Трудные дети (СИ) - страница 122
- Меня позвали на день рождения, и я туда иду.
- Ты зачем меня злишь? - мышцы на руках угрожающе забугрились, рисунок вен пришел в движение, и я, как завороженная, только и смотрела на демонстрацию силы, воспоминания о которой сделались размытыми. Вмиг я вспомнила все. - Тебе удовольствие доставляет играть у меня на нервах?
- Так же, как и тебе, Марат, - черное кожаное пальто длиной до колен накинула и нащупала в кармане скрученную пачку долларов, перевязанную обычной резинкой. В другом кармане лежали украшения и...еще одна пачка. На всякий случай. - Мы оба знаем, что ты ничего мне не сделаешь на глазах у нее. Чтобы не нервировать.
Марат предпочел не услышать мои слова. Он сузил глаза, громко зубами скрипнул и прислонился широкой спиной к двери, вроде как закрывая мне проход.
- Раздевайся. Ты никуда не пойдешь.
- Пойду. Я не буду послушно сидеть под замком. К тому же твоя жена наверняка не удержится и поднимется сюда с минуты на минуту. Что ты ей скажешь? Что не можешь отпустить меня ни на шаг, потому что жутко ревнуешь? Что тебя с ума мысль сводит, что у меня другой?
- Какой другой?! - громко рыкнул, как будто забыл, что его могут услышать. Он терял терпения, белки глаз налились кровью, а кулаки постоянно сжимались и разжимались. А я снова внутри себя перекрыла что-то, не давая тени сомнения и боли отразиться в мыслях и на лице. Мне нужно быть бескомпромиссной и непоколебимой.
- Пока никакой. Успокойся.
Я его почему-то не успокоила и не убедила.
- Саша...
- Я устала от тебя, Марат, - сказала то, что уже давно вертелось на языке, наверное, очень давно, еще до беременности принцесски. - Ты меня давишь со всех сторон. Я больше не хочу так.
- Я все тебе даю. Мало?
- Наверное, мало. Не знаю. Но жить здесь, с тобой и твоей, - скрипнула зубами и понизила голос, сосредотачиваясь на тишине за дверью, - женой я не могу. Не помогают даже все эти дорогие игрушки, - кивнула в сторону музыкального центра, - которые ты купил для меня. Я хочу уйти.
- Нет.
- Тогда дай хотя бы отдохнуть.
На лестнице послышались осторожные и грациозные - как еще может ходить принцесса? - шаги. Мы замолчали, глотая так и рвавшиеся с языка слова, а ведь каждому было что сказать и сделать. Марат сделал шаг в сторону, и вместо двери прислонился к стене, скрещивая руки на груди. Я отвернулась к зеркалу, расправила ворот плаща и одним движением застегнула молнию. Приоткрыв дверь, в комнату заглянула Оксана.
- Что случилось? - она переводила непонимающий взгляд с меня на мужа. Мы же демонстративно друг друга не замечали. - Вы поругались?
- Нет, что ты, Оксан. Просто Марат считает, что после болезни мне не стоит нагружать свой организм шумными вечеринками, - пояснила ей, собирая волосы в высокий хвост. - А я с ним не согласна. Всем нужно отдыхать, и мне тоже.
- Марат, она права, - Ксюша подошла к нему и положила маленькую ладошку на широкое плечо. - Она целыми днями дома сидит. А этот Андрей хороший мальчик.
- Ты то откуда знаешь? - окрысился мужчина, заставив жену вздрогнуть. Правда, он тут же взял себя в руки и обнял ее за талию, прижимая к себе. В гладкой поверхности зеркала наши взгляды встретились. - Я знаю, чем такие гулянки заканчиваются.
- Я не буду пить, если ты на это намекаешь, - перебила. - Я буду вести себя как примерная девочка. Серьезно. Мне нужно развеяться. Даже Ксюша со мной согласна. К тому же я, в конце концов, хочу пожить студенческой жизнью, которой жили вы. Чем я хуже?
Мой риторический вопрос остался без ответа. Оксана с улыбкой оглядела меня, с одобрением кивнула и посторонилась, пропуская меня вперед. Марат не шелохнулся, но на первом этаже я услышала его тяжелые и быстрые шаги за моей спиной. Чечен позвонил охране, и двое из них буквально через пять минут стояли на пороге дома.
- Едете с ней, - отрывисто приказал мужчина, старательно не глядя на меня. Потом Марат нахмурился, подошел к цепным псам ближе и неразборчиво пробормотал им что-то так, что я ничего не разобрала. Следом повернулся ко мне, решительно рубанул рукой воздух и через силу выдавил: - И, радость моя, пожалей паренька. Потому что если с ним что-то случиться, это будет на твоей совести. Два часа, Саш. И домой.
Да конечно. Спешу и падаю. Не будет никаких два часа, ничего не будет. Вслух же произнесла.
- Как праздник кончится, приеду.
- Два часа, - повторил чечен. - Два часа. И телефон не забудь.
До клуба мы добрались без происшествий - я всеми силами натягивала на лицо маску счастливой и радостной девочки, а охрана откровенно скучала, не особо любезно поглядывая на меня в зеркало заднего вида. Но самое интересное началось впереди. Я не слышала, что им там приказал Марат, но в полной мере ощутила его приказ на себе. Эти два мордоворота фактически распугивали людей, создав вокруг меня своеобразную мертвую зону. Категорически запрещалось выпивать, танцевать и, наверное, вообще двигаться, а когда, широко раскрыв объятия, ко мне попытался протиснуться Андрей, ему не слишком вежливо преградили дорогу.
В этом весь Марат. Я точно знала, что дома он от волнения и навязчивых мыслей места себе не находит, выматываясь вдвойне, потому что кроме того чтобы сдерживать самого себя, ему приходится еще держать маску перед женой. И вот он сидит там, в доме, нервничает, отсчитывает чертовы два часа, а через эти два часа, когда я, по его мнению, вернусь домой, он будет подбородок задирать и говорить, что дает мне все, что я только желаю. И Марат искренне будет считать, что свой долг выполнил.
