Несомненно ты - страница 54

— Думаю, нет. Так что, всё становится более чем серьёзно?

— Наверное, да. Он так отличается от тех парней, с которыми я когда-либо была раньше. Он умный и милый. И он такой внимательный в постели. Если ты понимаешь, о чём я, — хихикает она.

Наморщив нос, я отвечаю.

— Да, понимаю, но на самом деле не очень хочу.

— Он мне нравится, Сэм, — серьёзность в её голосе заставляет снова выйти в свет старшую сестру.

— Я рада за тебя, но просто... будь осторожнее. Он уже обжёгся однажды, и из-за этого его эмоции на некоторое время могли ослабнуть. Тебе придётся учесть и то, что он, возможно, и хороший парень, который также хорош и в постели, но это не обязательно означает, что за этим стоит что-то большее.

— Вовремя сказано, Сэм. Ладно, мне нужно идти. Позвоню тебе позже.

— Пока, Эйв.

Я вздыхаю и опускаю взгляд на товарища, гуляющего со мной.

— Ох, Сворли, Эйвери взвалила на себя слишком много. Возможно, я тоже. Будут какие-нибудь советы?

Сворли останавливается и наваливает кучу в траву.

— Мило. Это и есть твой ответ? И что же ты пытаешься мне сказать? Скорее принимай решение? Или что я просто полна дерьма?

Я кормлю Сворли, принимаю душ и сижу теперь на пороге перед домом с пляжной сумкой в руках. Это последний день, который мы полностью проведём вместе. Я переживаю насчёт этого дня, но когда он начинается, то точно знаю, что не хочу, чтобы он заканчивался. Лотнер позвонил мне в пятницу, когда вернулся домой. Мы разговаривали недолго. Он был уставшим, и я не была уверена в том, что ему сказать, поэтому болтали мы немного. Вчера он прислал мне смс, пока был на обеденном перерыве, где написал время, в которое он заедет за мной сегодня. Я бы и хотела сказать, что не ждала его звонка вчера вечером... но я ждала. Хотя, он так и не позвонил.

Сегодня я просыпаюсь с тяжелым сердцем, поэтому просто решаю «пошло оно всё». Было бы настоящим сумасшествием не наслаждаться каждым днём отдыха просто потому, что он неизбежно подходит к концу. У меня с Лотнером всё подходит к концу. Это очень неподходящее время, и я не позволю иллюзорной судьбе одурачить себя. Но я собираюсь наслаждаться каждой секундой, которая осталась у меня с ним. Я собираюсь пережить «тебе, возможно, будет больно» с помощью перелёта через океан. С последствиями буду разбираться потом.

Когда знакомый чёрный «ФоРаннер» поворачивает на подъездную дорогу, я вскакиваю и беру сумку. Нет времени вести себя мило и непринуждённо. Я спускаюсь по лестнице и несусь к нему, как только он выбирается из машины. Я приземляюсь в объятья его сильных рук, обхватив его руками и ногами.

— Оу! Кто-то немного в восторге от встречи со мной, — смеётся он, крепко прижимая меня к себе.

Я поднимаю голову, чтобы посмотреть в МОИ голубые ирисы. У меня скулы болят от того, как сильно я улыбаюсь.

— Заткнись и поцелуй меня.

Лотнера не нужно просить дважды. Всё в нём слишком для меня: то, как касаются меня его губы с привкусом мяты, его опьяняющий мускусный запах, его сильное тело, которое укрывает собой каждый сантиметр моей кожи, его сексуальный рык, и, наконец, эти грёбаные глаза Медузы.

Я до боли прижимаюсь ногами к нему, пока руки гладят его нежную кожу на недавно побритых щеках. Мы прерываем поцелуй только, когда уже начинаем задыхаться.

— Мне так нравится, когда ты командуешь, — он трётся своим носом о мой.

— Нравится, да? В таком случае, отвези меня на пляж... на очень «приватный» пляж, — шевелю я бровями с намёком.

Он опускает меня на землю и шлёпает по заднице.

— Забирайся в машину, нам нужно сделать небольшую остановку прежде, чем ты начнёшь носиться голая по пляжу.

Подойдя к пассажирской двери, я показываю ему язык.

— Не смешно.

Мы останавливаемся у общественного центра, рядом с которым стоит большой автобус, разрисованный белой и красной краской, с нарисованным сердцем и надписью на одной стороне: «Поделитесь кровью ради жизни».

— Ты завтракала? — спрашивает он.

— Да...

— Выпила достаточно жидкости? — продолжает он расспросы.

— Эм... да. Я выпила бутылку воды, пока гуляла со Сворли, а когда вернулась домой, выпила банку кокосовой воды. А что? Что мы собираемся делать? — я пытаюсь говорить спокойно, несмотря на мрачные предчувствия, которые заполняют всю меня.

— Мы побудем донорами крови. Моя мама и её друзья организовали всё это из-за своей подруги, которую недавно госпитализировали после ужасной автомобильной аварии.

— Ох... Ладно.

— Ты сдавала когда-нибудь кровь до этого? — спрашивает Лотнер, пока отстёгивает ремень безопасности.

— Один раз, когда была в выпускном классе, тогда наша школа принимала подобную донорскую организацию.

— Отлично. Так что ты знаешь, чего ожидать, — он выбирается из машины и подходит к двери с моей стороны.

Даа, я знаю, чего ожидать: перед глазами всё плывёт, уши закладывает, кружится голова, а затем едкий запах нашатырного спирта, который возвращает меня в этот мир из темноты.

Он открывает мне дверь, и мои коленки уже начинают трястись.

— Пойдём, пообщаемся с мамой.

Мы подходим к группе женщин, которые стоят вокруг столов, на которых разложены вода, соки и печенье.

— А вот и мой мальчик, — говорит Ребекка, раскрыв свои объятия.

Он нежно обнимает свою маму.

— Привет, мам.

Он выпрямляется и берёт меня за руку снова, переплетая наши пальцы.

— Ты помнишь Сидни?

— Конечно. Очень приятно увидеться с вами снова. Я действительно ценю то, что вы оба пришли сюда сегодня.

— Это для благого дела. Но мне жаль, что с вашей подругой такое случилось.

— Спасибо, милая. Она находится в коме уже две недели, но мы очень надеемся, что скоро она выйдет из неё.