Я ставлю на любовь - страница 98
Обреченный изначально на провал поединок. И понимали это оба, но все равно тщательно облачались в свои доспехи: кто-то в цвета обволакивающей, опасной сексуальности, кто-то в ледяные пластины показательной холодности; выходили на поле боя и даже сотрясали оружием в безмолвном победном вопле. И не желали понимать, что его исход можно трактовать по-разному - как тотальный разгром без единого выстрела или как безоговорочную победу для каждой из сторон. Мало было назвать это перемирием. Ничтожно мало.
- Настя, если ты решила, что твои акции протеста что-то изменят, глубоко просчиталась. Я буду непреклонен в своем решении.
- Решении, Лидер? - Ей даже не пришлось ничего делать. Желание бежало в ее крови, придавало тембру голоса бархатные нотки. - Ты его принял? Или ты ищешь повод, чтобы от него отказаться, но не желаешь замечать очевидные вещи?
Она и не ожидала, что он ответит. Наверное, сама озвучила его мысли. Отпечаток ее ладони на стекле быстро исчез, как и какие-либо сомнения в дальнейших действиях. Не желая облегчать Владу задачу, она отошла от окна, мягко ступая босыми ступнями по подогретому полу. Кресло, в котором устроился мужчина, стояло на том же месте, где он его в прошлый раз оставил, - возле ее постели. Иногда потаенные желания выдают самые обычные вещи. Такие, как эта перестановка мебели. Как его поза, якобы случайный наклон головы в сторону постели. Как сжатые добела сложенные в замок пальцы и потемневший до черного шоколада янтарь его глаз.
- У тебя была возможность ответить за свой базар. И далеко не одна. Даже очистить совесть, подмешав что-то в раствор. Думаю, достать диоксин или другой экзотический яд для тебя не составляет труда, раз уж раздобыл сыворотку правды.
Настя села на край кровати напротив него, откинувшись на руки. Подняла ногу, легким невесомым поглаживанием прошлась по его колену, выдержав взгляд, который казался непроницаемым.
- Лидер, не ври себе. Ты не хочешь меня убивать. Ты бы этого не хотел даже в том случае, если бы я прикончила кого-то из по-настоящему близких тебе людей. Твой принцип “первое слово дороже второго” оказался тебе не по силам. Ты решил переложить эту ответственность на меня. Но из любой ситуации всегда есть два выхода. И как ты думаешь, какой из них я намерена тебе предложить?
- Настя, то, что ты пытаешься сделать, до оскомины примитивно. Класс игры не высок. И это ничего не изменит.
- Я еще не начинала ничего делать. Тем более играть с тобой. Упростить тебе выбор? Я могу кинуться на тебя и прикончить голыми руками. Или вырубить на некоторое время. Поскольку мои силы окончательно не восстановлены, у меня это может не получиться. Но у тебя будет прекрасное оправдание под названием “самооборона”. Но ты ищешь скорее повод этого не сделать, чем сделать.
Сейчас, при тактильном прикосновении, она явственно чувствовала дрожь его тела. Видела в его глазах, каких титанических усилий ему стоит сохранить самообладание и не броситься на нее сию же секунду. Она не собиралась сдаваться.
Влад мог называть это чем угодно: инстинктом самосохранения, потрясающей живучестью, подвохом или же отчаянием жертвы на пороге смерти. Ничего из этого не было даже отдаленно приближено к истине. Просто Насте надоели эти игры в отрицание очевидного, причем с обеих сторон. И даже если Лидер свято верил в свои собственные слова о том, что не задумываясь пустит ее в расход, самой Насте было нечего терять.
- Я могу дать тебе повод прямо сейчас. - Болезнь и долгое отсутствие физической нагрузки не лишило ее грации опасной хищной пантеры. - Или забрать его совсем. Знаю, что тяжело, но тебе придется делать свой выбор. Убить меня… поддаться своему желанию… или позорно сбежать прямо сейчас и всю ночь ворочаться в своей постели, спрашивая себя, почему ты этого так и не сделал. По-быстрому вставить второй Насте и на несколько часов оглушить своих демонов. Но это путь не Лидера. Это путь аутсайдера…
Ее пальцы прикоснулись к его лицу, заскользили по матовой коже с легкой щетиной нежным поглаживанием. Сердце ускорило бег, чистейшая эротика бурлила в крови, но Настя смотрела в его глаза, которые казались бездонными от потемневшей радужки, буквально вбирая в себя истинный лик страсти, которая не хотела подчиняться никаким правилам. Ее ладони ощущали титаническое напряжение сидящего перед ней мужчины, его внутреннюю борьбу между придуманным долгом и желанием шагнуть в эту бездну глубиной в девять долгих лет. Жар его плоти опалил кожу, стоило Насте обвить руками его шею, чтобы опуститься сверху и прижаться всем телом.
Боже, эта игра становится предельно опасной. У нее самой нет такого железобетонного самоконтроля. Еще немного, и она буквально начнет умолять о близости, разрушив изначально установленные роли соблазнительницы и соблазненного. Его восставший фаллос едва ли не разрывал ткань брюк, прикасаясь к тонкому кружеву ее влажных трусиков. Влад хрипло выдохнул, не сдержавшись, подался бедрами навстречу. Сладчайший ток прошил тело Насти, заставив закусить губы, чтобы не выдать себя сдавленным стоном.
- Это… ничего… для тебя… не изменит!
Его руки прошлись по ее спине, перед тем как поспешно лечь на подлокотники кресла. Но он слишком поздно спохватился. От прикосновения к телу огонь в крови Насти разгорелся до запредельного градуса. Уже не думая о том, что сама спешит, теряет контроль над ситуацией, Настя накрыла его приоткрытые губы своими, впиваясь в рот мужчины жаждущим поцелуем. Небольшая заминка придала ей сил и уверенности, а может, вся ее истомившаяся сущность взяла верх над разумом, позволив телу самому принимать решения. Не было и не могло быть ничего сильнее этой потрясающей уверенности. Ее язык проник сквозь раскрывшиеся навстречу, до того плотно сжатые зубы Влада, скользнув по его языку разжигающей желание спиралью, выписал знак самого восхитительного заклинания поверх влажной плоти, приглашая к страстному белому танцу без права на отказ. Мужчина буквально зарычал в ее губы, которые не собирались давать никакой передышки. Ладони легли на ее лопатки, грубо надавив, прижав ее тело еще теснее к себе, язык выстрелил ошеломительным ударом в ответ, закручивая спираль безумного торнадо.
