулась от ненависти Ули.
– Это наш последний хозяин, тот, которого вы зарубили, – пояснила Аги.
– Ага, ему она нравилась, – рычала Ули. – Каждую ночь ее на печку таскал. А я его братьям доставалась.
– Но и то сказать, не злые были… если трезвые, – то ли возразила, то ли подметила Аги. – Прежние хозяева нас вовсе в дом не пускали. Под шкурами спать приходилось.
Аги снова заплакала.
– А по мне, – продолжила Ули, безжалостно глядя на меня, – они все сволочи. Нелюди эти норды, все как один! Твари!
– Прекрати, – тихо попросила ее Аги. – Мы же спаслись. Да? Дарольд, миленький, ты же нас спас?
– Да, – выдавил я, хотя уверенности в таком ответе у меня не было.
– Ты лучше скажи, что ты делаешь тут? – спросила Ули. – Как ты оказался в этих краях? Мы же потеряли тебя, когда… Когда… – она задумалась и с каким-то нутряным ужасом сказала: – Давно. Как же давно это было!
И закрыла лицо руками.
– Я вас искал, – ответил я.
– Бедный-бедный Дарольд, – сказала Аги.
Ули нахмурилась, на носу собрались морщины: – А дальше? Дальше-то что, братец? Что мы будем делать? Обратно в пустой Виллон? Или, может, в Великую Крепость, к братьям Ордена Духов?
Я растерялся. Мне послышался легкий смех вдалеке. Будто шуршит трава под ветром, будто перекатывается вода в ручье. Почудилось?
Этого вопроса я одновременно и ждал, и боялся. Я понимал, что спасти сестер мало, от этого их жизнь не наладится, не вернется прошлое спокойствие. Мир изменился. И далеко не в лучшую сторону. Чтобы вернуть хотя бы часть былого нужно горы свернуть! Но я над этим не задумывался. У меня была цель – спасти семью. Или хотя бы ее часть. Пропал Рик, обезумел Эйв, погибли родители. Но остались сестры! И вот они со мной… Но как изменила их судьба, как изломала.
«Что же дальше?!» – этот вопрос навис огромным снежным комом, норовил обрушиться, погрести под собой. «Что же дальше?! У тебя на хвосте бешеные норды, – сказал я сам себе. – У тебя мало людей. Они голодны и устали. Ты на чужой земле. И отвечать за все это – только тебе!»
Пересохло в горле.
– Я… Я не знаю…
Ули зло усмехнулась.
– Тогда, братец, я тебя разочарую. С такими планами ты мог бы нас и не вытаскивать.
– Что ты говоришь, Ули?! – накинулась на нее Аги. – Дарольд нас спас! Он молодец!
– Молодец, – устало отмахнулась та. – Молодец он, да еще какой, особенно когда убежал из родного дома, не попрощавшись… Ох, какой молодец! Ладно…
Она замолчала и легла на землю, завернувшись в тулуп.
– Ты ее не слушай, – Аги смотрела мне в глаза. Она пыталась улыбаться, но казалось, что за это время она просто разучилась это делать. Губы кривились в улыбке, но глаза все равно оставались грустными, просящими, как у собаки, которую много и долго бил хозяин.
Не в силах смотреть, я опустил голову.
– Я не знал…
– Брось, она просто злится, – сказала Аги. – Злая она стала, но ее винить нельзя. Нам было трудно. Но это позади, ведь так? Дарольд, все ведь будет хорошо?
Я разлепил онемевшие губы.
– Да, Аги. Все будет хорошо, – мой голос вдруг стал хриплым и неприятным. – Ты тоже поспи.
– А ты? Ты разве не устал?
– И я посплю, Аги, – говорить с ней было еще труднее, чем с Ули. Та рубила правду с плеча, зло бросалась словами. Аги же не ругалась, она принимала судьбу с покорностью, словно бы отдавала себя в чьи-то руки. И от этого становилось еще тяжелее. Аги не обвиняла, не требовала. Она передавала ответственность за себя кому угодно… я помнил ее другой.
Аги послушно укладывалась спать.
– Когда проснемся, все будет хорошо, – сказал я.
Она укрылась плащом с головой. Я, как оглушенный, остался сидеть у костра.
Рядом неслышно присел Эйо.
– Непросто… а?
– Я видел такое. Это пройдет. У нее, – Эйо кивнул в сторону Аги, – пройдет. А вот другая…
– Ули, – сказал я.
– Да. Вот с Ули будет сложно, возможно, даже очень.
– Пока наоборот.
Эйо вздохнул и выдал отстраненно:
– Завтра встаем рано. Эймс боится, что норды погоню организуют.
– Мы так петляли, неужели они найдут нас? – я чувствовал опустошенность.
– Не забывай – они хозяева в этих землях. Рано или поздно, но мы встретимся.
Эйо ушел. Я закрыл глаза. Усталость, накопленная за день, сделала свое дело. Я так вымотался, что сознание держалось нетвердо. И нужно было совсем немного, чтобы нырнуть в темное магическое море.
«Вар Ло?!» – позвал я.
«Слушаю тебя, Дарольд», – послышался моментальный ответ.
«Мне трудно… из-за сестер. Им столько пришлось пережить. Это так несправедливо!»
«Несправедливость свойственна этому миру. Все в нем вертится вокруг несправедливости».
«Я не хочу так…»
«Неужели?» – голос моего собеседника окреп.
«Да! Не хочу, я хочу справедливости!»
«Хочешь изменить мир?»
«Я хочу, чтобы мир изменился!»
«Но для этого кто-то должен его изменить».
«Тогда я хочу изменить мир!»
«Только человек, с железной волей и безграничной жаждой к переменам, способен на такое».
«А я такой чеовек?»
«Не знаю, Дарольд, но мир уже меняется, в нем уже начались перемены».
«Таких перемен я не желал, они приносят только зло…»
«Чтобы стать лучше, нужно пройти через испытания».
«Неужели ты думаешь, что тяготы, выпавшие моим сестрам, пойдут им на пользу?!»
«Пойми, Дарольд, есть процессы, с которыми можно только примириться. Либо же погибнуть! Нет другого пути. И перемены в этом мире уже не остановить. Но можно сделать так, чтобы они принесли благо. Для этого не нужно бояться перемен. Нужно их принять и нести в мир. Понимаешь?»
