Зерно Ненависти - страница 49

– Не вижу никаких препятствий, – обрадовала ее талани.

Пока Хелея наполняла флаконы росой, Эва вспомнила фразу Шеланы, заинтриговавшую ее.

– Цеара, это правда, что Долина блокирует любую чужеродную магию?

– Да, и внешнюю, и внутреннюю, – довольно подтвердила талани.

– Что это значит? – недоуменно спросила Хелея, склонившись над цветком.

– Магия элкари, как и любого другого магически одаренного народа – внутренняя, это истинный дар, данный с рождения. Ритуалы, обряды, руны – внешняя магия – то, что привлекает энергию извне.

– Хотите сказать, что и магические существа и магические вещи здесь теряют свою силу и перестают быть таковыми? – поразилась Эва.

– Именно так, – улыбнулась Цеара.

– Вы знаете, по какой причине все Древние однажды умерли? – внезапно робко спросила Хелея.

Повисла напряженная тишина. Судя по выражению лица, ясновидица и сама была уже не рада, что задала этот вопрос. Но Цеара лишь молча покачала головой.

– Но вы же – светлые духи! – воскликнула Тень.

– Мы не всесильны, – горько ответила талани. – Мы не можем знать прошлого и будущего, но можем чувствовать опасность. Именно это и произошло несколько десятилетий назад.

– Просто чувствуете? – уточнила Эва.

– Старшая талани проживает всю свою жизнь, обращенной внутрь себя – так она раскрывает в себе пророческий дар. В те времена ею была Иссаана. В какой – то момент она почувствовала угрозу для всей Альграссы и пожертвовала собой, чтобы передать другой талани, Ферайс, свою силу. Та поглотила ее, но даже сил их обеих было недостаточно. Время истекало, но разглядеть полную картину трагедии Ферайс не смогла, и все, что она смогла увидеть глазами Иссаны – то, что всем Древним Альграссы грозит уничтожение.

– Что же стало с Иссаной?

– Она исчезла с лица этого мира – превратилась в поток силы и растворилась в Ферайс. Таково предназначение старших – отдавать другим всю свою энергию без остатка, когда это необходимо. Ферайс заняла ее место, теперь она – старшая талани.

– Кошмар, – покачала головой Хелея. Цеара мягко улыбнулась.

– Мы пытались изменить предначертанную трагедию и создали Шедаран, призванный помочь нашему повелителю, Дехаорму, остановить надвигающуюся катастрофу.

Девушки переглянулись и Эва осторожно спросила:

– И что? Шеадаран так и не смог помочь?

– Повелитель не успел воспользоваться Великим шармом, – сокрушенно вздохнула Талани. – Создав Шеадаран с помощью живых Древних, вложивших в артефакт всю свою силу, мы спрятали шкатулку с ним, дожидаясь повелителя. Половинки ключа разделили, и двое Древних несли каждый свою половину Дехаорму – мы просто боялись, что найдутся нечестивые, которые захотят воспользоваться шармом. Повелитель уже был на полпути сюда, когда всех живых на Альрассе внезапно настигла смерть.

– Вы действительно думали, что Шеадаран сможет помочь против такого? – с сомнением в голосе поинтересовалась Эва.

– Тогда мы еще не знали, чего ожидать, – печально отозвалась Цеара. – Войны? Какой – то неведомой магии? Природной катастрофы? Мы создали шарм, чтобы у нашего народа был шанс выжить, но Повелитель даже не успел им воспользоваться. Когда Первородные погибали, мы наблюдали странные вещи, слишком странные, чтобы их можно было как – то объяснить. Океан вышел из берегов, земля в центре острова разверзлась, Древние просто падали и умирали, даже не успев ничего предпринять.

– Такие великие маги все до одного умирают в одночасье! – потерянно произнесла Хелея. – Если они не смогли защититься от обрушившейся на них беды, то что же говорить сейчас о нас, людях и не – людях, не обладающих сильнейшей древней магией? Никогда не чувствовала себя такой хрупкой и беззащитной перед неведомым.

Эва молча кивнула, задумчиво глядя на великолепие Долины. Сейчас она как никогда понимала ясновидицу.

31

– Отец, нет! – крикнула Рейнара, просыпаясь.

В стену комнаты раздраженно постучали – очевидно, своим истошным криком она разбудила постояльцев трактира. Тяжело дыша, девушка дрожащей рукой провела по лбу, покрытой испариной. Она поднялась, свесила ноги с кровати и, задумавшись, попыталась привести свои мысли в порядок.

Один и тот же кошмар, каждую ночь. Сначала – отец и мать, распростертые на окровавленном полу в их некогда уютном доме. Потом – раскаленное железо, прижатое к лицу, и ухмылка Тахона, с извращенным наслаждением избивающего ее ногами.

Иногда она переживала весь этот кошмар до конца, не в силах проснуться. Иногда – как сейчас – страшная картина обрывалась на середине. Но все это время, что девушка находилась в Дельскаре, ни одна ночь не обходилась без леденяющих душу воспоминаний о прошлом.

Когда Рейнара покинула Хартадот, ей пришлось остановиться в ближайшем селении и потратить практически все деньги, данные Кермагом, на услуги лекаря. Пожилой врачеватель, осматривая тело галгреды, не переставал поражаться ее страшным гематомам, ранам и ожогам, но никаких вопросов задавать не стал. Рея была уверена – слухи об их недавно начавшейся войне с росахами уже дошли до Империи, хотя галгреды, как и их соседи, в Альянс кланов не входили.

Теперь девушка, как никогда, жалела об этом. Она была уверена – Совет Острова защитил бы их, помог бы разобраться в том кровавом хаосе, что творился в Траорме.

Но на пустые сожаления времени у Рейнары не было. Как только лекарь привел ее в более – менее нормальное состояние, напоследок наказав полный покой, девушка, призрев все его рекомендации, вскочила на коня и помчалась в Дельскару. Ей казалось, что столица – это именно то место, которое поможет утихомирить душевную боль, не покидающую ее после смерти родителей. Множество людей и не – людей из различных кланов, среди которых не будет росахов, суета, движение, новые события – все это должно было помочь ей отвлечься.