Цвет Тиффани - страница 51

– Хочу тебя… – прошептал, деля дыхание на двоих.

Он поставил её на диван, позволяя Наташе стать чуть выше и, переведя дыхание, решил помедлить. Еле дотрагиваясь губами до шеи, он дал ей возможность тонуть в нежности. Выводил языком узоры, наслаждаясь вкусом ее кожи. Руки уже забрались под халатик, теперь пальцами поднимаясь к самому сокровенному.

Наташа дрожала. Ещё минуту назад хотела страсти, хотела бешеных движений, которые заставят забыть все, наглухо отрезая память. А сейчас… Он вёл, но от той неги, нежности, которую сейчас дарил, она бы не отказалась никогда и ни за что. Уткнувшись ему в плечо, чуть ли не мурчала от поцелуев и слишком осторожных движений руками на бёдрах. Выше. Ее трясущиеся мелкой дрожью пальцы боролись с мелкими пуговицами на его рубашке вслепую, желая скорее добраться до голой кожи. Она даже не заметила, как Игорь развязал халат, только горячее дыхание на соске заставило прикусить губу. Он продолжал дразнить, каждое его движение и поцелуи были лёгкими, словно касание крылышек бабочки, порхающей над ее телом. И это все было слишком острым. На грани чего-то запретного, неправильного. Как будто ее тело было впервые в мужских руках. Потому что никто и никогда не касался Наташи так… Ни муж, ни Дима… Все было совсем иначе.

Утопая в нежности, ласково целуя его шею, она внезапно поняла, что на языке ощутила соль. Слезы. Они тихими, незаметными дорожками текли по щекам. Когда успели?..

«Ну почему он такой?» – задала себе вопрос, потому что понимала: не должен! Пусть лучше будет грубым, жестким, как вчера – так легче! Не так больно в сердце, которое защемило от тоски.

Игорю нравилось так наслаждаться Наташей. Ему нравилась ее дрожь. Нравилось смаковать твёрдые горошины сосков. Чувствовать сокращения мышц, когда он пальцами совсем на миллиметр попадал под трусики. Сам горел. Но желал и дальше вкушать ее медленно, слышать ее сердце за такой вкусной грудью. Нравилось дразнить. Мучить.

Но Наташина боль победила. Она чуть отстранилась от Игоря, начав быстро расстёгивать его пояс.

– Уже хочешь его, да? – сказал даже не Игорь, а его похоть.

– Да. Надоело медлить.

Ее голос был словно неживой, и Игорь успел нахмуриться. Но Наташа не дала задуматься. Она, взяв его подбородок пальцами, впилась жгучим поцелуем, вынуждая мужчину на более смелые движения.

И он поддался. Сам уже не мог ждать. Член уже давно мечтал оказаться в такой желанной женщине.

Дальше все понеслось в слишком большом темпе. Наташа сама потянула его за собой на диван, впустила между ног и ни на секунду не давала расслабиться. Игорь сделал ещё попытку вернуться к той неге, но она не позволила. Вернее, позволила только забыться в бешеной гонке секса. Мешало этому всему только одно. Ребёнок за стеной, из-за которого приходилось сдерживаться.

Уже засыпая, Игорь услышал тихое:

– Ненавижу нежность. – Его уже прикрытые глаза расширились.

– Врешь, – твёрдо ответил.

Ведь в его руках она дрожала от каждого осторожного касания.

– Нет. Притворялась, прости. – Она оставила лёгкий поцелуй на его груди, после чего отвернулась.

Ему захотелось курить. То ли от этого признания, в которое не хотелось верить. То ли от слова «притворялась», которое, кажется, действовало на любого мужчину, как красная тряпка на быка.

Недолго думая, Игорь встал, натянул джинсы, достал сигареты и пошёл на кухню. Делая глубокие затяжки и глядя на мерцающий огнями город в окне, он думал о Наташе. Почему она такая сложная? Почему врет ему и, кажется, самой себе тоже? Чего продолжает бояться? Хочет, чтобы он ушёл… А что его сейчас держит? Нет, он ещё не насладился в полной мере ее телом. А когда его отпустит это дикое желание ее видеть, которое сегодня сопровождало весь чертов день, тогда… Не хотелось об этом думать. Он вообще никогда не строил планов касаемо женщин. И сейчас не собирался.

Почему-то вспомнил, как она его встретила. У него были любовницы, которые не хотели на ночь приезжать к нему, поэтому он прекрасно проводил время у них. Но его встречали с улыбкой. Ему были всегда рады. А Наташа… Словно гордая кошка, для которой признать его, Игоря, ниже достоинства. И это бесило. Почему же другие…

Взлохматил рукой волосы, поняв, что это глупость, сравнивать их и ее. Те дамочки не работали. Они не особо умели думать. У них был траходром в спальне, и они не растили детей. Соня… Хоть девочка ему симпатизировала, но как бы хотелось, чтобы ее тут не было… Потому что оставалась ещё неудовлетворенность. Они оба что вчера, что сегодня сдерживали себя. Заглушали стоны. Боялись резких движений. Вернее, боялась Наташа, постоянно одергивая его. Может, как-то заманить ее в другое место?

Может быть, там она расслабится, наконец? Улыбнётся ему хоть раз искренне…

Туша под краном сигарету, действительно понял, чего хочет. Чтобы эта женщина улыбалась! Хоть иногда.

Уже ложась в постель, прижимая к себе со спины горячее сонное тело, понял ещё одну вещь. С ней спать невероятно уютно.

Глава 20. Обидеться или, может стоит подумать?

На следующее утро Наташа проснулась раньше всех. С минуту лежала и рассматривала черты лица спящего мужчины. Надо же, она раньше не замечала, что у него смещение носовой перегородки. Видимо, подрался неудачно… Не замечала сеточку морщин около глаз и одну-единственную возле губ. Он много улыбается. Но Наташа знала, что чаще нахально. Этот мужчина добрый, умный, сильный, богатый… Да каждая женщина мечтает о таком! Но почему-то у неё в голове висел дорожный знак «кирпич». Хода нет.

– Я все чувствую. – Она вздрогнула, когда он произнёс это слегка хриплым голосом.