Давай никому не скажем - страница 84

Получается, он и с Минаевой и с Янкой одновременоо? Хорош кобелина! Ужасно разочаровал, я думала, что он порядочнее.

— Давай ты пока штатив закрепишь, а я маятники по размеру разложу?

Я оторвалась от своих мыслей и обернулась на Загорского. Тот смотрел на меня, как на небожителя. Вот точно так же пацаны на Минаеву смотрят. Приятно, конечно, но это же Загорский, обычный лох!

Но глаза у него какие голубые-голубые, красивые, и такие огромные… или это из-за окуляров так?

— Слушай, Игорь, давай ты всё сам, ладно?

— Ну мы же… в паре… — поник он, и как будто из человека воздух выкачали. Стал сразу таким потерянным и грустным.

— Ну ладно, куда этот штатив-то устанавливать? — улыбнулась я, и Игорёк словно по мановению волшебной палочки расцвёл — принялся всё рассказывать, да так интересно, что я, сама того не ожидая, втянулась в процесс. Оказалось, что опыты проводить не так уж и скучно, а даже наоборот — весело.

Не заметила, как за рабочей болтовнёй перешли на то, кто чем увлекается, кто какую музыку слушает.

— Ты фанатеешь от Пинк Флоид? Серьёзно? — глаза Загорского заблестели, тот даже про лабораторку забыл.

— Ну да. У меня все их кассеты есть. А ты тоже, что ли? — я сильно удивилась: где ботаник, и где рок.

— Ты что, конечно! Я их ярый фанат! Два года назад у них был большой гастрольный тур, выступали в Москве, и я специально ездил на их концерт. Дома лежит футболка и плакат с автографом. И видео с концерта есть, — гордо поведал он, и у меня буквально челюсть вытянулась.

— Серьёзно? Это же моя мечта увидеть живой концерт, хотя бы в записи. Ещё и автограф? Настоящий? Везёт тебе!

— А хочешь, приходи ко мне завтра после школы, я всё тебе покажу. Можно было бы и сегодня, но у меня в три часа шахматы…

Услышав его приглашение, я немного оторопела — идти домой к Загору? Минаева узнает, по-любому будет ржать. А с другой стороны — это же Пинк Флоид!

— Ну ладно, давай сходим, — пожала плечами и Игорь возликовал, а я в который раз отметила его красивую улыбку. — А мамы дома не будет?

— Не-а, она часов до пяти тут каждый день торчит.

— А отец?

— А отца у меня нет, — немного погрустнел он. Стало видно, что тема для него больная.

— А у меня тоже нет, — улыбнулась, стараясь отвлечь его от грустных мыслей.

Так заболтались, что доделывали эксперимент на перемене. Раиса Семёновна поглядывала на нас весь урок. Сначала не слишком довольно, но потом, заметив, как улыбается её сын, сменила гнев на милость.

Болтали мы с Загором и следующие две перемены, а потом вместе пошли домой. Он что-то наплёл про то, что ему как раз в мой район надо, но я-то знала, что он просто хочет меня проводить, и не стала препятствовать. Всё лучше, чем идти одной.

Дойдя до Заводской, остановилась на повороте — стало стыдно вести его к баракам. Там, наверное, снова эти алкаши возле дома со своими нардами кучкуются, на весь двор матерятся — то ещё позорище.

— Ну ладно, мне туда, — неопределённо махнула рукой в сторону пятиэтажки.

— Как это? Ты же на Туполева живёшь, — удивлённо моргнул Игорь.

— А… откуда ты знаешь?

— Да… просто видел один раз тебя там. Случайно, — добавил он и покраснел.

Следил, наверное. Ну ничего себе!

— А страшно не станет? У нас там контингент ого-го, — попыталась отшутиться я, топая в сторону коммуналки.

— А чего им меня бояться? — серьёзно ответил Игорь, и я рассмеялась.

Забравшись на полусгнившие верёвочные качели на старой яблоне за домом, мы проболтали, наверное, часа три. Да и разошлись только потому что жутко проголодались. На чай я его к себе по понятным причинам не позвала.

Нормальный он, абсолютно, а зажатый потому что все его чмырят в школе. А чмырят потому что выглядит как лох. Вот если его переодеть и прическу сменить, та же Минаева первая в очередь на него встанет.

Даже смешно стало, стоило только представить их вместе.

В приподнятом настроении пила чай и размышляла, как увижу завтра концерт Флойда, с улыбкой вспоминала как ржали до коликов с Загором над всякими приколами, и только потом до меня дошло, что ни разу за всё это время я даже не вспомнила о Набиеве.

Глава 42 Яна

Погорячилась, наверное… Он так разозлился, дверью хлопнул. Надо было как-то мягче всё преподнести. Про Тимура зачем-то ляпнула, что жить вместе собрались. Ну что за глупости, зачем. Это же не так!

Ведь не было цели с ним ссориться или как-то обижать, а вышло как всегда. Ну ладно, нет худа без добра, зато теперь всё разрешилось. Вот только на душе было так тяжело, хоть волком вой. Головой понимала, что сделала всё правильно, а вот сердцем…

Отработав целый день, безумно устала, и морально, и физически. Сегодня было как-то особенно сложно, даже дети все словно сговорились и одновременно отбились от рук. Хотелось поскорее покинуть пределы школьных стен, но идти мне было некуда.

Хоть Толик к утру, конечно, протрезвел и, видимо, всё осознал: сидел на кухне как побитая собака, весь ссутулился, глаза прятал, но всё равно я больше не могла чувствовать себя рядом с ним в безопасности. Нет никакой гарантии, что он снова не напьется и не решит закончить начатое.

Была мысль вызвать милицию, написать на него заявление, что неповадно было, но потом представила, что сейчас начнется — допросы, медицинское освидетельствование, суд… Конечно же в школе все всё узнают, так оставят на весь город — потом не отмоюсь от этого позора. Решила, что лучше съеду от него подальше и забуду всё как страшный сон.

Набрав полную сумку тетрадей, устало вышла из школы. Резкий порыв ветра небрежно разметал волосы, руки моментально окоченели.