Нахал - страница 41
И тут я увидела его.
В дырявой майке с черепом и тесных черных штанах, перетянутых грубым кожаным ремнем, Эдик выглядел как матерый пират. Йо-хо-хо и бутылка рома! Не хватало только говорящего попугая на правом плече. Мужчина был единственным, кто полностью игнорировал мое восхождение к шесту. Сосед как ни в чем не бывало разговаривал с Аней.
Какого черта он творит? Мы же вчера всё решили? Одна неделя. Курортный роман, будь он неладен! А потом расходимся, как в море корабли. Почему же тогда не обращает на меня никакого внимания?!
Музыка поглотила раздражение. Я стала покручивать бедрами, отдаваясь танцу целиком. Восхищенные взгляды мужчин воспламенили каждую клеточку тела: опускалась, прогибаясь в спине, словно кошка, разводила бедра, карабкаясь по шесту вверх.
Мельком перевела взгляд на Эда, ощутив, как всё вокруг расплывается, превращаясь в белый шум. Он смотрел в упор, поглаживая подбородок пальцами. Такой красивый, что стало трудно дышать…
Кажется, Аня потянула его за плечо. Внутренности сковало от неконтролируемой ревности. Хотелось накинуться на неё с кулаками!
– Он мой. М-о-о-о-й! – шептала трясущимися губами, продолжая тереться бедрами о раскаленную деревяшку. В трусиках стало очень тепло. Бес продолжал поглощать меня потемневшим взглядом. – О да! Так! – невинно улыбнулась, сдернув с волос шелковую ленту.
Я стала водить клочком ткани по шее, медленно спускаясь к ключицам, и, наконец, скользнула в ложбинку между грудей. Губы Беса растянулись в невозможной улыбке. Она была настолько заразительной, что я еле сдержалась, чтобы не рассмеяться в ответ. Тем не менее отбросила ленту в сторону, стягивая резинку с хвоста. Тяжелые золотистые пряди рассыпались по плечам. Энергично тряхнула головой, так, что волосы разлетелись в разные стороны. Бедра ерзали по шесту, дыхание сбилось, а груди загрубели настолько, что хотелось поскорее избавиться от топа.
В меня словно бес вселился…
Танцевала только для одного мужчины и уже была близка к помешательству. Эд кивнул, не отрываясь от меня. Наши ненормальные взгляды ели друг друга, вели собственный диалог. Осознание происходящего обрушилось, как снежная лавина. Я провела указательным пальцем по губам, впервые в жизни испугавшись своих чувств…
Песня закончилась, и мне пришлось покинуть корму пиратского корабля.
– Геля, ты лучшая! Это несомненно! – сверкая хмельной улыбкой, восхищалась Оля.
Повернула голову туда, где только что находился Эд, но его как ветром сдуло. Я выхватила у подруги фужер с едко-розовой жидкостью, втягивая носом клубничные пузырьки. После танца во рту пересохло. Недолго думая, залпом осушила бокал.
– Гулять, так гулять, – беспечно помахала официанту, который проходил мимо с полным подносом розовых коктейлей.
Мы с Олей расхохотались, чокаясь новой порцией алкогольного угощения.
POV. Эдуард
Я остановился у Ангелины за спиной, подмигивая Молли, чтобы та смылась. Прижался а-ля Дракула, закрывая дерзкой пиратке глаза. Лина вздрогнула, сведя лопатки вместе. Коснулся щекой взмокшей шеи, принимаясь дразнить нежную кожу традиционной небритостью.
– Не буди лихо, пока оно тихо. – Оттянул мочку зубами, и девчонка по-кошачьи изогнулась.
После её безумного танца наш план находился под угрозой срыва: звероящер забил неисправимого романтика. Увы. Яйца распирало от пульсирующего желания, мурашки внизу живота устроили канкан. Лина разворошила улей с дикими пчёлами – от желания обладать ею дышать было трудно. И так всякий раз. Ведь невозможно контролировать истинные чувства. Они берут за горло, душат, лишают возможности соображать…
– Смотря кто из нас лихо? – развернулась, с вызовом заглядывая в глаза.
Легкая улыбка играла на розовых губах. Сглотнул, ощущая, как приятно сводит мышцы внизу живота. Да что ж ты делаешь? Я когда-нибудь смогу думать о чём-то другом? Романтик херов…
– Потанцуем? – не дожидаясь согласия, притянул пиратку за бёдра.
Её зрачки расширились, стоило нашим животам соприкоснуться. Она прерывисто вздохнула, цепляясь за мои плечи.
– Как жарко…
Принцесса положила голову мне на грудь. Прижался ещё ближе, голодными руками ощупывая каждый миллиметр персиковой кожи. Я провалился в щемящую нежность. Как можно быть настолько для меня? Губы повело от шальной улыбки.
Кто тебя создал, девочка?!
– Бес, – вдруг изрекла, чуть ли не по буквам.
– Да, бес, – повторил, словно под гипнозом.
И точно мне на погибель…
– Не люблю все эти сборища. Поехали домой? – легонько подтолкнул её к парковке.
Лина приподняла голову, сощурив остекленевшие глаза.
– А куда денем твою спутницу? Не слишком красиво бросать девушку в разгар вечеринки.
В лицо подул шквалистый ветер. Моя принцесса хмурилась. Приревновала. Смотрела на меня властно, собственнически. Так, будто я уже давно всецело принадлежу ей. Ни с одной другой этот номер не прокатил бы. Однако Ангелине было позволено всё. Она обладала исключительными правами на мою душу и тело. Да, пока нам непросто общаться. Откровенно говоря, трудно вести светские беседы, когда член нашёптывает «Хочу! Хочу! Хочу!» Итак целый день избегал встречи, чтобы снова всё не испортить, но сейчас она сама отпустила поводок…
Радовался наступлению ночи, как ребёнок Новому году. Животные инстинкты брали своё. Эмоции – неудержимые, волнующие, взрывные – пробуждались. Звериное нутро не давало соображать. Ангелина пальцем поманила, а я уже высунул язык…
Эта девчонка игралась с боеприпасами.
Вот оно как – любить по-наркомански…
