Ты не знал?… - страница 24
Взгляды всех устремились на Беатрис Лоусон, которая взволнованно теребила кулон.
— Дорогая, я не против твоего брака, но умоляю пока пожить у нас. Хотя бы до совершеннолетия… Нам ведь было так хорошо вместе! — произнесла она наконец.
Сиб почувствовала, что презирает и в то же время отчаянно жалеет мать.
— Но ты же сама не веришь в то, что говоришь, мама! — Девушка смотрела в голубые глаза матери, силясь внушить, что та жестоко обманута.
— Я…я… — забормотала Беатрис Лоусон.
Да, на сей раз Эндрю просчитался, и его властный тон возымел эффект, совершенно противоположный тому, которого он добивался. Беатрис вдруг с надеждой взглянула на Иниаса.
— Ведь вы будете заботиться о моей девочке, не правда ли?
Иниас кивнул со всей возможной серьезностью. И тут мужество покинуло Беатрис, и она, пошатываясь побрела к дивану.
Эндрю вполголоса выругался.
Воспользовавшись всеобщим замешательством, Сиб подхватила футляр с флейтой, рюкзак и помчалась к машине. Иниас догнал ее, когда она уже прислонилась к дверце, внезапно ощутив слабость в коленях.
— Приведи, пожалуйста, Лаки, — тихо попросила девушка.
Оглянувшись на Эндрю, словно изваяние, застывшего в дверях, Иниас спросил:
— Ты справишься?
Сиб кивнула, и он направился к конуре, словно не замечая Эндрю. Воспользовавшись ситуацией, тот приблизился к девушке. Сиб даже не сделала попытки юркнуть в машину — она внезапно перестала бояться этого человека.
— Сибилла, прошу тебя, останься! — Голос отчима звучал чуть ли не жалобно, от былой ярости не осталось и следа. — Ты не можешь так поступить! Ты же совсем не знаешь этого типа!
В глубине души Сиб понимала, что он прав, однако сказала:
— Я знаю лишь одно: он не полезет мне под юбку, надравшись как свинья!
Эндрю страдальчески сморщился.
— Наверное, я это заслужил. Но если бы ты только могла понять, каково это — жить с твоей матерью. Я ведь думал, что женюсь на кроткой милой красавице, а она на поверку оказалась снулой рыбой! В ней нет ни капли твоего ума, твоей живости. Что странного в том, что я…
Ладонь его потянулась к лицу девушки, и жест этот был полон бесконечной нежности. Но Сиб словно током ударило.
— Не смей ко мне прикасаться! — закричала она.
— Я… я не могу! — Эндрю схватил ее за плечо. — Сибилла, малышка моя! Только ради тебя я остался с нею, ты же знаешь!
В глазах его была мольба, но Сиб ощущала лишь слепую ярость. Если он любит ее, по-настоящему любит, то зачем так беззастенчиво играет на ее чувствах?!
— Оставь меня, Эндрю! Оставь или я позову Иниаса!
Угроза сработала, а когда оба обернулись, то увидели что Иниас стоит неподалеку с псом на поводке и наблюдает за происходящим. Приблизившись, он мрачно посмотрел на Эндрю, и тот, не произнеся ни слова, удалился.
— В машину! — грубо приказал Иниас.
Сиб не стала спорить, она и сама хотела убраться отсюда как можно скорее. Только одна мысль не давала ей покоя: что успел услышать Иниас?
А тот устроил Лаки и багаж на заднем сиденье, молча уселся за руль и включил зажигание.
Чуть погодя Сиб пробормотала:
— Не понимаю, за что ты на меня сердишься. Я же говорила: не вмешивайся!
— Но больше ни слова не сказала! — сердито бросил он. — Даже не намекнула на то, что за отношения связывают вас с Эндрю Лоусоном!
— Отношения?! — задохнулась Сиб. — Что ты имеешь в виду?
Иниас был взбешен. Хватит девчонке делать из него идиота! Он съехал на обочину и заглушил мотор.
— А ты как думаешь? «Сибилла, малышка моя…» Прекрати ломать комедию! Конечно, я не слышал всего, зато все видел!
И наверняка неправильно истолковал увиденное. Сиб могла бы начать оправдываться. Но черта с два он ей поверит!
По-своему истолковав ее молчание, Иниас пробормотал:
— Неудивительно, что твоя мамаша поспешила от тебя избавиться.
Он сказал сущую правду, но Сиб от этого легче не стало.
— Ты ничего не понял, — одними губами прошептала она.
— Тогда изволь объяснить! — потребовал Иниас.
И тут до девушки окончательно дошло, что именно случилось. Собственная мать выставила ее за дверь! Теперь она круглая сирота — брошенная и бездомная…
Иниас, не веря своим глазам, смотрел, как по ее щеке катится слезинка.
— Не реви, не разжалобишь! Судорожно сглотнув, Сиб отвернулась. Она не хотела плакать в присутствии этого человека.
— Ладно, давай забудем, — сдался Иниас. — Не надо никаких объяснений. Ты права — это не мое дело.
Девушка не ответила. Она плакала отчаянно, как дитя, и Иниас не выдержал. Отстегнув ремень безопасности, он положил ей руку на плечо, но Сиб резко отстранилась.
— Ты не понимаешь ничего, ничего, ничего! — рыдала она, злясь на него, на себя, на весь мир.
Когда он рывком повернул ее лицом к себе, Сиб яростно замолотила кулаками по его груди, но Иниас крепко обнял девушку.
— Ну, расскажи мне. Расскажи мне все.
— У меня… никого нет! — вырвалось у нее. — Я совершенно одна на свете!
Не найдя слов утешения, Иниас лишь крепче прижал ее к груди, нежно гладя по спине и что-то тихо приговаривая. Так он утешал бы свою племянницу…
И вот рыдания мало-помалу стихли, лишь крупные слезы продолжали катиться по бледным щекам Сиб.
Она чувствовала, как теплая ладонь гладит ее по волосам, и сначала это действовало успокаивающе. Но в какое-то мгновение все изменилось. Девушка вдруг задрожала всем телом, пугаясь ощущений, которые пробуждали в ней эти ласковые прикосновения. Впрочем, это был вовсе не страх. Просто она внезапно поняла, что ее обнимает мужчина.
