Чужая в чужом море - страница 111
Проблему заметил Динго. Сдав очередной раз карты, он бросил взгляд на монитор контроля положения груза и, довольно лениво сообщил.
— Хей, шкип, может, этот Том Кампанелла и был великим социальным прогностиком, но тут у нас в третьем штабеле левого ряда свободно перемещается почти центнер груза.
— Joder! – лаконично констатировал Эрче, прервал на середине длинную фразу о значении «Города Солнца» в мечтах людей о светлом будущем, и уставился в экран.
На 3d схеме судна мигал красным контур второго снизу контейнера, а на вынесенной в отдельное окно горизонтальной проекции наблюдался хаотично движущийся квадратик.
— Какой–то мудак не закрепил 50–литровую бочку, — предположил Торин, глядя на тот же экран, — теперь ее перекатывает даже от слабой качки.
— Как–то странно ее перекатывает, — заметила Поу, — типа, не в ритм качки.
— Так контейнер же не пустой, — ответил Кианго, — Она цепляется то за одно, то за другое, поэтому и кажется, что не в ритм. А что там за груз, кстати?
— Сейчас посмотрю, — буркнул шкипер, — Торин, пусти меня к этому терминалу… De puta madre, где тут таблица загрузки?.. Так, контейнер 3L2. Бетонокомбайны «Sioux–mini» на квадро–шасси, продукция «Tata–motors» (Индия) 6 единиц. Габариты: 1.050x1.800x1.100 метра, вес 290 кг. Ну, и откуда там взяться чему–то катящемуся весом в центнер?
— Знаю я эти комбайны, — сказал Динго, — Это на квадроцикле такая, типа, бочка, которая крутится. По ходу, она и оторвалась. Если качка усилится, то она там все раздолбает.
— Conio, — обреченно выругался Эрче, — Придется открывать этот гребаный контейнер. Ау, девчонки, примите вахту, ОК?
— Не вопрос, — ответила Рити и они с Поу переместились, заменив Торина и Кианго.
— Шкип, у тебя на калоше есть пушки? — спросила Бимини.
— Полный комплект, как положено. А что?
— А то, — сказала она, — что там ни фига не бочка. Там что–то живое, и оно хочет вылезти.
На минуту все застыли, следя за квадратиком на экране.
— Би права, — нарушил молчание Кианго, — Бочка не могла бы катиться против крена, а эта штука ходит и ищет способ открыть задвижки на дверцах.
Торин с досадой щелкнул пальцем по экрану, повернулся к шкиперу и уверенно сказал:
— Давай ключ от оружейки, и радируй берегу: типа, крот в грузе.
Цепь событий, случившихся в следующие четверть часа, Жанна наблюдала по монитору. Как она сразу поняла, имеется некая инструкция, предписывающая порядок действий в отношении нелегальных пассажиров, путешествующих в грузовых контейнерах, причем все ее знали. В этой инструкции учитывалось, что «крот» может прятаться в контейнере выше 1–го яруса. Пока один матрос (в данном случае — Динго), с площадки подъемника открывал задвижки, двое других (в данном случае – Кианго и Торин) держали двери контейнера под прицелом автоматов. Командир грузового судна (шкипер Эрче) в это время разъяснял «кроту» по мегафону, как именно тот должен сдаваться, добавляя, что при любом отступлении от сообщенного порядка, экипаж: «откроет огонь на поражение согласно морской инструкции». До некоторого момента, экипаж был настроен не особо агрессивно. Ну, мало ли, кто решил прокатиться даром – может быть, это какой–нибудь хиппи. Вреда от него никакого. Проведут с ним профилактическую беседу, и ссадят на берег в порту Руго. Если ему дадут сигареты и какао с пирожками, то он еще и на гитаре сыграет. Обычное дело. Но, как только «крот» (как ему и было приказано) спрыгнул в страховочную сетку, отношение резко изменилось. Хотя, это еще слабо сказано… Когда раздалась короткая автоматная очередь, Жанна подумала было, что «крота» застрелили, но Рити, тут же прокомментировала.
— По инструкции: «Если исламист медлит с выполнением приказа: дать очередь поверх головы. Если исламист не выполнит приказ после этого: открыть огонь на поражение».
— Откуда известно, что он исламист? – удивленно спросила канадка, глядя на экран.
— А по–твоему, он похож на Микки–Мауса? – съехидничала Бимини.
На Микки–Мауса «Крот» был, разумеется, не похож. На вид — лет 27. Одежда, типичная для разнорабочих из стран Южной Аравии и Африканского Рога. Характерная арабская внешность. Сейчас он сидел на палубе и поспешно раздевался.
— По инструкции, — продолжала объяснять Рити, — исламист должен снять всю одежду, и выложить все содержимое карманов, сумок, и кошельков, после чего связать себе ноги и отодвинуться от своих вещей на 5 метров. Только потом с ним можно работать.
— У них бывают бомбы в поясах, сумках и потайных карманах, — добавила Поу, — так что, первое, чему учат на резерв–сборах, это выбирать дистанцию, чтобы если он подорвется, то тебя не зацепило осколками. Наши мальчишки все делают правильно.
— Но из того, что он – мусульманин, не следует, что он — террорист, — заметила Жанна.
— Это теоретически, — сказала Рити.
— Если он в этот раз не взял с собой бомбу, – добавила Бимини.
— Он мог оставить бомбу в контейнере, — уточнила Поу, — смотрите, Динго полез туда проверять… Joder! Надеюсь, он сделает это достаточно осторожно.
— Слушайте, я пойду туда, — сказала Жанна, — По–моему, он совсем не террорист.
— Все может быть, — согласилась Рити, — Летающие тарелки, морской змей и мусульмане — нетеррористы. Жизнь полна чудес.
Процедура «подготовки к работе» завершилась. «Крот» сидел, прислонившись спиной к стене надстройки, совершенно голый, со связанными шнуром ногами. Одежда, обувь и вещи из карманов лежали на палубе, и Эрче что–то там искал. Кианго и Торин держали «крота» на мушке, и по всему было видно: при любом подозрительном движении, они сделают из парня решето. Он, похоже, это понимал, и старался не двигаться вообще.
