Любовь под напряжением - страница 19
Зло подняла на меня карие глаза. А взгляд – честный-честный.
– Да не просыхает дядя Коля твой ненаглядный, – недовольно протарахтели в моей голове вертолеты Валькиным голосом.
Я опустила голову и принялась ковырять вилкой крем на торте. Терпеть такой не могу! Но другого свежего торта в ближайшем магазине не было…
– Слушай, Валя, – все-таки начала я, разглядывая теперь изгибы нарисованных на обоях цветов. На подругу взглянуть пока не решалась. – Ты можешь больше никогда не врать мне… Я теперь могу твои мысли читать!
Валя, отправив в рот очередной кусочек торта, хихикнула:
– Ага, Журавлева, а я летать умею… Как супермен!
– Блин, Зло, я серьезно! – рассердилась я. – Не веришь?
– Лера, перестань болтать глупости!
Валюша, взглянув на меня, снова улыбнулась.
– Журавлева – сумасшедшая женщина…
Я возмущенно заерзала на стуле.
– Валь, меня там, на крыше, током шандарахнуло! И на следующее утро эта способность появилась.
– Да-а? – Злобинец не переставала широко улыбаться. Ну хоть развеселила человека, а то с утра букой ходила. – Это как Питера Паркера паук укусил?
– Ну что-то вроде того, – промямлила я, осознав, как дико звучит моя история со стороны.
– Хорошая попытка, Лера! Только я этот же фильм смотрела на днях! «Чего хотят женщины», с Мелом Гибсоном! Там его героя тоже в ванной шандарахнуло, и он мысли всяких теток начал читать…
Я возмущенно фыркнула. Часы на стене звонко и нервирующе тикали.
– Слушай, Лера, а может, твоя суперспособность всегда с тобой была? – оживилась Валюша. – И вот после несчастного случая активировалась…
– Может, и так, – согласилась я, сама слабо понимая, что в моей голове теперь происходит.
– А письмо из Хогвартса тебе не приходило? – продолжала веселиться подруга. – Журавлева, тебя б шляпа точно в Слизерин распределила!
Валя звонко захохотала.
– Ой-ой, заколыхалась! – закричала я, процитировав любимый фильм «Девчата». – Смейся, сколько влезет! А я правду говорю… Могу в глаза человеку посмотреть, а потом слышу в своей голове голоса…
– Лер, тебе бы к специалисту… – озадаченно проговорила Злобинец.
Я же схватила Валю за тонкие запястья и развернула к себе.
– Проверим? – спросила я. – Вот подумай о чем-нибудь! Только в глаза мне смотри… Я по ним читаю!
Валя с готовностью заглянула мне в глаза. Часы продолжали звонко наговаривать: «Тик-так, тик-так, так, так, так…»
– Журавлева – редкостная дура!
– Сама ты дура! – обиженно проговорила я.
Валя открыла от удивления рот, а затем хитро улыбнулась.
– Ну, это было предсказуемо! Догадаться можно…
– Подумай же о чем-то менее предсказуемом! – злилась я. – Обзывается еще!
– Хорошо, попробую снова… – кивнула Валя, тряхнув кудряшками.
– Гражданское право – это совокупность правовых норм, регулирующих имущественные и личные неимущественные отношения между участниками гражданского оборота…
– Слушай, мне учебы и в универе хватает! – отозвалась я, перебив Валю. – Или ты на самом деле такая зануда, что только об этом и думаешь?
– А о чем еще думать? – возмутилась Злобинец. – То не подходит, это не подходит…
Внезапно Валя замолчала и уставилась на меня:
– Погоди-погоди… Ты поняла, что я дала в уме определение…
– Гражданского права, – заключила я тихо.
Внезапно огромные часы над головой пробили так громко, что мы обе взвизгнули.
– Лера, прекрати меня разводить! – Валя как ошпаренная вскочила с табурета и понеслась в комнату, окна которой выходили на лес.
– Это не развод, Валечка! – побежала я за подругой следом. – Говорю ж, со мной какая-то фигня приключилась!
В комнате лежал всякий хлам. Зло говорила, что до нее здесь жил какой-то несобранный молодой архитектор. Валя смахнула с подоконника оставленные им чертежи и распахнула окна настежь. Деревянные створки нервно крякнули, а в душную, залитую солнцем комнату тут же проник свежий воздух.
– Мне нужно подышать! – жалобно проговорила Злобинец. – Черт-те что! Ты меня так испугала!
Я уселась с ногами на подоконник и обхватила колени руками. Перед темно-зеленым дремучим лесом, через дорогу от Валиного нового дома, располагался небольшой пруд. Мелкий и с тиной…
– Гляди, Валюха, ты как на курорте! – кивнула я вниз. – Лягушки квакают! Красота!
Злобинец не сводила с меня встревоженного взгляда.
– Лер, как ты это провернула?
– Слышала? Слышала? Ква-ква!
– Ле-ра…
– И выброси ради бога те часы, они такие громкие! У меня сердце в пятки ушло…
– Журавлева! – прикрикнула на меня Злобинец.
– Ничего я не проворачивала, Валь! Сказала же, что это началось после того, как через меня прошел разряд тока… Это ты накаркала со своим лунным календарем! Думаешь, мне нравится читать твои занудные мысли?
Валя смутилась и нарочито уставилась на зеленый грязный пруд.
– Уже пахнет летом и золотым солнцем, – задумчиво произнесла Валя.
– По-моему, пахнет болотом, – встряла я.
Валя сердито посмотрела в мою сторону.
– Черствая душонка! Ни капли в ней романтики…
– Нормальная у меня душонка! – запротестовала я.
– Боже, ты опять меня слышала? – воскликнула Валя, на мгновение закрыв лицо ладонями. Затем схватила меня за рукав и принялась силой стаскивать с подоконника. – Все, Журавлева, по домам!
– А новоселье? Новоселье-то, Валь? Я торт не доела!
– Я не знаю, как теперь с тобой общаться. К этому нужно привыкнуть, пожалуй. Мне кажется, я с ума схожу…
– Не тебе одной так кажется! – проворчала я, все-таки направляясь в небольшую прихожую.
