Безмолвные воды - страница 34

Мэгги приподняла бедра навстречу моему рту, показывая, как сильно хочет продолжения, молча умоляя попробовать ее на вкус. О, как я хотел ощутить этот вкус!

Я взглянул на нее – она не отводила от меня взгляда. Наблюдала за каждым моим движением, и я хотел, чтобы она видела все. Чтобы наблюдала, как я исследую ее тело. Пробую его на вкус. Люблю его. Есть только я и она. Мы не будем следовать ничьим правилам, ничьим советам. Мы будем писать собственную историю.

Наклонив голову, я коснулся ее языком, медленно погрузил в нее палец и познакомил Мэгги с первой главой нашего романа.

Глава 15

Мэгги

– Просто невероятно! Я не могу в это поверить!

В следующую субботу мама проводила вечер в обществе своих подруг, с которыми в детстве вместе училась в средней школе. Сейчас все жили в разных штатах, поэтому встречались раз или два в год. Но, по-моему, и этого было более чем достаточно. Каждый раз при их появлении я старалась не попадаться им на глаза. Это были не самые приятные в мире люди. Их пятеро, включая маму. Понятия не имею, зачем они все преодолевали такие расстояния, чтобы поболтать друг с другом. Ведь, несмотря на то, что все учились в одной школе, они терпеть не могли друг друга. Все их разговоры всегда казались мне соревнованием. Если дочь Лорен начала ходить в возрасте десяти месяцев, то дочь Венди в девять уже водила машину. Если Ханна могла пробежать пять километров, то Дженис способна была пробежать десять за меньшее время. Но самой любимой темой для обсуждения была все-таки я. Когда дело доходило до моего молчания, все они становились экспертами в вопросах того, что значит быть немым.

В этот вечер я сидела на верхней ступеньке лестницы и слушала, как они меня обсуждали. Мне очень хотелось, чтобы рядом был Брукс, но он с парнями отправился на концерт какой-то супер-инди-группы, которая играла в какой-то забегаловке. Он без конца присылал мне оттуда видео – людей больше, чем селедок в бочке, и, как обычно, очень громкий звук. Всякий раз, когда он попадал в кадр, я видела его сводящую с ума улыбку, и мое сердце влюблялось в него чуточку сильнее. Я хотела быть рядом с ним, почувствовать объятия его рук и полностью раствориться в звуках музыки. В видео, которое он мне прислал, я видела, как Стейси и Келвин покачиваются вместе в такт музыке, и чувствовала себя эгоисткой. Эгоистично не быть там ради Брукса. Эгоистично не давать ему возможности делать то, что делают все нормальные пары.

– У нее действительно есть парень? – спросила Лорен, допивая вино и снова наполняя бокал. – Как это вообще возможно?

– Кто он? – тут же включилась Венди.

– Брукс, – невозмутимо сказала мама, обмакивая чипсы в соус сальса.

– Какой Брукс? – не отставала Венди.

– Гриффин.

– Что-о-о? – воскликнули хором все четверо.

– Не может быть! – сказала Дженис. – Ведь Брукс… он любимчик девушек, не так ли? Я могу понять то, что по доброте душевной он навещает ее каждый день, но встречаться? Этого не может быть!

– Разве для Мэгги это не вредно? – спросила Лорен. – Ну, знаешь, учитывая… ее состояние?

– Ее состояние? – переспросила мама.

– Ну, ты же знаешь… ее травма. Я просто сказала. Однажды я читала статью… – начала Лорен.

– Ты вечно читаешь какие-то статьи, – оборвала ее Ханна слегка раздраженным тоном.

– Да, но в этой была сугубо научная статистика. Там сказано, что у людей, получивших в детстве психологическую травму, могут возникать рецидивы, когда они вступают в отношения.

– Лорен, – проворчала Ханна.

Ханна мне нравилась. Маме стоило дружить только с ней, а остальных послать куда подальше.

– А что? Это же правда. Их отношения с Бруксом могут вызвать какие-нибудь осложнения. И, к тому же, как они себе это представляют? Вечно встречаться в доме Кэти? Я хочу сказать только одно: из этого не выйдет ничего хорошего. Все это действительно может уничтожить тот, пусть небольшой, прогресс, которого достигла Мэгги. Плюс, мне кажется, что это не совсем честно по отношению к Бруксу. Какая ему тут выгода?

Заткнись, Лорен.

Я не хотела больше их слушать, но не находила в себе сил уйти.

– Знаешь, что я тебе скажу? Будь что будет, – вмешалась Ханна. – Они еще дети, поэтому пусть развлекаются.

Браво, Ханна!

Из всей этой группы Ханна меньше всех была склонна драматизировать ситуацию. В конце концов, она здесь только ради пиццы и вина. Мне не в чем ее винить – мама всегда заказывала пиццу в «У Марко», она считалась лучшей в городе.

– Ты рассуждаешь глупо, Ханна. Что значит «пусть развлекаются»? Именно из-за таких суждений все твои три брака закончились разводами.

– Я готова и в четвертый раз наступить на те же грабли, – Ханна плеснула себе еще вина и запела: – Будь что будет!

– Ты же знаешь, как мама относится к тому, что ты подслушиваешь, – прошептал папа, поднимаясь по лестнице и усаживаясь рядом со мной. У него в руке был пакетик M&Ms, и он отсыпал мне немного. – Кроме того, эти женщины – настоящие гадюки. Тебе не стоит засорять себе мозг их бредом.

Я улыбнулась и положила голову ему на плечо.

– Они снова говорят о тебе?

Я кивнула.

Он нахмурился.

– Я сказал твоей матери: либо они меняют тему, либо она перестает приглашать в наш дом этих четырех всадников. Он недостаточно большой, чтобы превращать его в Главное Управление Апокалипсиса. Мэг, не принимай их близко к сердцу, ладно?

Я и не собиралась. Мне давным-давно было ясно, что эти женщины ненормальные. Меня больше заботило, как их слова повлияют на маму. Даже если она старается оспорить их мнения, они все равно найдут лазейку, чтобы проникнуть в ее подсознание. Временами мамина реакция на что-то была не похожа на ее собственную, а выражалась словами этих четырех всадников Апокалипсиса. Папа всегда говорил: остерегайся мнения толпы, потому что однажды оно превратит тебя в совершенно другого человека, и обратно стать самим собой уже будет невозможно.