Стая (полная версия) - страница 114
Не каждого можно спросить напрямую, да и ответ не всегда лежит на поверхности. Для правильной беседы нужны кое-какие навыки: нужно быть опытным, чтобы разговаривать с пожилым человеком; хоть немного умным самому, чтобы спорить с умным; быть готовым к вопросам, если решишься задавать их вышестоящему по должности. Легко разговаривать только с дураками. А Крапивин далеко не дурак.
— Пустыня тоже создана природой, — поддержал Денис размышления Олега. – Но только дышать там очень трудно. А выжить почти невозможно.
— Это всего лишь вопрос выбора. Где тебе удобнее: в пустыне или в лесу. И там, и там много удивительного.
— Удивляться — есть качество присущее только человеку. Перестанешь удивляться – и, наверное… человеком перестанешь быть.
— Тебя еще можно удивить, Денис?
— Пока, да, — не задумываясь, ответил Шаурин.
— Это хорошо. А мне иногда этого не хватает. – Олег отодвинул от себя тарелку и взялся за кофе.
— Хорошо, что не хватает. Кому-то не хватает омлета с грибами, кому-то информации. Пища духовная или иная, но именно потребность в чем-то заставляет нас быть в определенный час только в том, а не другом месте.
— Особенно, если люди знакомы настолько, чтобы разделить в восемь утра чашку кофе. Я слышал о ваших неприятностях.
— А вот этот факт меня как раз не удивляет. – Хотя разговор не был напряженным, после этих слов Денис внутренне немного расслабился.
— Мы сколько угодно долго можем философствовать о жизни и ее проявлениях, но думаю: ты здесь не за этим.
— Верно думаете. Если у вас есть, что мне сказать, я рад услышать. Если нет, что ж… Кофе с утра очень бодрит. – Убедительно сказал Денис, хотя к кофе почти не притронулся. Сделал несколько глотков, сконцентрировавшись на диалоге с Крапивиным, а не своих вкусовых ощущениях.
— У меня всегда есть, что сказать, — усмехнулся Крапивин, не скрывая иронии. — Главное, кому сказать и когда сказать.
— Согласен. Даже самая ценная информация, выданная не ко времени, окажется всего лишь пустышкой. А мне опоздать очень не хочется. Думаете, это кто-то из старых… — сделал паузу, подбирая нейтральное слово, — недругов?
— Уверен, — заявил Крапивин. – Скажу тебе так: мелкие шавки боятся матерых псов, а вот бешеная собака не успокоится никогда. И даже если она поменяет хозяина – умнее тоже не станет. Но вот устроить вам… веселую жизнь, — сделал акцент на последних словах, — это запросто. Я бы, на месте Монахова, вспомнил старые связи, укрепил бы свое положение. Кто его знает, как вам придется действовать.
Денис замолчал, переваривая полученную информацию. А она оказалась намного полезней, чем ожидалось. Хотя нечего удивляться: Крапивин не последний человек в городе. Много чего знает. Не всегда сам может воспользоваться информацией, но знает он много. Шаурину понадобилось время, чтобы понять его и найти к нему подход.
— Бешеный пес хозяев не признает. Его может остановить только пуля в лоб. Спасибо, Олег Николаевич. С вами приятно иметь дело. Если это Веселов, то прижать его будет трудно, но возможно.
— Веселов беспредельщик. Всегда им был и сейчас остался. Не всем это нравится. Вот что тебе надо иметь ввиду.
— Понятно, что на всякого Моцарта найдется свой Сальери.
— Я и не сомневался, что ты разберешься, обращайся, если что. Но и сам меня не забывай.
— Как я могу. Разумеется, всегда на связи.
— А может пойдешь ко мне работать? Думаешь, ты у Монахова на своем месте?
— Думаю, на своем. Потому – нет.
— Мое предложение всегда в силе.
— Кофе был очень вкусный, Олег Николаевич. Не прощаюсь.
ГЛАВА 29
— Ты с ним когда разговаривал? – спросил Монахов, переходя с бега на шаг, выравнивая прерывающееся дыхание. Тяжеловато далась ему эта пробежка. Вот что значит – нарушить привычный режим. Хорошо известно: полезно то, что систематически и регулярно, а редкие ударные тренировки – только лишний стресс для организма.
К счастью, дышалось в небольшом спортзале легко: из кондиционера сочилась приятная прохлада.
— Сегодня утром, – ответил Андрей, переминаясь с ноги на ногу и позвякивая ключами от машины. В этот момент он был похож на бьющего копытом жеребца, готового по первому малейшему движению хозяина сорваться с места. Так и было: скажи Монахов хоть слово, и Маркелова как ветром сдуло в нужном направлении.
— Шаурина мне найди, — посмотрел Монахов на Самарина и взял с поручня полотенце, чтобы вытереть потное лицо. Витя, мелькнув мимо него темным пятном, резво выскочил за дверь и понесся по коридору.
— Парнишка нормальный вроде, дело выгодное. Почему бы нам не взять это на себя? — пожал плечами, как будто не понимая, отчего Монахов медлил с согласием. Впрочем, отказываться он тоже не спешил.
— Выгодное дело, — без недовольства, но глухо и задумчиво проговорил Сергей Владимирович. – Нельзя везде успеть. Тебе с Веселовым проблем мало? Еще и туда хочешь подвязаться? – Разворачивающаяся ситуация напрягала, занимая все мысли. Отвлекаться сейчас и решать чужие проблемы, пусть и не за просто так, — дело опасное. Хотя интуиция подсказывала, что источник проблем один. Слишком уж «почерк» похож.
— Так насчет Веселова еще команды не было, — нашел Андрей нужный аргумент в свое оправдание.
— А знаешь, почему не было? – Монахов промокнул лоб и шею, дожидаясь, пока в глазах Маркелова появится заинтересованность. – Потому что я никогда не собираю еловые шишки в березовом лесу.
Самарин вытащил Шаурина из спортзала, где работали Лёня со Стасом. В последнее время Денис часто присоединялся к ним, помогая в тренировках, а заодно, сбрасывая энергию – ее было хоть отбавляй. Теперь грудь слегка ломило от частых и глубоких вздохов, натруженные мышцы горели огнем, но зато не было ощущения, что внутри тебя работает бурильная установка. Физическая усталость затмевала все то лишнее, что мешало трезво мыслить. А трезво мыслить ему мешала Юля. Точнее, не Юля, а собственное к ней желание – жгучее и почти невыносимое. Хотел видеть ее чаще, обнимать крепче. И вообще, хотел других отношений. Эти детские обнимашки начинали подбешивать. Боялся, что в стремлении удовлетворить свою в Юле потребность начнет совершать рискованные и необдуманные поступки.
