В оковах твоей Тьмы. Книга 1 - страница 43
А спустя час он сам появился в палате, чем несказанно удивил Асю.
- Как себя чувствует самый отважный пиар-менеджер в этом городе?
На столик опустилась плетеная корзина с кремовыми розами и папоротниковым листом. У Евтеевой перехватило дыхание. Она забыла, когда ей последний раз дарили цветы. Даже на день рождения и 8 Марта.
- Кто меня опередил? - с улыбкой спросил Штейр.
Ася, застигнутая врасплох, была слишком занята приглаживанием прически, поэтому не заметила платинового блеска, не предвещающего ничего хорошего, в глазах мужчины. И слава всем чертям, что тогда не увидела.
Пройдет совсем немного времени, и она будет холодеть от одного этого проблеска в его глазах. И вместе с тем сопротивляться этому страху изо всех сил. Но пока что она даже не знала, как закрутится вскоре водоворот их отношений. Безумных, разрушающих и сжигающих все на своем пути.
Может, уже тогда она почувствовала пробуждение тьмы, вызванное присутствием чужого букета на столе. Поспешила снять напряжение, которое уловило подсознание.
- Вероника Андреевна была час назад.
Ей показалось или гость моментально расслабился? Внешне это никак не проявилось, скорее, передалось на уровне интуиции.
- Вкус госпожи Кирсановой в мелочах.
Штейр погладил кайму лепестков голландской розы, словно сравнивая свой букет с ее; и тотчас по телу Аси разлилась горячая волна, сметая холод опасности. Вновь хотелось прильнуть к этому мужчине, закрыть глаза и ощутить себя защищенной. Даже воспоминания о том, что увидела вчера, не загасили внезапного порыва.
Без официального костюма, в свитере крупной вязки и джинсах он казался таким родным и близким, будто они были знакомы несколько лет, а не дней. И в то же время оставалось ощущение некой стены и опасности, но Ася с удивлением отметила, что кровь кипит от такого микса страха и предвкушения. Она чувствовала себя бабочкой, стремглав летящей в пламя костра.
- Ты выполняешь рекомендации доктора?
Переход на "ты" был неожиданным, и Ася сжала край одеяла, нервно затеребила в руках. Незримое очарование момента от присутствия человека, к которому она все еще продолжала тянуться, как к источнику тепла, на миг пошатнулось. Это была едва ли не агрессия, такое вот вторжение в личное пространство. Не от праздного любопытства - с целью убедиться, что все хорошо, но Евтеева почувствовала себя не в своей тарелке.
По сути, Кирсанова более часа назад делала то же самое, но это воспринялось иначе.
Стараясь не подать виду, как ее задели и одновременно взволновали слова Штейра, Ася кивнула:
- Их пока что не так уж и много.
Мелькнула мысль тоже назвать его по имени и на "ты". Мелькнула и погасла, опалив напоследок острым чувством неправильности такого решения. Словно опасаясь, что Соколов может прочитать это все в ее глазах, Ася посмотрела на картину Гапчинской, хотя успела уже изучить ее до малейших деталей.
Юрий не спешил садиться рядом или сокращать разделяющее их расстояние. Стоял у окна, скрестив руки на груди, и все же не выпускал Евтееву из видимости, удерживая боковым зрением. Она это чувствовала. Именно поэтому все так же разглядывала пухлого ангелочка на холсте, тогда как взгляд буквально притягивало к статной фигуре мужчины. Никакие джинсы и свитер не могли стать преградой ее фантазии. Бугрящиеся мышцы, которые он не торопился демонстрировать, военная выправка, грация крадущегося тигра.
Ася никогда еще не испытывала желания раздеть мужчину хотя бы взглядом и прикоснуться к рельефу мускулатуры. Даже когда занималась организацией фотосессий профессиональных моделей и некоторых спортсменов. Этот порыв пугал ее куда сильнее, чем отголоски безумия в глазах Штейра и тот факт, что они с ним наедине.
Ей ничего не угрожало здесь, в палате. Но чувство, что Соколов пошел в наступление, никуда не исчезало. И пугало совсем не это. Куда больнее для Аси было бы осознать, что она заблуждается, и весь интерес Юрия - всего лишь проявление жалости к более слабому существу.
- Я задам тебе несколько вопросов, - все так же глядя в окно, серьезно начал Соколов.
Евтеевой бы возмутиться этим тоном полицейского или хотя бы сказать, что она подумает, отвечать или нет, но повелительные нотки в голосе Штейра подавили ее моментально, без шанса на сопротивление. Ася закивала, втайне надеясь, что он увидел ее готовность и оценит это по достоинству.
- Ты долго выплачивала кредит за разбитый автомобиль. Свой и того, в кого имел неосторожность въехать твой муж. Тебе сказали, что это якобы был человек, приближенный к мэру?
Асе всегда было больно об этом вспоминать. Тот день похоронил ее надежду на то, что рано или поздно она вырвется из замкнутого круга своего безрадостного существования, обретет уверенность в себе, - от одного лишь осознания, что сама заработала на авто, своим умом, на достойной работе. Это ранило куда сильнее, чем необходимость отдавать почти все деньги на выплату кредита и откупных.
- Вроде как друг его сына. Тоже из богатой семьи. Если можно, я бы не хотела об этом говорить...
- Всего лишь несколько уточнений. Для погашения ремонта авто, которое пострадало в ДТП, пришлось взять еще один кредит под залог квартиры. Все верно?
Асе еще никогда не было настолько стыдно. Зациклившись на своем горе, она даже не стала задавать сама себе вполне резонный вопрос: с какой целью Соколов проявляет интерес к этой истории, о которой сама Ася старается лишний раз не вспоминать.
- Д-да. Правда, я не понимаю, зачем вам все это нужно...
