Порхай как бабочка, жаль как пчела - страница 49
– Не обращайте внимания, просто Дима сегодня выпил лишнего.
Мило отозвалась она, но если переводить на простой язык, это звучало бы так: «не обольщайся, мадам, он мой». Проглотила, что же, поделом, сыта по горло, пора и честь знать. А Дима не отходит, не скрывает своего интереса, глазеет на меня. Я даже не сразу поняла, куда он смотрит, но почувствовала, как холод обдал грудь – кулон, он его заметил. Ненавижу тебя Олег, как же ты меня подставил!
– Приятного вечера. – Наконец выговорил Дима и пошёл встречать новых гостей.
Но мне не легче, я не готова смотреть на него весь вечер и чувствовать этот взгляд. Пусть на нём виснут десятки девиц, я знаю, что смотрит он на меня, и взгляд его бешеный, ничуть не изменился, только темнее стал, насыщеннее.
– Наш генеральный. – Шепнул мне Олег, а меня снова переколотило.
Я не люблю прихлебателей, а у Олега это получается отменно. Как он, чуть ли не стелился перед ним, улыбался, генеральный… Стоп. Генеральный? Дима сменил род деятельности? Что ещё?
Вечер не просто шёл медленно, он тянулся, ни о каком «уйдём пораньше» не могло быть и речи, меня останавливало лишь то, что номерок от пальто у Олега, и он наотрез отказался его отдавать, а уйти в одном платье я не рискну даже от Димы. В зале стало душно, многолюдно, разговоры, деловые беседы, светские сплетни, много, много незнакомых мне людей. Олег перебегает от одного к другому, выставляя меня напоказ, а мне тошно, мне стыдно, противно, и все подобный чувства, названия которых я не могу вспомнить на данный момент. Всё нахлынуло, и я вырвалась и его цепкого объятия, чтобы подышать в одиночестве. В поисках глотка воздуха зашла в дамский туалет, а там, как в дешёвой школьной уборной накурено и дымно, я вышла в холл и спряталась в дальнем углу у окна.
– Прости.
Услышала за спиной Димин голос и вздрогнула… могла бы и догадаться.
– За что?
– Знал, что на трезвую голову не смогу смотреть, как он прикасается к тебе, а на деле оказалось, что и алкоголь мне не помеха.
– Я не хочу с тобой разговаривать. – Не поворачиваясь к нему, проговорила я и закрыла глаза, пока Дима этого не может видеть.
– Тогда почему не ушла?
– Я не хочу с тобой разговаривать. – Проговорила я твёрже, а он провёл пальцем по моей спине.
– А я хочу… тебя. Ты очень красивая.
Я молчала, молчала бы и дальше, если бы он не стал в опасной от меня близости, я уже чувствовала ткань его пиджака.
– Дима, ты что-то задумал?
– Ну, что ты, просто обеспечиваю тебе достойное существование, повышая благосостояние вашей семьи.
Он нагло врал, так же нагло, как и я последние несколько месяцев.
– Почему Александра?
– Ты хочешь меня добить?
– Я хочу понять.
Теперь я повернулась к нему, хотела видеть его лицо, его глаза, видеть его эмоции, которые он, в кои то веки, не прятал.
– Так престижнее, как ему кажется.
– Александра?
– Да, Алеся – это производное от Александры, и крестили меня как Александру.
– Но ты любишь своё имя, так?
– Да, но Олег считает его колхозным, – я горько усмехнулась, вспомнив, как именно эти слова он мне сказал, поясняя, почему назвал меня этим именем, представляя друзьям.
– У тебя самое прекрасное имя.
– Молчи.
– Алеся, давай уедем, сейчас. Вместе.
– Нет.
– Ты скажешь мне «да». Не сейчас, так потом, понимаешь?!
Я пожала плечами. Ничего я не понимала, ничего не хотела, только бы уйти отсюда.
– Вот ты где. – Олег… и зачем так старательно изображать волнение?
А вот Дима не обрадовался, но и не отступился от меня.
– Повезло тебе, Олег, с женой. Верная. – Криво усмехнулся Дима и подмигнул мне. – Пять минут уговариваю со мной уехать, а она сопротивляется. И где таких жён делают?
– Таких больше нет. Штучный экземпляр.
Я, оказывается, экземпляр. Ничего, стерплю. Чего уж теперь: стою перед своим несостоявшимся любовником, в платье, купленном на его деньги, в украшении, купленном на его деньги, даже маникюр он оплатил, а Олег при этом рассказывает о моей штучности. Забавно.
– Отвези жену домой, мне кажется, Александра устала от внимания. – Заботливо отозвался Дима, а Олега перекосило, видимо, другие планы.
– Милая?
– Да, давай домой.
Олег отправился за моим пальто, а Дима не уходит. Что выжидает?
– Я прогрею машину, ты пока постой здесь, хорошо?
Я кивнула. Какая забота, что один, что второй, как петухи, хвостами меряются.
– Спасибо.
Тихо и устало поблагодарила я Диму, если бы не он, то эта пытка высшим обществом, продлилась бы ещё час.
– Спасибо – это много.
И я взорвалась, трусики взмокли в секунду, пульс участился, а сердце рисковало выскочить из груди и упасть ему под ноги. Тело вспомнило его прикосновения, его поцелуи, его надёжные объятия, стало жарко. Поднять глаза я боялась, но чувствовала, что он смотрит на меня.
– Оставь меня в покое.
– Нет.
– Ты обещал.
– Я обещал не приходить, и не приду. Ты сама придёшь ко мне. Сама.
И теперь я почувствовала его жёсткость, его уверенность, вся эта показательная нежность закончилась и вот он, настоящий.
– Ты сошёл с ума.
– Да. Но ты ведь меня вылечишь?
Я снова стояла к нему спиной, ждала, когда же придёт Олег, но он, как на зло, решил прогреть машину основательно. Я почувствовала его ладонь на своей ягодице, властно сжимающую, нещадно портившую моё платье.
– Хочу тебя. И получу, чего бы мне это не стоило. Понятно?
– Более чем.
Я больше не ждала Олега, я вообще ничего не ждала, я была далеко отсюда, я порхала в облаках. Может, я уже умерла? Мне стыдно, больно, обидно и сладостно одновременно и всё это ОН.
