Дар. Общий файл v1.3 pre-release - страница 61

В перерывах между репликами Леонид Андреевич пролистывал отчеты психолога по поводу Рене, а так же мнения научных консультантов по поводу его магических способностей. Конечно, Горбовский и сам мог бы выступить в роли лабораторной крысы, но у него не было на это времени.

В первую очередь его интересовала воспроизводимость магии. Как и перед Юэ Ту, перед диктатором земли стоял вопрос утраты технологий и средств производства, а также смены культурно-цивилизационной парадигмы.

Имеющиеся в распоряжении Горбовского физики могли только разводить руками и скулить про плохое оснащение лаборатории. Когда Леонид Андреевич передал в их руки секретные работы Ч. Кларка по магии камня, он добился только одного. В глазах двух бывших профессоров КалТеха после прочтения светился немой вопрос: "Это че за херня?!". Вот тогда-то Горбовский понял, что пора бы обратиться к первоисточнику "теории гиперпричинных взаимодействий". Благо во время побега из Булони Артур рассказал все перипетии своего визита на родную планету.

Спустя три часа разговора Леонид Андреевич понял, что Каммерер издевается над ним и получает от этого удовольствие. Диктатор не любил силовые действия. Ему казалось, что разговор на равных и взаимное уважение будут более продуктивны в стратегической перспективе, но в последнее время выдержка начала изменять ему. Сказывался высокий уровень стресса и когнитивный диссонанс, вызываемый частым пребыванием в иной реальности.

Он отдал приказ по межпланетной связи кораблям на орбите Марса. Три канонерки вышли из стелс-поля. Горбовский не хотел использовать их в качестве ретранслятора, дабы не выкладывать все козыри на стол сразу.

Линейный ускоритель малого пушечного корабля выплюнул небольшой кусочек антиматерии. Олимп после этого вспомнил молодость, когда он был не просто самой высокой горой в солнечной системе, но и самым большим из вулканов. Лава снова потекла по его склонам.

Горбовскому пришлось ждать минут десять, пока до Каммерера дойдет информация о произошедшем. Спустя этот срок Максим разразился потоком угроз и обвинений. На вежливую повторную просьбу отдать в распоряжение Федерации Чарльза Кларка Горбовский получил тираду, в которой кроме производных от слова "Fuck" присутствовали только предлоги.

Следующий залп радикально улучшил качество покрытия космодрома купола Оппортьюнити, превратив его абсолютно ровную площадку из вулканического стекла. Правда, пострадал купол космопорта и линия монорельса, но построить их заново было совсем не сложно. Как и собрать несколько новых орбитальных челноков взамен сгоревших.

Канонерки, висящие на расстоянии полутра сотен тысяч километров над поверхностью, оставались абсолютно недостижимыми для чахлой системы космической обороны колонии

Задержка общения почти пропала, связист "Манджура" взял на себя передачу сигнала.

- Я могу уничтожить купол, ты знаешь это, - сказал Горбовский.

- Ты не посмеешь! - по бледному настолько, насколько может побледнеть негр, лицу Каммерера стекали капли пота.

- Почему?

- Твои люди не выполнят такой приказ! Они не такие чудовища как ты.

- Тогда я активирую дистанционное управление и произведу выстрел сам. В программном обеспечении наших кораблей достаточно закладок, - Горбовский пожал плечами.

Пол под ногами Каммерера дрогнул. Еще один залп превратил в плазму и излучение зенитную батарею прикрывавшую космодром. Максим сглотнул...

Двадцать минут спустя к примарсившемуся у входа в купол шаттлу вышел в сопровождении нескольких агентов СОБАК Чарльз Кларк. В руках у него был герметичный чемоданчик с компьютером, остатками вчерашней пиццы и парой бутылок грибного марсианского пива.

Три канонерки с максимальным ускорением возвращались на Земли в ценным грузом. Еще одна, так и не выдавшая свое присутствие, осталась висеть на орбите невидимой. На всякий случай. Ведь случай бывает всяким.

Что же, теперь Леонид Андреевич мог с чистой совестью вернуться в Мир.

***

"Кореец" полз в направлении Сатурна по инерционной траектории для проведения очередного гравитационного разгонного маневра. После незапланированного визита на Марс топливо приходилось экономить.

Происходящее в столице меня категорически не устраивало. Ингрид я не видел уже трое суток и дико за нее волновался, но сделать ничего не мог. В самом деле не мог же я заявиться в резиденцию Алого Ордена со словами: "Всем привет! Я последний оставшийся в мире маг воздуха, а по совместительству темный бог, вы не подскажете где моя девушка?".

Якоб каждую ночь где-то пропадал. Каждое утро он возвращался уставший и довольный, а я получал очередные очки опыта, повышая уровень бога. На мои вопросы он обтекаемо отвечал, что как я и приказал он не ищет верующих, а просто проводит церемонии поклонения. Смотря на его удовлетворенную физиономию, у меня закрадывалась мысль, церемонии проходят исключительно в борделях. Что же, оргаистические культы - это весело.

Рене и Горбовский тоже не появлялись. В результате время я проводил слоняясь с Лехой по городу и упрашивая Олега хоть ненадолго отправить нас с Ингрид обратно на "Корейца". На третий день, будучи вне себя от беспокойства я пригрозил всемогущей каменюке, что отправлю его плавать в сортир стоящий на дворе. Видимо, это сработало. Потому, что заснув утром в таверне, проснулся я в обнимку с Ингрид в своей каюте.

Она открыла глаза почти одновременно со мной.

- Здравствуй, милая, давно не виделись. Где ты пропадала?

- Квер, ты молодец! Я так надеялась, что ты догадаешься вытащить меня в свою вселенную. - Она села и потянулась. - Совет великих магистров допрашивал меня почти двое суток по кругу. Их очень интересовали события в Булони, да и все остальные мои похождения. Особенно схватка с повелителем вод Кусто в Аросе. Они будут писать претензию консулам и Синим за необоснованное применение магии стратегического назначения. Это будет важный козырь для мирных переговоров с Республикой!