Стафф - страница 73
– И что это ты так распереживалась из-за этого стилистишки? У тебя миллионы подписчиков, а он никто… Давайте лучше сделаем селфи. – Ляля начала быстро настраивать камеру. Являясь безумной фанаткой «Инстаграма» и «Фейсбука», которые неотделимо ассоциировались у нее с селфи, женщина принадлежала к поколению себяшек. Она практически никогда не выпускала из рук свои айфоны, которых у нее было аж целых три, только бы побить рекорд себяшек с хэштегом в «Инстаграме», нежась в постели с тщательно расставленными на столе цветами или другими фонами для завистливых конкуренток. Она – это поколение тех решительных и терпеливых фанатов айфонов и брендов, которые готовы выстаивать огромные очереди, чтобы только оказаться в рядах первых приобретателей товара, а затем поделиться с миром этой радостной новостью и с хэштегом #iPhone7!
Во время этого небольшого девичника Анна периодически поднимала взгляд и более детально рассматривала Яну и Лялю. В голове у Анны рождались все новые и новые идеи для будущей статьи, которую она должна была отправить в редакцию журнала в конце следующего месяца. Это был шанс стать внештатным автором женского журнала. Тему она должна была придумать сама, впрочем, как и ее наполнение. В случае, если редакция одобрит ее статью, у нее появится возможность попасть к главному редактору на личную встречу и – конечно, в лучшем случае – получить работу мечты. Анну не покидали мысли о журналистике. Именно поэтому раз в месяц она посещала дополнительные курсы, покупала массу литературы, читала и писала по мере возможности. Таков был закон писателей: много читать и много писать. Окружение Вадимовых, да и сами Вадимовы располагали ее к тому, чтобы о них написать. Вот девушка и задумала написать околовадимовскую историю, а какую именно, она пока точно не знала.
– Кстати, как поживает твой инструктор? – поинтересовалась у Ляли Яна.
– Он меня бесит! Только и делает, что подсчитывает свои кубики.
– Даже во время секса? – ехидно улыбнулась Юлиана.
Анна напряглась. Ей было не очень комфортно, когда при ней затевались подобные разговоры. Это в очередной раз подчеркивало ее статус – статус предмета интерьера, которого ни во что не ставят и от которого постоянно абстрагируются.
– О, это он умеет! – заметила Ляля.
Безусловно, у Ляли была репутация легкомысленной женщины, которая может и кокаин понюхать, и переспать с симпатичным бизнесменом, на счету которого внушительная сумма, но с собственным тренером без внушительной суммы? Анна задумалась, хотя много раз слышала подобное: и про водителя, и про телохранителя, но Ляля? Такая вся светская, высокомерная, гламурная?
– Для меня, например, не существует мужчин, которые зарабатывают меньше нескольких миллионов долларов в год. Их просто не существует в моей системе потенциальных претендентов на руку, а уж тем более на сердце, – фыркнула Рашель.
– Хочешь сказать, что, когда дело касается мужчин, размер и впрямь имеет для тебя значение? – посмеялась Юлиана.
– Да, да и еще раз да! Настоящий мужчина должен уметь зарабатывать, а если не умеет, даже не знаю, можно ли это оправдать. Поэтому тема фитнес-инструкторов и иже с ними для меня не существует! Моя внутренняя богиня не кувыркается при виде мужчины, который ни разу не мял белоснежные простыни в отеле Atlantis The Palm и не катался на лыжах в Куршевеле!
– Я так полагаю, это в адрес меня, такой дешевой и себя недооценивающей?
– Прекрати! Просто я тебя порой не понимаю!
– Ну конечно! Меня-то окружает исключительно быдло, которое закупается в «Ашанах», а не в «Азбуке вкуса», – заводилась тем временем Ляля.
– Девочки, перестаньте! – Юлиана попыталась разрядить обстановку.
– Кстати, твоя падчерица примет участие в бале? – поинтересовалась Рашель у Юлианы.
– Естественно! Мне еще придется столкнуться с ее матерью. Как подумаю… – Юлиана передернула плечами.
Бал дебютанток – это отобранные на основе аристократичности происхождения и внушительной суммы на банковском счету родителей «малышки на миллион», которые впервые выходят в свет, чтобы показать себя и найти хорошую партию. Одетые в бриллианты и дизайнерскую одежду, они осторожно ступают своей ногой на землю из автомобиля Bentley и в туфельке Louboutin, а потом кружатся по залу в танце, оценивая циничным взглядом своих соперниц, ну и, конечно, потенциальных женихов.
Безусловно, бал имел мало общего с балами дебютанток ХІХ века, на которых девушки с безупречной родословной удостаивались чести быть представленными ко двору, при этом они были обязаны выбирать белоснежное бальное платье и дополнять его длинными белыми перчатками и диадемой. Этот образ замечательно передала актриса Савельева, сыгравшая Наташу Ростову на ее первом балу. В ее внешности так же, как и во взгляде, было столько чистоты, сколько, к сожалению, не наблюдалось у дебютанток XXI века. В своем гениальном произведении Толстой всячески подчеркивал детское возбужденное состояние Наташи, не раз используя в ее описании слово «девочка» и изображая ее с «благодарной детской улыбкой», привлекающей к себе внимание гостей, поскольку в ней было то, что «не имело на себе общего светского отпечатка».
«Так как бы описал Толстой дебютанток XXI века? – задумалась Анна. – Употребил бы он применительно к ним слово «девочка»? И как бы он описал сам бал?»
Анна часто перелистывала страницы глянцевых журналов, на которых наглядно были показаны современные дебютантки на современных балах. «Малышки на миллион» мало напоминали невинную Наташу Ростову – хотя бы из-за искусственных корректировок внешности. Правда, ни задачи, ни желания быть похожими на Наташу Ростову нет и никогда не было у героинь современного мира.
