Свет мой зеркальце, скажи… - страница 73

— Липа, ты что-то от меня скрываешь?

Я смотрела в стену напротив. С трудом сглотнула комок в горле. Потом сказала:

— Что-то со мной, Свет, не так.

— В смысле?

— Я всё сама порчу.

Светка хмыкнула. Прядь волос на палец намотала.

— Слишком любишь копаться в себе и всё анализировать.

Я заинтересовалась.

— Правда?

— Попробуй расслабиться, — посоветовала подружка. — Вот, например, с Валерой. Дай ему шанс.

Что это, вообще, означает — дать шанс? На что? А главное, себе или ему?

Утром Валера за мной не заехал, и я этому была рада. Облегчение почувствовала, хотя, вспомнила все наставления подруги о том, что Валера хороший человек, подходящий для отношений, и что я привереда. Конечно, она сказала по-другому, но я поняла именно так. Мы с Валерой встречались год, и пока не начали дотошно разбирать наши отношения по щепке и дощечке, у нас всё было мирно, и даже я искренне считала, что мне с ним повезло, до поры до времени я так считала. Валера неконфликтный, спокойный, всегда готовый к компромиссу. Он никогда мной не командовал и не указывал, что мне делать и как поступить. И уж точно ему не приходило в голову ткнуть в меня пальцем и приказным тоном заявить:

— Никуда не уходи. Я должен всегда тебя видеть.

Зато он никогда не станет кормить меня с ложки, если вдруг ему покажется, что я мало съела за ужином, и не возьмёт меня на руки, чтобы я не промочила ноги. И не будет стирать с моих щёк капли дождя, без всякого умысла или желания поразить свой чуткостью, а просто потому, что именно так он понимает заботу.

Ну как я могу думать об отношениях с одним мужчиной, когда снова реву из-за другого?

В то утро Валера за мной не заехал, правда, облегчение, как выяснилось, я почувствовала рано.

Он просто опоздал из-за того, что попал в пробку.

— Ты вовремя приехала? Я на Чайковского сорок минут простоял.

— Не переживай, я прекрасно добралась на автобусе, — сказала я, избегая его прямого взгляда, а уж тем более прикосновения. Забрала необходимые документы и боком проскользнула мимо него.

— Поужинаем сегодня?

Я оглянулась за плечо, в коридоре никого. Раздумывала, после чего предложила:

— Давай в субботу? Первая неделя меня вымотала.

Валера с готовностью поддержал.

— Давай в субботу.

Я улыбнулась ему, сделала шаг, потом другой. И обернулась.

— Валера, только, пожалуйста, не торопи меня. Мне очень нужно время. Но ты же знаешь, что я очень хорошо к тебе отношусь.

— Я знаю, котёнок. Мы просто поужинаем. В «Ассоль», как всегда.

Я нашла в себе силы улыбнуться в знак благодарности. За понимание. А когда вернулась за свой стол, посмотрела на Светку, что сидела по соседству. И глаза на меня таращила. Она явно была в курсе, что за стенкой я с глазу на глаз разговариваю с Валерием Анатольевичем. И сейчас мне заинтересованно кивнула. Я положила на стол папку с документами, выдержала паузу, потом наклонилась к Светке и шепнула той:

— Ужинаем в субботу.

— Умница, — шепнула она мне. — Так держать. — И отвернулась к подошедшему клиенту, а я осторожно выдохнула. Правда, легче мне совсем не стало.

Про субботний ужин рассказать особо нечего. У меня не было настроения, но Валеру обижать не хотелось, и я нарядилась, вовремя спустилась вниз, и даже сумела восхититься подаренному букету. Почему-то я не ждала цветов, ведь ужин, по договорённости, должен был быть дружеским. Любимый ресторан, долгая беседа за бокалом вина, как раньше, возможно, какие-то признания. Маленькие, не рвущие душу и не поражающие в самое сердце. А тут цветы, которые переводили этот вечер в нечто большее, чем ужин с другом. И то, что пришлось вернуться домой, чтобы поставить цветы в вазу, мне энтузиазма тоже не добавило.

Правда, оказавшись в знакомом ресторанном зале, в полумраке, при свечах и с тихой приятной музыкой, у меня появилось ощущение, что я вернулась на несколько месяцев назад. Когда такие вечера были привычным делом, когда мы с Валерой могли сидеть за столиком допоздна, пить вино и говорить. Признаюсь честно, я даже вспомнить не могу, о чём мы говорили. Наверное, о работе, наверное, о том, что произошло за неделю, наверное, о нас с ним. Но не вспоминалось ничего неординарного, за что бы мне хотелось зацепиться, чтобы вернуть те мгновения. Я и сегодня слушала Валеру, даже поддерживала разговор, он делился со мной радостью и мыслями по поводу своего повышения, а я пыталась вспомнить свои ощущения от наших прошлых встреч. Валера был знакомым, понятным, но совсем не родным. Я знала его ожидания и надежды, со многим соглашалась из его мыслей, поэтому так легко было кивать и молчать. Но думала я о нём совсем не так, как думают о мужчине, с которым хотят, если не связать жизнь, то хотя бы провести эту ночь.

— Как тебе Сочи? — спросил он, перескочив с темы работы.

Я моргнула, вырываясь из плена своих невесёлых мыслей, поторопилась улыбнуться.

— Хорошо.

— Где жила?

— В «Богатыре».

Валера удивлённо и одновременно заинтересованно вздёрнул брови.

— Серьёзно?

А я скромно пожала плечами.

— Так получилось.

— Поедем в следующем году? В этом я вряд ли вырвусь.

Я водила пальцем по краю бокала. Уклончиво качнула головой.

— Посмотрим.

Я не могла сказать, что ужин прошёл удачно. Но в понедельник утром Валера заехал, чтобы отвезти меня на работу. И вёл себя, как примерный муж. Видимо, мою просьбу дать мне время, он понял и воспринял по-своему. Словно он провинился, и я его отлучила от дома и тела. Но он старательно делает вид, что ничего существенного в наших отношениях не поменялось, просто он должен быть понимающим и терпеливым. Вот он и старается. А я… я молчу и не спорю.