А теперь держи меня - страница 59
Шторм оборачивается, чтобы взглянуть на Матвея, но тот всё ещё в отрубе. Уже больше пяти часов… Он хоть живой там?
Тоже поворачиваюсь к Иркутскому. Тот лежит на заднем сидении, мирно посапывая. Он раздет до торса, плечо перебинтовано. Штормов накрыл его своей курткой, чтобы парень не замёрз.
— Как думаешь, а снотворное вообще можно с морфином смешивать? — бормочу я, разглядывая спокойное лицо Мити.
Егор пожимает плечом.
— Хрен его знает.
— Ну, просто, — отворачиваюсь. — Вроде как, морфин сам по себе снотворным эффектом обладает.
— Может, сопротивлялся, пока пулю доставали, — предполагает Шторм. — Вроде, живой…
Я шумно вздыхаю, осматриваясь по сторонам.
Мы останавливаемся напротив гипермаркета «Магнит» рядом с огромным красным пикапом. На его фоне наш жигуль смотрит слишком убого. Как ещё это корыто вообще продержалось столько времени на ходу, не понимаю.
— Долго мы едем, — бормочу я. — Я всегда думала, что до Москвы на машине меньше дня.
— Ага, — усмехается Егор. — Ты просто маршрут не знаешь, который Андрей придумал. Мы, блять, петляем, как в игре «змейка». То возвращаемся, то зигзагами тащимся. Такими темпами повезёт, если через неделю доберёмся.
А, ну, да. Это похоже на Тарана. Везде всё усложняет.
Наблюдаю за прохожими, безмятежно прогуливающимися по дороге. То женщина с пакетами, то школьники на велосипедах, а вот девушка на высоких каблуках в красивом синем платье, изящно виляет бёдрами, будто на подиуме.
Замечаю, что Егор заинтересованно смотрит ей вслед, и мне становится неприятно. Чёрт, я что, ревную? Почему мне не нравится, когда Шторм пялится на других девчонок, да ещё и на таких красивых? Я сама то выгляжу, словно бомжара. В душе сто лет не была, не накрашена, волосы грязные и растрёпанные. Даже боюсь в зеркало на себя смотреть.
— Мы проехали больше половины пути, и с нами ничего не случилось, — замечает Егор. — Почти…
— Почти? — фыркаю я, впервые за долгое время улыбаясь. — Матвея ранили. Мы бегали за ним по какой-то чёртовой дыре, а потом ещё менты сели на хвост. И это «почти».
Шторм тихо смеётся.
— Ну, могло быть и хуже… Нас, по крайней мере, не нашли шестёрки Арчи. Знаешь… — он откидывает голову на сидение и смотрит на меня. — Мне порой кажется, что мы убегаем от призраков. Никто за нами не гонится. И…
— Маша, — напоминаю я, и улыбка на его лице меркнем.
— Да. Точно.
Я вдруг качаю головой, обнимая себя руками. Вглядываюсь в прохожих, будто любой из них может достать пистолет и начать стрелять в нас. Вывеска аптеки раздражающе мигает, меняя надписи, слышу, как кто-то смеётся.
— Зря мы сюда приехали, — вдруг заявляю я. — Таран позвал нас прямо в лапы Арчи. Думаешь, ему нужна наша помощь? Да он просто хочет обменять нас на Машу.
Егор фыркает, мол, это полный бред, и я недовольно смотрю на него.
— Андрей, конечно, тот ещё придурок, но даже он на такое не пойдёт, — заверят меня Шторм. — К тому же у него всегда есть парочка запасных планов.
— Он хороший стратег, не спорю, — соглашаюсь я. — Но ради Маши он пойдёт на всё. Ему плавать на нас, понимаешь? На всех нас. Я только сейчас это поняла. Чёрт…
Потираю вспотевший лоб, убираю назад растрепавшиеся волосы.
— Да успокойся, — бросает Егор. — Она твоя сестра, и мы в любом случае не можем её бросить. Или ты хочешь прямо сейчас уехать? Я не понимаю тебя, Сонь… Определись уже. Ты то хочешь спасти Машу, то сейчас говоришь, что нам вообще здесь не место. От Матвея хотела избавиться. Что с тобой такое?
— А чего ты так печёшься о моей сестре? — раздражаюсь я. — Тебя она вообще касаться не должна.
— Потому что мы все в одной лодке, твою мать! — парень повышает голос, и мне становится чертовски обидно.
Не успев прикусить язык, я язвительно выпаливаю:
— А, может, потому что ты её трахнул?
Наши взгляды встречаются, и в салоне повисает тишина. И чем дольше она продолжается, тем сильнее меня сковывает неловкость. Ну, зачем я это сказала? Вообще же не в тему. Кто меня за язык тянул?
— При чём тут… Бля-я-ять…
Егор отворачивается, шумно вздыхая.
— Ты… — он взмахивает руками. — Сонь. Какого хера с тобой происходит? Несёшь какой-то бред.
— Ещё скажи, что это неправда… — бурчу, отворачиваясь.
Смотрю в окно, обиженно поджимая губы.
— Да, я её трахнул! — повышает голос. — Знаешь, как это бывает? Встретились, выпили, искра, буря, безумие.
— Не знаю я, как это бывает! — огрызаюсь я.
Слушать про случайный секс Шторма и моей сестры у меня нет желания, но я сама виновата. Не надо было вообще эту тему поднимать.
Но, кажется, Егора мои слова задевают больше, чем я рассчитываю.
— Я могу даже рассказать, как всё было, — продолжает бубнить он. — Вот, знаешь. Дерьмовый у меня был период. А тут Маша. Вся такая красивая, сексуальная. Улыбается, рассказывает про своего придурка-парня. И я такой думаю, а почему бы, блять, не завалить её? Ничего такая баба-то. Она мне всегда нравилась. Даже когда помогала нам с Малийским. Не бросила нас в этом дерьме, с нами и потонула. И та ночь с ней была… офигенной. Ты даже не представляешь. До сих пор вспоминаю.
— Да заткнись ты! — не выдерживаю я.
— Чё заткнись-то? Ты же по любому хотела узнать, как у нас с ней всё произошло. Жаркая ночь, алкоголь, её длинные волосы, спадающие на спину. Сзади она ещё симпатичнее. У неё такая талия узкая, — он показывает руками, словно держит что-то.
— Хватит! — смущаюсь я.
Перестань! Прекрати этот цирк! Не хочу ничего знать!
