Цвет Тиффани - страница 60
– Нет.
– Хорошо…
Он легко поднял Наташу и заставил обвить его торс ногами.
– Поставь меня… – слабо воспротивилась она.
– Не-а. Пойдём, буду уговаривать в другой плоскости…
Уговаривал Игорь усердно. Соскучился за один день и чувствовал это особенно остро, даря ей ласки, чувствуя ее податливое и отзывчивое тело.
Наташа больше не упиралась, она решила до завтра об этом не думать. Когда Игорь был таким, думать вообще получалось плохо. Он смотрел прямо в глаза, смело, нагло, хотел видеть реакцию на все его движения. Все мысли, словно пыль, выветривались из головы, подчиняясь этому мужчине и его говорящему взгляду. Его пальцы творили невообразимое, губы дарили нежные ласки, позволяя утопать в удовольствии. И как же было замечательно в нем растворяться…
Подчиняться его немым, но твёрдым просьбам. Дышать его запахом…
Она скучала.
Но самое удивительное, что этой ночью они поговорили. О ее работе, о папке, о людях и какими они бывают. Она рассказала, как поступила с Катей и что собирается то же самое сделать с коллегой, а он ее поддержал. И было в этом разговоре что-то родное, далеко не дружеское, и Наташа поняла, как это хорошо: иметь возможность о таком поговорить. Ведь ей это удавалось редко. Пытались поговорить о них, но Игорь все сводил к переезду, а Наташа ловко уводила от этого разговор.
Уже засыпая, понимала, что нельзя было его так быстро прощать. Неправильно это. Но другая мысль все поменяла: кто устанавливает эти нормы неправильности?
***
Субботнее утро было чудесным. Наташа лежала на мужской груди, а Игорь крепко держал ее, словно не желая отпускать от себя.
Еще не открыв глаза, раздумывала об Игоре. Какой же он упёртый. Вот точно овен! Какой другой бы так стойко себя вёл, терпел ее нападки? Она прекрасно знала, что не ангел. Ведь сколько его прогоняла? Обижала. Похоже, она ему действительно не безразлична. Странно, но сейчас ее мировоззрение кардинально поменялось. Еще совсем недавно она закончила одни отношения и твёрдо решила, что ей никто не нужен. А ведь нужен… Именно Игоря душа и просила, как бы она сама ни пыталась упираться. А еще задумалась, как так вышло, что она его простила? Почему этот мужчина так действовал на нее? Каждый раз он выворачивал все в нужное для него русло, а она велась, словно своего ума нет. А ведь она и сама раньше могла заткнуть кого угодно! Улыбнулась перед тем, как открыть глаза. Все же женщине необходимо понимать, что человек, который рядом, может противостоять. Это как маленькая монетка в копилочку – человек твой.
Всмотревшись внимательно, увидела синяки на груди, приподнявшись, разглядела и даже провела пальцем по продолговатой гематоме. Она была не огромной, но и не маленькой и слишком необычной формы для простого удара. И ведь отметила еще вчера, что болит… И почему он ей не рассказал?
Хмурясь, потихоньку все же выбралась из его объятий. Нужно готовить завтрак. Наверное, это единственное, что ей не очень нравилось в совместном проживании с мужчиной. Надо часто и много готовить, и хотя льстили его комплименты по поводу готовки, в новый режим было входить нелегко. Им с Соней вдвоём куда проще, это факт.
Игорь зашёл на кухню бесшумно. Наташа вздрогнула, когда он прижался со спины.
– Доброе утро. – Его тихий голос раздался, как дуновение ветерка, ласкающее ушко.
– Доброе. – Она повернулась в его объятиях.
Лохматый, небритый, в накинутой сверху рубашке и висящих без ремня на бёдрах брюках он смотрелся до невообразимого сексуально!
– Я рад, что ты согласна на переезд. – В ответ на эти слова Наташа искренне удивилась.
Мысль о переезде она вообще боялась допускать, тщательно отгоняя от себя эту тему. Может, боялась?
– Я что-то не припомню, чтобы соглашалась.
– А мне кажется, ты ночью вполне отчетливо отвечала «да» на каждый мой толчок!
Она сузила глаза.
– Тебе показалось!
– Ладно, попробуем ещё раз… Наташ, ты решила? – лукаво спросил он, заправляя ей волосы с одной стороны за ушко.
– Откуда синяк? – перевела она разговор.
– От ремня безопасности. – Игорь взглянул на свою грудь и поджал губы.
Вспомнилось, что нужно теперь машину отдавать в ремонт.
– Ты в аварию попал? Это и есть твоя ерунда? – возмущённо спросила.
– Да. Наташ, это ерунда. Такие вещи я не считаю нужным рассказывать, – сказал чистую правду, действительно считая, что это знать ей незачем. Живой же.
– Вот и зря. – Она снова крутанулась в кольце его рук, возвращаясь к нарезке салата и куда яростнее работая ножом. Почему он так думает? Если бы это случилось с ней и она промолчала – тоже была бы ерунда?
– А ты волнуешься? – Его губы снова дотронулись до уха.
– Да. Твою машину жалко. Хорошая она, – съязвила Наташа.
– Я так и думал, – хохотнул он. – Так я не слышу заветного «да».
– Для этого ты должен выйти на улицу голым, станцевать перед окнами ламбаду, ну и спеть, естественно!
– Какие у тебя интересные фантазии! – теперь его руки обвили ее живот. – Я ж дурак, пойду. Петь умею, кстати, даже на гитаре играть.
– Игорь! Привет!
Наташа с Игорем резко обернулись, глядя на заспанную девочку в веселой пижаме.
– А мама вчера сказала, что ты больше не придёшь, – выдала Соня.
– Иди зубы почисть! – скомандовала Наташа, чувствуя себя жутко глупо.
Девочка, сморщив носик, отправилась в ванную, а Игорь ощутимо шлёпнул Наташу по попе.
– Нехорошо врать ребёнку! – Отошёл и сел за стол.
Наташа промолчала. Что было ответить, если вчера злость перекрывала все на свете?
– Тебе нужна помощь собрать вещи? – Он взял печенье с блюдца и с удовольствием откусил.
