Большая пайка (Часть вторая) - страница 16

– Классный мужик, – сказал Ларри, имея в виду ВП. – Ты понял, что едешь под его личное поручительство? Сейчас таких стариков уже почти не осталось. Слушай, у него предки не из Грузии?

– Да ладно тебе, – улыбнулся Платон. – Ты мне вот что скажи. Мы ведь этого так не оставим? Ты сделаешь, как договорились? Ларри полез в карман пиджака.

– Вот. Завтра "Красной стрелой" туда. День на месте и сразу же обратно.

– Ты ему звонил?

– А как же! Он тебе привет передал, сказал, что ждет. На следующее утро, уже находясь у паспортного контроля, Платон зачем-то обернулся, и ему показалось, что где-то у барьера, по ту сторону таможни, мелькнула знакомая рыжая шевелюра. Когда через десять дней он позвонил Ларри из Италии, то сразу спросил:

– Слушай, старик, я когда улетал, мне показалось... Ты, случайно, не был в Шереметьево?

– Ну был, – признался Ларри. – Хотел увидеть, что ты улетел. А ты за этим и звонишь? Тебе про Ленинград неинтересно?

– Конечно, интересно.Расскажи.

– Ага, вот прямо сейчас я тебе все по телефону и расскажу. Приедешь – сам увидишь.

– Ты только скажи, получилось или нет.

– Еще как получилось. Тут у меня одна бумажка лежит – ей цены нет. А от того, что в Институте происходит, – ты просто офигеешь.

Ларри ездил в Ленинград, чтобы встретиться с Федором Федоровичем – тем самым, с которым Платон и все остальные познакомились на школе-семинаре, где товарищ из органов осуществлял общее руководство протокольными мероприятиями и надзор за контактами с иностранными коллегами.

Личный контакт произошел ближе к вечеру – в ресторане, который назвал Федор Федорович.

Ленинградский знакомец долго изучал содержимое кейса, привезенного Ларри.

– В Грузии этот коньяк подают только в двух местах, – объяснил Ларри. – Его даже в буфете ЦК нет. А это вино от моих очень близких друзей. Если будете в Грузии, я дам адрес. И еще – Платон просил передать вам пакет.

В пакете от Платона лежали томики Булгакова, Андрея Белого и Бальмонта.

– Большое спасибо, – растроганно сказал Федор Федорович. – Ну, как там ваш знаменитый Проект?

Ларри начал рассказывать. Из его слов следовало, что Проект вышел на качественно новый уровень, превратившись чуть ли не в межотраслевую программу государственного значения. В нее вовлечены огромные научные силы и фантастические ресурсы. А теперь осуществляется давно запланированный прорыв на международном уровне. При этом Ларри небрежно упомянул о наметившихся контактах с такими гигантами, как "Даймлер-Бенц" и "Дженерал моторc". Контакты действительно имели место, но были несколько односторонними. То есть Платон как-то написал туда и туда письма, предлагая сотрудничество, но ответов до сих пор не получил.

– Сейчас Платон Михайлович в Италии. С делегацией Завода, – закончил Ларри.

– Ну что ж, – сказал Федор Федорович. – Здорово раскрутились. Увидите Платона, передайте от меня большой привет. И Виктору тоже.

– Обязательно передам, – широко улыбаясь, пообещал Ларри. Несколько минут оба молчали. Наконец Федор Федорович задал вопрос:

– Есть какие-нибудь проблемы?

– Пожалуй, что есть, – медленно сказал Ларри, ставя на стол рюмку и закуривая. – В Институте складывается не совсем здоровая обстановка. Это мешает работать. В том числе и по Проекту.

– А я могу помочь? – поинтересовался Федор Федорович.

– Не знаю. Давайте я расскажу. Хороший совет – лучшая помощь.

– Ну что ж, рассказывайте, – согласился Федор Федорович и придвинулся поближе к Ларри.

– У нас есть один замдиректора, – начал Ларри. – Ведает режимными вопросами. Его жена руководит группой. И он ей помогает. Кстати, вы ее должны помнить, она была у нас на школе. Такая яркая, с ногами.

В глазах Федора Федоровича мелькнуло понимание.

– Помню, помню. Так в чем вопрос? Если помогает, это нормально. Ларри покрутил в руках зажигалку.

– По-разному можно помогать. Когда идет прямой нажим по его линии, это уже совсем другое.

– Поподробнее можно? – спросил Федор Федорович. Ларри рассказал про историю с Виктором.

– Вы понимаете, какой уровень? Возьму папку, с одной полки на другую переставлю – и пеняй на себя. Так можно?

– А что за стажер? Может, к нему действительно есть вопросы?

– Может быть, – согласился Ларри. – Только когда его прикомандировали к Викиной группе, вопросы снялись. Дальше рассказывать?

– Давайте.

Ларри перешел к Марку.

– Сейчас никто не знает, когда был сдан отчет в первый отдел. Думаю, когда-то он и был сдан, только потом, задним числом, одну страничку вклеили. Своя рука владыка. Так можно?

Федор Федорович кивнул головой.

– Еще что-нибудь?

– Есть и еще, – сказал Ларри. – Мы же все-таки одна команда. Делаем общее дело. И Платон Михайлович, конечно, в стороне не остался. Он все сделал, чтобы ребята не пострадали. Знаете, чем кончилось?..

– Ну и как же он улетел? – спросил Федор Федорович, когда Ларри закончил рассказ.

– ВП помог, – объяснил Ларри. – Под свою ответственность.

– Да, дела, – задумчиво сказал Федор Федорович. – Эх, Вася, Вася. Ну ладно. Давайте так. Возвращайтесь спокойно в Москву. А Платону передайте, чтобы не волновался. Эти вопросы мы еще в состоянии решить.

Через три дня после возвращения Ларри в Москву по Институту поползли слухи, что Викиного мужа куда-то переводят. Как выяснилось чуть позже, это были вовсе не слухи, а реальный факт. Викина группа просуществовала еще несколько месяцев, после чего, в порядке перевода, стройно удалилась в какой-то новообразованный институт с длинным и невнятным названием. Возглавлял его сын одного из членов Политбюро.