Порочное влечение - страница 116
Его четкие и отрепетированные слова завораживали публику и та с искренним интересом вслушивалась в его благодарственную речь. Черный костюм идеально подчеркивал неизменно широкоплечую фигуру и бороду, которую тот отрастил с годами, прибавляя своему и так устрашающему других виду еще большей эффектности. Который год я с некой гордостью замечала, насколько краше он становится с каждым годом. Словно дорогое вино, которое все больше раскрывает свой божественный вкус…
Эту речь мы писали вместе и мой внезапно выявленный талант писательства очень помог в этом нелегком деле. Именно поэтому я не вслушивалась в слова, а лишь улавливала каждое движение мужчины, стараясь запечатлеть этот миг в памяти навсегда. Но Шаворскому, как всегда, удалось удивить меня… Когда Роберт раздавал заслуженные «спасибо», я краем уха услышала не входящие в прописанную речь слова:
— … Так же я безмерно благодарен юридической фирме «Розалия», а конкретно — ее директору Полине Шаворский за помощь в сложных юридических решениях… — мужчина отсалютовал мне бокалом и едва заметно усмехнулся моей полной растерянности, но, не отходя от вида жесткого начальника полностью, продолжил в том же духе.
— Уважаемая миледи, могу я пригласить Вас на первый танец? — худощавый паренек с серыми глазами и темно-русыми волосами появился около меня так внезапно, что я чуть не поперхнулась, рискуя расплескать алкоголь в разные стороны, но сорванца это только позабавило, и он, игриво распушив волосы, протянул мне руку, между тем не переставая соблазнять «свою даму» театральными речами: — Я влюблен в Вас с первых дней своей жизни и почту за честь, если Вы подарите мне первый танец!
— О, дорогой… — поддерживая его настрой, я раздосадованно закусила губку и, прижавшись к парню, тихо сказала: — Я тоже люблю тебя с первого дня нашего знакомства, но первый танец мой уже обещан другому.
Парень тут же отпрянул от меня и с вызовом осмотрелся по сторонам, видимо, в поисках «конкурента», яростно отчеканивая:
— Где он?! Думаю, мы сможем решить этот вопрос на дуэли!
— Я здесь, Итан! — массивная ладонь неожиданно легла на плече юному не состоявшемуся дуэлянту и тринадцатилетний мальчик испуганно сжался, но тут же выпрямил спину и жестом уступил отцу место рядом с мамой — со мной. Роберт тут же воспользовался предложением, заключив меня в крепкие объятия, развернулся к надувшему губки сыну и указал на двух девочек-ангелочков, которые скучающе переговаривались на небольшой тахте, разглаживая свои пышные платья, — Пригласи лучше кого-то из сестер. Мне казалось, они заснут прямо по средине мой речи.
— Но они старые! Им целых пятнадцать лет! — Итан недовольно насупил брови, произнеся последние два слова таким голосом, словно это какая-то катастрофа вселенских масштабов, которую мы никак не можем понять, и подбородком указал на Оливию, нашу блондинку с голубыми топазами вместо глаз, — Она пришла с парнем и не хочет со мной танцевать! — затем он указал на темноволосую Ребеку со стальным отливом кудрявых прядей, — А она вообще в слишком пышном платье и отдавит мне все ноги!
Я многозначительно посмотрела на Роберта, упрашивая его уступить право первого танца маленькому воинственному обольстителю женских сердец, но тот едва уловимо мне подмигнул и тут же обратился к Итану:
— Я видел, что твоя одноклассница Джейн Мендокс уже битый час сидит на стуле и рассматривает свой пунш… Говорят, она разыскивала тебя и хотела, чтобы ты оценил своим мужским беспристрастным взглядом ее очаровательное голубое платье. Думаю, если ты его похвалишь, тебе может светить благодарственный поцелуй в щеку.
— Что же… — глаза мальчугана не на шутку загорелись и он, театрально откланявшись, прощально постановил: — Мне тяжело об этом говорить, но я все же уступаю тебе первый танец с мамой.
Едва Итан скрылся в толпе, как крепкие руки Роберта жадно прижали меня к себе, а нос уже так привычно зарылся в шею, втягивая запах с неким безумством и жадностью.
— Я охренеть как соскучился по тебе за этот длинный день… — низко прохрипел он мне прямо в ухо, — Мой член встал, едва я увидел тебя в этом платье. Тебе не кажется, что оно слишком тесное для тебя?
Знакомый огонек внизу живота дал сладостный импульс, а рука Роберта, гуляющая по моей спине, заставляла прижиматься к мужчине все ближе и ближе, пока я в конец не осмелела, чтобы тихо прошептать:
— Давай уйдем от сюда, а? У детей личная охрана, они уже взрослые и самостоятельные, справятся без мамочки и папочки… — теперь в игру можно было вступить мне, едва заметно прикоснувшись в его груди, проведя полоску до самой ширинки, довольствуясь его грубым рыком мне прямо в ушко, — Чертовы вагинальные шарики превращают меня в нимфоманку.
Внезапно музыканты оживились и заиграла какая-то незнакомая мне медленная мелодия, зазывающая всех желающих на первый танец приема.
— Все не так просто, мышка… — несмотря на мой чертовски раздосадованный вздох, он все же отодвинулся от меня и протянул руку, приглашая на танцпол, освещаемый сотней имитированных свечей.
Усмехнувшись своим постыдным мыслям, я, естественно, приняла ее и уже через минуту мы кружились под большой желтой люстрой, плотно прижимаясь друг другу.
— Все так хорошо… Так будет всегда? — упиваясь моментом, на эмоциях простонала я, ведь раньше всегда боялась говорить вслух о своем счастье, дабы не спугнуть его, — Не бери в голову. Просто мысли в слух…
На какой-то момент нашего медленного танца повисла тишина, заставляющая каждого из нас подумать о своем. Я не могла прочесть мысли Роберта, но в моей голове вихрем крутились последние шестнадцать лет. Многое мы упустили: Шаворский потерял квалифицированного бухгалтера Павла, который сел на двадцать лет за мошенничество и поджог; «верного» друга Артема, который с каждым годом добавляет себе срока в тюрьме за попытки побега… Я же потеряла беззаботные юные деньки, когда моя подруга пыталась помочь оставить меня один-на-один с машиной полной газа. Но приобрели и сохранили мы не меньше: благодаря нашим с мужем стараниям Фаина вновь начала ходить и мы продолжаем поддерживать приятельские отношения, а Таня навсегда осталась моей лучшей подругой и теперь еще и соседкой по дому.
