Зерно Ненависти - страница 65

Потом отец начал учить его самой рунной магии, тому, как, благодаря ей, можно привлечь магию извне. Вскоре Джувенел смог находить в воздухе потоки энергии – следы магии после чужих заклинаний и магический действий, излучения от магических предметов – и направлять их в свое тело.

Начиная с того момента, когда у Джувенела впервые получилось привести в действие свою руну, он каждый день накладывал ее на тело Руфорда, чувствуя, как при этом из него высвобождается часть магической энергии. И руна эта имела лечебное свойство.

Получалось, что Кароль говорила правду.

– Этого не может быть, – упрямо повторял призрак, уже не веря в то, что говорит.

– Я дам тебе время, – мягко произнесла призрачная женщина. – Время принять сказанное мной. Когда будешь готов – скажи мне об этом. Теперь я всегда буду рядом с тобой.

– Готов к чему? – глухо спросил Джувенел.

– Отказаться от несуществующего прошлого, и жить настоящим, – был ее ответ. – Заново познакомиться со своей семьей. Твоя сестра и отец… с ума сходят от беспокойства, не зная, жив ты или мертв.

– Я не смирился с тем, что погиб так глупо, отдав свою жизнь проклятому Древнему! И никогда не смирюсь. Я буду искать выход до тех пор, пока его не найду.

– Я понимаю, – улыбнулась Кароль, но в ее глазах плескалась печаль. – Я для тебя чужая, а в мире живых есть человек, ради которого стоит там находиться. Я приму любое твое решение. Просто знай это.

Не успел Джувенел произнести ни слова, как его мать исчезла, растворившись в воздухе. А он даже не успел узнать свое настоящее имя.

Еще долго призрак стоял, глядя в пустоту.

4

Обратная дорога прошла в полном молчании. Эва до сих пор не могла поверить в то, что у мастера – иллюзора пропал дар. Это казалось слишком невероятным.

Больше всего Грейча пугало то, что он прогневал Леграту, Королеву Грез, и тем самым заслужил от нее страшное наказание. Теперь постройкой его дома занимался друг, а тренировки в Ратовайн проводить стало некому.

Перед тем, как Керенас и ясновидица покинули Пахир, мастер – иллюзор сказал, что намеревается отправиться в Тарагет вместе с другими лишенными дара. Он надеялся получить от Леграты ответ и понять, что им делать дальше.

Эва тяжело вздохнула. Девушка никогда не видела учителя таким подавленным, и ей трудно было смириться с тем, что помочь ему она не в силах. Вецвольд и Хелея тоже не выглядели радостными и не пытались завести разговор. Поглощенная мыслями о неожиданном исчезновении дара Грейча, Тень не заметила, как перед ними оказалась величественная крепость.

Компания вошла в Ратовайн. На первом этаже группа Керенас, проживающих в самой крепости, окружила Бреана. Заметив их появление, командор спросил:

– Вы нашли Грейча?

– Нашли, – глухо доложил Вецвольд. – Но в не самом лучшем расположении духа.

– Говори, – коротко приказал Бреан.

– Его дар пропал. Он… не может больше сотворить ни одной иллюзии, даже наипростейшей.

Керенас зашумели.

– Что же такое со всеми творится? – вскричала Ханга, немолодая Керенас со свежим рубцом, опускающимся от уголка рта.

– Со всеми? – не поняла Эва.

Бреан остановил взгляд своих карих глаз на девушке и пояснил:

– Боюсь, что Грейч Атар – не единственный, кто потерял возможность управлять своим даром. И я говорю не только об иллюзорах. Несколько дагуэров и менакеров также подверглись… как они утверждают, проклятию. На самом же деле никто не понимает, что с ними случилось.

– Проклятие? – расширив глаза, прошептала Хелея. Тень, стоявшая рядом, услышала в голосе ясновидицы нарастающую панику и ободряюще сжала ей руку.

– Что самое странное, не у всех магические способности пропали бесследно – у некоторых они, наоборот, вышли из – под контроля.

– Это как? – нахмурился Вецвольд.

– Один из менакеров последние сутки ходит с черной повязкой на глазах, – отозвался Бреан. – Причина этому – его неуемный дар. Как только он посмотрит на любой предмет, он тут же взлетает в воздух.

– Телекинез? – заинтересовалась Эва. – Немногие даже самые талантливые менакеры могут им обладать!

– К сожалению, в данном случае способности менакера не приносят ему ничего, кроме проблем, – сухо ответил командор. – Весь его дом разгромлен им же самим, сам мужчина серьезно пострадал, когда на него упал тяжелый комод. С тех пор он и не снимает с глаз повязку.

– Вы тоже думаете, что это проклятие? – спросил Вецвольд.

Бреан тяжело вздохнул.

– Я не знаю, что и думать. Совет уже обо всем осведомлен, и он постановил, что заниматься решением этой проблемы должна именно имперская разведка. Так что, если узнаете что – то новое – немедленно сообщите мне.

Ему вразнобой ответили голоса членов имперской разведки. Эва задумчиво кусала губы, пытаясь понять, чем она могла бы помочь командору. Девушка так и не сумела придумать ничего путного, кроме как обратится к Шелане. Но, несмотря на недавнюю помощь колдуньи, Тень решила оставить этот вариант как самый крайний. Было в этой красивой женщине что – то такое, что настораживало Эву, внутреннее чутье призывало ее держаться от Шеланы подальше.

– Поедем домой? – предложила Тень, на что Хелея с облегчением согласилась.

Когда они направлялись к своим лошадям, ясновидица бросила на подругу хитрый взгляд.

– Ни за что не поверю, что ты оставишь Бреана самому разбираться с этой проблемой, – произнесла элкари.

– Конечно, нет, – с готовностью ответила Эва. – Я думаю съездить завтра к пострадавшим, включая менакера, обладающего телекинезом, и выяснить у них все, что происходило с ними в последние дни. Должно же быть между ними что – то общее? Вряд ли проклятие – если это действительно проклятие – было наложено на них без причины. Но это завтра, сегодня нам нужно отдохнуть.