Ведьмочка в дебрях *nix или программистка поневоле - страница 82
Его брат быстро умчался выполнять поручение. Нира судорожно всхлипнула, опустилась рядом с пострадавшим из-за неё молодым гномом и негромко запричитала, глотая слёзы:
– Соль и боль, как зола, дуну и плюну, не останется и следа! – древний лечебный родовой заговор девушке передала ещё прабабка, он действовал всегда, помогая даже в тех случаях, когда даже самые опытные и сильные целители отступались.
Двалин открыл глаза, когда восковая бледность покинула его лицо. Он через силу улыбнулся разбитыми губами, силился что-то сказать, но не смог.
– Молчи, глупый, тебе сейчас нельзя разговаривать. Боюсь, если бы не твоё мастерство и не заступничество профессора Траена, всё бы закончилось для тебя совсем плохо! – она наклонилась, многообещающе улыбнулась и поцеловала незадачливого воздыхателя.
Тут подкатила повозка, которая и унесла их обратно в Академию. Гномы мрачно молчали, глядя, как Нира хлопочет над Двалином, стараясь устроить его поудобнее и что-то ласково шепча тому на ухо.
– Надо его где-то спрятать, пока Эльрисс не поостынет! – озабоченно проронил Борбурах, почесав в затылок. – В мастерской ему нельзя появляться хотя бы пару дней.
– Одни беды от этих глупых девок! Вот чего ты попёрлась на завтрак к дроу? Мало того, что он тёмный эльф, так и ещё второе лицо в Гранатовом Корпусе. Вам госпожа Годдевирр разве мало рассказывала про обычаи и нравы своего народа? Нет, поглядите на неё, сама ещё даже не ведьма, а туда же, приключений на место чуть пониже спины искать! И этот молодой дурак не лучше: совсем голову ты ему задурила! Если ещё и сплав придётся переделывать из-за тебя, Тион нас по голове не погладит за задержку.
Двалин с трудом открыл припухший глаз и просипел:
– Ниру трогать не моги, Траен. Дель Аронак пусть, что хочет, творит с дровками. Эту ведьмочку я никому не отдам! – и молодой подручный гордо вскинул подбородок и упрямо сжал разбитые губы.
– Двалин, помолчи, – ласково прошептала Нира, – тебе сейчас нельзя много говорить. Профессор Траен, оставьте его у меня, там точно искать будут в последнюю очередь.
Борбурах с братом осторожно отнесли пострадавшего в комнату девушки и уложили на кровать. Нира тут же умчалась и спустя несколько минут пришла с тазом с горячей водой, чистыми бинтами, какими-то снадобьями и занялась самыми серьёзными ранами, глотая слёзы и изредка всхлипывая.
– Господин Борбурах, не могли бы вы помочь мне?
– Чем, девонька? – брат профессора Ладдорской Академии был абсолютно спокоен в отличие от разъярённого Траена.
– Принесите пару смен чистой одежды и помогите мне привести его в порядок и переодеть. Сама я точно не справлюсь: он слишком тяжёлый.
Борбурах, прошипев на ухо брату: «Не терзай их нравоучениями, сейчас они не к месту»! – выскользнул за дверь и вернулся почти сразу, метнув подозрительный взгляд на Траена. Судя по тому, что Нира стала спокойнее, на этот раз обошлось без едких нотаций.
Ведьмочка ещё раз семь меняла воду в тазу, пока не промыла все раны, ссадины и царапины, смазав повреждённые места густой мазью, приложив листья подорожника и аккуратно перебинтовав полосками мягкой ткани. При помощи Борбураха она натянула на Двалина чистую одежду и напоила сонным зельем. Молодой гном умоляюще смотрел на девушку и что-то порывался сказать, но язык никак не желал его слушаться.
Как и следовало ожидать, травяной настой подействовал на пациента не сразу. Нира что-то ласково шептала ему на ухо, осторожно укладывая обратно, поправляя и подтыкая одеяло. Траен и Борбурах только удивлённо переглянулись. От привычной для них вертихвостки не осталось и следа. Собранная и спокойная девица присела на тяжёлый табурет, поблагодарила их за помощь и отпустила, сказав, что дальше и сама справится.
– Её что, подменили? – Борбурах никак иначе не смог объяснить произошедшую в ведьмочке перемену.
– Нет, Рах, просто обстоятельства заставили повзрослеть избалованную девчонку. Она поняла, что только благодаря Двалину избежала большой беды и позора.
– Да, уж, влипнуть могла бы сильно, а с дель Аронака при его положении было бы всё, как с гуся вода. Это ещё хорошо, что наш Двалин присмотрел за непутёвой дурёхой.
– Если он испортил сплав, я его сам укокошу! – озабоченно буркнул Траен. – Нам ещё только проблем с Королём, ректором и Гранатовым корпусом до кучи не хватает! Чем они вообще думали? Одна без спутника на завтрак к знатному дроу прётся, даже если и по приглашению. Второй, ещё хлеще – хозяина поместья боевым молотом из-за глупой девки угощает!
– Надеюсь, госпожа Годдевирр вправит юным недоразумениям мозги! – буркнул Борбурах досадливо морщась. – Иначе где мы столько бравых гномов молодых наберём, чтобы спасать глупых ведьмочек из жадных лап дроу?
– Надеюсь, сплав без присмотра не стал хуже! Тут малейший изъян недопустим! – в голосе Траена прозвучала неприкрытая тревога.
– Трай, Двалин своё дело знает, на моей памяти он ещё ни разу не опростоволосился со сталью. Талант не пропьёшь! – с уважением пробурчал Борбурах, вычёсывая из бороды крошки от давешнего завтрака.
Профессор Ладдорской Академии с замирающим сердцем нацепил на нос очки подручного и стал придирчиво рассматривать синюю гномскую сталь. Удивительно, но он так и не нашёл, к чему придраться. «Дуракам и влюблённым всегда везёт. А этим двум повезло незаслуженно сильно»! – подумал Траен, бросив недовольный взгляд на довольно ухмыляющегося брата.
