Танцующая в витрине - страница 20

- Сука ебаная! - заорал он и ударил по крыше ладонью.

Отошел от машины, достал пистолет и выстрелил в ближайший знак с криком: "Убью, сука!". Я вздрогнула, посмотрела на него, а он на меня. Я хотела вылезти из машины, но успела только повернуться к двери, как Грег уже стоял возле меня.

- Иди ко мне. - он легонько потянул меня за руку к себе.

Я встала на асфальт, он остановился и отошел, осматривая меня. Подошел, поднял топ.

Грег... – я смутилась.

- Сука! – он увидел укусы, синяки, ссадины и закрыл лицо руками и отошел к обочине.

Я тихо подошла к нему. Он обернулся и обнял меня, но не сильно.

- Девочка моя. Как же так? - меня целовали в макушку. - Родная моя. - Грег медленно обхватил мое лицо руками и принялся аккуратно поглаживать ссадины, на которых запеклась кровь. – Что он тебе говорил?

- Грег... - прошептала я.

- Прости меня, слышишь! Прости, что не оказался рядом в этот момент. - он сильно прижал меня к себе.

Я стояла и рыдала у него на груди, прислушиваясь, как сердце беспокойно отбивает ритм. Ему было больно, душа плакала. Я это чувствовала. Пропускала через себя. Он был очень зол на себя и на Марата. Но больше на себя.

- Тебе больно?

Я смогла только кивнуть.

- Ходить можешь?

Я покрутила рукой, показывая, что еле-еле. Между ног все спланировать, кажется, у меня были разрывы, потому что вся постель и вода в ванной была в крови.

- Макс, я отвезу ее на своей, а ты давай следом. - дал приказ Грег и взял меня на руки.

Меня на руках понесли прямо к машине, его водитель открыл дверцу, меня аккуратно посадили, следом залез и парень.

- Давай в больницу.

- Слушаюсь.

- Виолетта, не плачь! Слышишь? Девочка моя. Маленькая. Не плачь. Все хорошо будет, слышишь? Я не дам тебя больше в обиду. Сейчас мы приедем в больницу, тебя осмотрят и все будет хорошо, слышишь? Верь мне, маленькая. Все у нас будет хорошо! Я тебя заберу, обязательно заберу!

Я лежала на его коленях всю дорогу, он гладил меня по волосам, успокаивая, что все отныне будет хорошо.

В больнице Грег поднял всех на уши. Меня осмотрела куча врачей. Парни все это время ждали в коридоре. Когда осмотр закончился ко мне пришла психолог, задавала мне вопросы, на которые я ответила, только лишь для того, чтобы оставили в покое и после всех мучений она оставила меня одну в палате.

За полузакрытыми дверьми велся диалог между Грегом и глав врачом:

- Что с ней?

- У девочки шок на фоне психического расстройства. Не знаю говорить ли вам об этом, но девочку, видимо, насиловали и не один раз.

- Что?! - завопили Макс и Грег в один голос.

- Гинеколог провел полный медицинский осмотр и в заключении написали именно так. Сие действие было совершено не один раз и внутренние слизистые повреждены. Не сильно, но все же, придется притупляться боль несколько дней.

- Как она? - влез Макс.

- Ей нужно поспать. Медсестра вколола ей успокоительное, через пару минут она заснет. В дальнейшем, никаких плохих мыслей. Она должна попытаться забыть обо всем произошедшем - это пожалуй самое трудное.

- Спасибо доктор. Мы можем забрать ее домой.

- Да, конечно. Я выпишу все необходимые лекарства.

Я отключилась и не помню, как попала домой. Очнулась я от мужского вскрика. Дверь в комнату была приоткрыта, поэтому я четко видела фигуры, которые беседовали между собой в коридоре. Это был Грег и Марат. Грег прописал Марату хороший удар в челюсть:

- Еще раз, сука, я увижу, как ты хоть пальцем к ней прикасаешься, я твои мозги по стенке размажу. - он схватил моего жениха за горло и начал давить. - Ты меня знаешь. Тронешь ее хоть пальцем, я тебя, падла, в лес увезу и там прикопаю, так что ни одна собака не отыщет.

- Рискуешь. – зашипела Марат.

- Если ты помнишь, то в моих кругах меня прикроют. – снова удар.

Марат закричал.

- Так убей.

- С удовольствием! – Грег поднял Марата и начал душить.

Я закашляла, Грег повернулся в мою сторону, отпустил Марата и быстро спустился по лестнице. В темноте стоял один парень, он опустил голову вниз и пытался откашляться, после поднял голову вверх, покрутил ей из стороны в сторону, засунул руки в карманы, вдохнул - выдохнул и зашел в комнату, где лежала я и смотрела в потолок.

- Как ты? - он присел на край кровати и взял мою руку.

Я молчала. Даже не смотрела на него.

- Какая рука холодная. - он потянулся к другой. - И эта совсем ледяная! Виол, ты замерзла? - обхватил он мое лицо руками и повернул на себя растирая щеки.

В свою очередь я почувствовала в его дыхании нотки алкоголя. Отвечать, спрашивать и устраивать истерики не стала.

- Ты вся, как лед! - завопил он скользя рукой по телу. - Моя маленькая льдышка... Может согреемся?

Марат встал с кровати, снял с себя футболку и лег рядом. Рукой он медленно выводил узоры на моей щеке.

- Знаешь, я ведь мечтал стать художником в детстве. - с этими словами он залез в прикроватную тумбу, достал гуашь, обмакнул кисть и через пару минут уже рисовал на мне гуашью.

Лицо, как и шея были мокрыми от краски, Марат перешел на грудь. Лежала я в нижнем белье, но кто-то захотел меня из него высвободить со словами:

- Зайка моя, да ты заледенела совсем. - и снова началось...

Я зажмурила глаза, одной рукой отталкивала парня, другой тянулась к светильнику, который был на тумбе. Под руку попались баночки с гуашью. Я разбила одну о голову Марата, тот поднял меня и кинул на кровать. Я застонала от боли, потому что под спину мне попались баночки с гуашью, зато к тумбе я была близка. Марат продолжил свое дело, а я в это время схватила лампу, замахнулась и ударила его по голове, еще и ногами с кровати столкнула. Он упал, затем медленно поднялся, держась за голову. Я села поджав ноги под себя и сидела среди осколков. Марат зашипел убирая руку от головы. На руке была кровь, кровь была даже на кровати, кажется, я пробила ему голову. Он поднялся и начал идти ко мне, держась за голову: