Фрося. Часть 5 - страница 31
— Возьми ключи от машины.
— Не надо, обойдусь.
И Сёмка с разбухшей спортивной сумкой на плече выскочил за порог.
Ну, а с этим что делать, и надо ли что-то делать, и может ли она что-то сделать?!
Глава 19
Семён явился домой только в воскресенье после обеда и тут же начал собираться в аэропорт.
Фрося чуть себя сдерживала от гнева за не понятное охлаждение сына к ней, и от желания расспросить его о проведённых выходных, но не стала, а предложила подвезти к самолёту и тот не отказался.
По дороге он неожиданно оживился, и увлечённо стал рассказывать матери о жизни в Новосибирске, о том, как Андрей учит его хорошо ходить на лыжах, расспрашивал мать о работе и о планах на лето, где у неё запланирована была поездка в Израиль.
У Фроси создалось такое впечатление, что он всяческий старается заполнить дорогу разговорами на любые темы, только, чтобы не коснуться его отношений с Таней.
Мать и не стала его выговаривать и лезть с расспросами, всё равно это бесполезно, только растравит душу себе и ему.
Пусть идёт, как идёт. Но разве такого счастья она желала для своего любимчика?!
На счёт себя она уже давно успокоилась и не стала заранее планировать своё поведение в случае звонка лётчика, как говорится, будет решать проблемы по мере их поступления.
В понедельник она специально пришла на работу впритык к восьми часам, чтобы у них не оказалось свободного времени встретиться наедине с Таней.
Фрося сама не знала, как себя вести и что говорить с женщиной, у которой все выходные пропадал её сын, да и той, скорей всего, будет не ловко смотреть в глаза матери пылкого юного любовника.
Не успела она ещё толком расположиться на своём рабочем месте и поздороваться с Таней, как её вызвал к себе в кабинет Карпека.
— Фросенька, присядь, есть разговор.
В первую очередь, спасибо тебе, что удачно справилась с поставленной задачей, звонил Горбатенко и сообщил, что полный порядок, можно готовить следующую партию.
Кстати, наше пальтишко укатило со свистом, держи свою долю, а эти полтора стольника передай Тане, это аванс за пять курток, которые она должна слепить в ближайшее время, закинь, пожалуйста, к ней домой кожу, Наумчик уже раскроил.
— Валера, ты опять меня затягиваешь в «сраные малины», а у меня не хватает силы воли этому препятствовать, да и денежки, заработанные с Марком, потихоньку тают.
— Фросенька, ну, куда я без тебя, ты мой надёжный оплот, не зря господин Гальперин рекомендовал мне тебя, как женщину, которая приносит фарт.
— Ладно, не льсти. Лучше скажи, ты хвастал или у тебя действительно есть блат достать для меня новый жигуль?
— Обижаешь, разве Карпека когда-нибудь трепался, но сама понимаешь, что платить придётся не по номиналу.
— Ну, об этом мог и не предупреждать, лучше быстрей подсуетись.
— Свою будешь продавать, у меня есть хорошие покупатели.
— Нет, пока не буду, Сёмка зачастил в Москву, Андрей должен заявиться на восьмое марта, а я очень не люблю, когда используют мою лапочку другие люди, и неважно, что это самые близкие.
— Две-три недели и готовь бабки, будет тебе новая машинка, советую третью модель, куколка, а не машина.
— Давай Валера, я уже хочу сесть за руль своей новой куколки, деньги у меня есть.
— Скажи подруга, а пару штук мне не одолжишь, у меня пока не хватает, а я бы сразу две заказал для нас.
— Валера, без проблем, тебе всегда рада помочь, пока за душой кое-что осталось.
— Всё, ладушки, разбежались.
Фрося в приподнятом настроении вернулась на рабочее место, помогла Тане расправиться с нахлынувшей очередью и, когда возле окошка не оказалось ни одного человека, протянула напарнице скрученные в трубочку деньги.
— Что это?
И развернув, охнула:
— За что мне опять такие деньжищи?
— Танюха, не свети, прячь быстрей, это аванс в счёт будущей твоей работы.
И наклонившись к ней поближе:
— Тебя ждёт большой заказ, надо слепить пять кожаных курток, крой уже готов, сегодня после работы подкину тебя с ним домой.
Ещё вопросы на эту тему будут?
— Фрося, я даже не знаю, как вас благодарить.
— Отблагодаришь, отблагодаришь, я уже большой ложкой кушаю твою благодарность.
Щёки у молодой женщины вспыхнули ярким румянцем, она смотрела прямо в глаза Фросе, на ресницах у неё неожиданно повисли слезинки, а губы предательски задрожали.
Она старалась взять себя в руки, чтобы достойно ответить на выпад старшей подруги, но подошли новые клиенты и молодая женщина, закусив губу, отвернулась.
До конца смены их разговоры касались только производственной темы, Таня отмалчивалась, глубоко о чём-то задумавшись, да и Фрося мало находилась на месте, то раздавала сапожникам заказы, то шепталась с Наумом Ивановичем о новых разработках, обсуждая его предложение наладить производство сапог по типу финских, и добрый час провела в кабинете у Карпеки, уточняя детали дальнейшего развития начинающегося и бурно развивающегося бизнеса, и покупки новых автомашин.
После рабочего дня, женщины дождались пока все их работники уйдут из мастерской, а затем, с двумя сумками поспешно покинули здание ателье и, погрузившись в машину, двинулись по направлению к дому, где жила Таня.
Фрося решила больше не касаться в разговорах темы, связанной отношений Тани и её сына, но молодая женщина сама неожиданно для матери Семёна подняла её:
— Фрося, я уже говорила, как безмерно благодарна Вам за проявленную ко мне доброту, но это не значит, что я теперь должна смотреть Вам в рот и сносить все не справедливые колкости в мой адрес.
