Зигель, зигель, ай, лю-лю!!! - страница 40
– Пока я этого не услышала?
– Господи! Это и так понятно! А ты? Ты влюбилась? Можешь не отвечать, – она состроила смешную рожицу, – по твоей морде вижу, что влюбилась по уши.
Мы помолчали, Ленка выглядела грустной и я, чтобы сделать ей приятное, спросила.
– А как твой сосед?
– Вежливо здоровается, а его такса хочет меня укусить.
– Наверное, ревнует.
– Да нет, просто я ей не нравлюсь. А сосед какой-то чудной, вежливый такой…
– Сблизиться не пытается?
– Да какое там? Говорю же, что очень вежливый, только «здрасьте и до свидания», – она подумала и добавила, – а вообще-то я чувствую, что нравлюсь ему, но не могу же я первая его на свидание пригласить.
– Лен, а попроси его что-нибудь починить или полку какую-нибудь прибить.
– Это мысль, надо подумать. Ладно, все, я пошла, по дороге обдумаю это предложение.
Утром за завтраком Муся была необычно молчалива, потом не выдержала.
– Мам, ты не хочешь рассказать, почему мне наврала?
– Знаешь, – я вздохнула и решилась, – я стеснялась сказать правду. Я была на свидании.
Муська минуту хлопала глазами, потом обрадованно вскочила и обняла меня.
– Ну и молодец! Ты у меня еще не старая, симпатичная и умница, не век же сидеть одной. А что за мужик?
– Хороший мужик.
– А где ты с ним познакомилась, в интернете?
Спасибо, доченька, за подсказку.
– Да в интернете.
– Симпатичный?
– Скажем так, приятной наружности.
– Некрасивый, что ли?
– Мусь, отстань, мне он нравится.
– Значит, умный? – Спросила с подозрением. – Смотри, не вляпайся еще раз, а то будет, как мой папочка, умный и занудный.
– Мусь, тебе пора бежать, а то опоздаешь. А мне еще с Зури гулять. Зури! Нахалка!
Собака незаметно слизнула с Мусиной тарелки остатки каши и целилась на сыр. На мой окрик особенно не прореагировала, несколько замешкалась, но сыр схватила и спокойно потрусила с ним вон из кухни.
******
Мы встречались все там же еще семь дней, все было прекрасно, что будет потом, старалась не думать, мысли, конечно, такие были, но я как могла, прогоняла их – думать надо только о хорошем. У нас будет все замечательно!
Утром в отделе была суета и беспокойство, все искали какой-то документ.
– Оля, поищите у себя, мне кажется, я давал вам эти документы, надо было внести изменения в программу, я был уверен, что все уже сделано. Несколько дней проторчал в филиале и вот… не проследил. – Козырев выглядел взволнованным и бледным.
– А что там?
– Там новые изменения в маршруте, уже все подсчитано, я хотел, чтобы вы внесли эти цифры в программу. Дня три назад… Господи, – чуть не застонал он, – мы же не успеем ничего сделать, фуры уже в дороге. Что теперь делать? Надо срочно вносить исправления, а как? Олег Витальевич предупредил, что это единственный экземпляр. – Он обратился к сотрудникам. – Посмотрите свои столы, может случайно кто-то засунул папку внутрь. Как же так? Я сам лично из филиала отправил курьера и просил положить папку вам на стол. – Илья похлопал по моему столу. – Может, он столы перепутал? Оля, посмотрите тоже в столе, может, машинально убрали.
– Хорошо, – я, стала выдвигать ящики и вдруг… Черт! А вдруг это та папка, которую я отнесла к Бородину. Что же я наделала?
– Я сейчас, – пробормотала и выскочила за дверь.
У приемной остановилась и решила сначала позвонить ему, а то меня могут не пустить.
Он ответил не сразу.
– Да, я слушаю.
– Это я, мне очень надо к тебе забежать на минутку.
– Хорошо, я позвоню, когда освобожусь минут через десять.
Он позвонил через пять.
– Быстро заходи, Галю отправил к Виталию, Кости пока нет.
Я влетела в кабинет, он тут же подхватил меня и обнял, но я отстранилась.
– Подожди, подожди, я по делу.
– Что случилось?
– Помнишь я к тебе как-то с папкой зашла, а там, оказывается, новые цифры…новое расписание. Козырев специально мне оставил, чтобы изменения внесла, а я тогда схватила первую… попавшуюся… Ты что?
По мере моего объяснения его лицо менялось, он отвернулся от меня и сел за стол, коротко бросил – Ищи!
Я дрожащими руками стала разбираться у него на столе. Кажется, эта…
Открыла – точно она. Облегченно вздохнула.
– Слава богу, нашлась.
Он сидел, нахмурившись и вдруг.
– Если ты думаешь, что наши отношения дают тебе право легкомысленно относиться к работе! Теперь сиди хоть всю ночь, но сделай! Ты понимаешь, что из-за тебя все полетело бы к черту?! – Он покраснел и нервно бросал какие-то документы, лежащие на столе. – Как ты могла?!
Мне показалось, что он сейчас чем-нибудь запустит в меня, такой злющий у него был вид.
– Понимаешь, – стала оправдываться я, – это случайность, ты меня тогда позвал, а я просто растерялась…и для конспирации схватила первую попавшуюся папку.
– Конспираторша хренова!
По его лицу поняла, что лучше не оправдываться, развернулась и направилась к двери.
– Решила, что тебе все теперь можно, – услышала вслед и замерла, а он беспощадно продолжал, – раз с начальником спишь… Дурак! – С чувством продолжал он. – Ведь знал, что нельзя на работе заводить романы. Ты была ошибкой. Забудь все. Иди.
Вышла на деревянных ногах, немного постояла в холле, сделала десять глубоких вдохов… Надо возвращаться в отдел, там документы ищут.
Не помню, что я лепетала Козыреву, что-то наплела, сразу села за компьютер, тупо таращилась на цифры, не понимая, что втолковывает Козырев, потом как-то сумела взять себя в руки и включилась в работу. Поднимая голову, ловила на себе осуждающие взгляды окружающих, только Леня смотрел с сочувствием.
