Меченая: Крест (СИ) - страница 43
Я дала ему пощёчину. Я! Какой стыд…
И он ничего не стал делать в ответ. Ещё недолго прожигал меня глазами, в которых почему-то не было привычной ярости — сейчас они словно потухли. А затем он просто сказал:
— Иди за мной. — И зашагал прочь.
Я, конечно, не хотела никуда с ним идти, но ноги сами потянули следом. А ещё, моя грудь болезненно сжималась, потому что Чейз только что практически назвал меня той, кем я на самом деле никогда не являлась. Моя татуировка имела для него то же позорное значение, что и для всех.
Ненавижу его.
— Зачем ты привёл меня в мою же палату? — накинулась я на Чейза, как только переступила порог. — Мне не девяносто лет, я и сама могла найти дорогу!
Чейз подпёр боком стену и скрестил руки на груди. На его правой щеке горело большое красное пятно.
— Мне нужна карта, — сухо сказал он, точнее почти приказал.
— Что? — Я с абсурдом выдохнула.
— Дакиру нужна твоя карта. — Чейз устало провёл рукой по лицу. — Я видел её в твоём рюкзаке.
— И с какой стати я должна давать её тебе?
Чейз выстрелил в меня своим коронный убийственным взглядом.
— Прямо сейчас, я сам могу забрать её из твоего рюкзака, уйти и перестать наконец травиться твоим присутствием. Но Дакир… он попросил одолжить её у тебя на время.
— И послал за этим тебя, — констатировала я. — Это тоже входит в отработку наказания? Кажется, ты становишься проблемным парнем.
Чейз прильнул затылком к стене.
— Меня уже тошнит от тебя, — сказал он.
— Это очень мило. И я бы даже сказала: взаимно. Но заметь, это ты припёрся в мою палатку и ты, отравляешь в ней воздух. Так что будь добр, свали, мне нужно проветрить.
Я с силой плюхнулась на кровать и тут же пожалела об этом — спину точно сдавило тисками. Я закусила губу, заглушая стон, и почувствовала на языке вкус вернувшегося на место колечка.
Чейз подхватил с пола мой рюкзак и принялся безжалостно выворачивать всё его содержимое на пол.
— Если бы у меня был пистолет, то я бы пустила тебе пулю в затылок, — проскрипела зубами я, следя за его действиями.
— Хорошо, что я его у тебя забрал.
— Когда-нибудь, я его верну.
Чейз подобрал сложенный в четверо, пожелтевший кусок бумаги и выпрямился. Кажется, мне уже во второй раз мерещиться, что уголки его губ приподнимаются в улыбке, в то время, когда глаза уничтожают всё вокруг. Сумасшедший парадокс.
Я тоже поднялась, не собираясь сдавать позиций.
— Я хочу видеть Дакира.
— Рад за тебя.
— Отведи меня к нему.
Чейз уже был на пути к выходу, но всё же остановился и повернул голову. Его волосы упали на глаза, и я не видела, что творится в них сейчас.
— До завтрашнего вечера тебе не разрешено покидать это крыло.
— А потом? Ты придёшь за мной и проводишь в новую комнату? — выплюнула я, в усмешке дёрнув плечами. — Ты вообще в курсе, что меня распределили в блок пятого отряда?
Чейз развернулся ко мне всем телом, и я ничего не могла прочитать по его лицу. Его грудь тяжело вздымалась, натягивая чёрный свитер, на руках проступали вены.
— Чушь! — рявкнул он.
Я зацокала языком и слегка помотала головой.
— Не думаю. Хотя данная перспектива мне нравится не больше твоего.
Ещё одна долгая пауза.
— Сомневаюсь, — выплюнул Чейз и вылетел из палаты.
Глава 17
Вечера следующего дня я ждала, как рождества лет пятнадцать назад. Днём Кира сделала мне перевязку, провела инструктаж касательно того, что мне можно, а что нельзя (того, что можно, было скудно мало), рассказала, куда приходить к ней для дальнейших обработок ран и, пожелав удачи, выпорхнула за дверь.
Санта, то есть Чейз, явился по мою душу, едва осеннее солнце окрасило небо в цвет заката. И не то чтобы я ждала конкретно его появления, я ждала освобождения из этой палаты. Заточение сказывалось на мне ужасным образом, кажется, я даже отупела! Мне срочно нужна была смена обстановки и свежий воздух.
Чейз был одет всё в тот же чёрный, обтягивающий рельефы тела, свитер, тёмно-синие потёртые джинсы с дырами на коленях и в большие военные ботинки. Его волосы были влажными и растрёпанными, и не смотря на то, что он полный кретин, мне это безумно нравилось! Но вот кислая мина на его каменном лице просто-таки умоляла врезать по ней. И я бы это сделала, если бы последствием сия действия не стало бы моё очередное заключение в этой палате со сломанным позвоночником.
— Пошли! — рявкнул он.
О да! Сегодня настроение этого красавчика просто сносит крышу!
— Обожаю, когда ты такой милашка! — Я всё не сдержалась.
Ноздри Чейза раздулись.
— Сегодня не лучший день, чтоб рисковать жизнью, — прорычал он.
Я застегнула молнию на рюкзаке, взяла за шлейки и поднялась с кровати.
— А твои шутки так воодушевляют! — Я улыбнулась так широко, как только могла. — Прошу вас, надзиратель, проводите меня в мою новую камеру.
Чейз взглянул из-подо лба.
— Дакир тебя ждёт, иди за мной.
Он вышел из палаты так быстро, что я не успела ляпнуть ещё какую-нибудь гадость, поэтому просто попёрлась следом.
Чейз вёл меня в штаб. Побывать там у меня ещё не было возможности, но, если честно, я туда и не собиралась. И почему меня вообще ведут в штаб? Разве это не должно быть какое-то крутое сверхсекретное место, куда допускаются лишь самые доверенные лица? Моё лицо определённо не подходит под этот критерий. И всё-таки Дакир очень странный.
Если моя палата, как я недавно узнала, находилась в старом четырёхэтажном здании школы, ставшем больничным корпусом сектора обороны, то местонахождением штаба служило бывшее здание банка. Я уверена, что попасть в него можно было бы и пройдясь по улице, но Чейз повёл меня через длинный, мрачный коридор, освещая дорогу керосиновой лампой. Этот проход напоминал узкий каменный наземный тоннель. Я видела его с окна палаты. Кира сказала, что такие тоннели были выстроены между всеми крупными зданиями в Кресте, для того, чтобы при атаке тварей можно было добраться до соседнего сектора способом, исключающим передвижение по улицам. Входы во все тоннели были закрыты, а ключ находился у ответственного за определённый участок сектора. Видимо ответственным за этот участок был Чейз. И, кажется, он просто продолжает измываться надо мной, раз повёл через тоннель, не позволив набрать полную грудь свежего, по нынешним меркам, воздуха.
