Нахал - страница 48
Я не могла говорить. Эд по одному дыханию вычислит степень отчаяния, примчится и никуда не отпустит. Или, что более вероятно, поедет со мной. И тогда единственный шанс на спасение вылетит в трубу.
Всё будет кончено.
Но как бы сильно я ни любила отца, Эда любила не меньше. И это главное, что он должен знать сейчас. Оставалось совсем немного времени до приезда Максима. Я достала блокнот, ручку и села за письменный стол.
«Здравствуй, Эдик.
Мне очень тяжело даются эти строки. Пальцы не слушаются. Руки дрожат. Я проклинаю себя за слабость – впервые в жизни испугалась. Я боюсь своих чувств к тебе. Штормовые волны накрыли маленькую лодку. Я уже где-то на дне…
На самом дне.
Не хочу уезжать. Не знаю, как смогу засыпать без тебя. А как просыпаться? Увы, обстоятельства складываются не в нашу пользу. На кону жизнь отца. И только я могу попытаться его спасти.
Только я, Эд, понимаешь?
Чтобы ты выбрал: любовь всей жизни или жизнь родного отца?!
Вот и я сломала голову. Прямо русская рулетка какая-то…
Мне нужно подумать. Ещё раз хорошенько всё взвесить. Принять самое трудное решение в жизни. Увы, рядом с тобой этого сделать не получится.
Еще одна ночь – и я уже никогда не покину Сочи. Я утону здесь в своих чувствах к тебе. Утоплю тебя в своей любви.
А он умрет там…
Пожалуйста, если ты испытываешь ко мне хоть что-то – отпусти. Просто отпусти меня. Дай время. Хоть немного времени, чтобы всё уладить. Я позвоню тебе завтра или послезавтра. Мы обязательно что-нибудь придумаем…
Это еще не конец. Это ведь не может быть концом, Эд?!
“У ночного огня под огромной луной
Темный лес укрывал нас зеленой листвой,
Ты меня целовал у ночного огня,
Я тебе подарила
Половинку себя…”
Солнце моё, я уезжаю с моря, а море катится из моих глаз. Я люблю море. Я люблю тебя, Эд. И чтобы ни случилось, всегда буду любить!
Твоя белоручка Ангелина Железнова»
Аккуратно сложила лист вдвое, убрала его в бледно-розовый конверт, поднялась и вышла на лестничную площадку. Постучала в соседскую дверь. Судя по голосам, раздававшимся пару минут назад со стороны балкона, ребята вернулись в квартиру.
– Геля! – жизнерадостно напрыгнула на меня Олька. – Только собиралась зайти. Почему ты не пришла на прощальную вечеринку? – глаза кудряшки заволокло пеленой слёз.
– Оль, извини, я спешу. Можешь передать конверт Эду? Это очень важно. Он приедет с минуты на минуту. Скажи, что у моего отца случился инфаркт, мне срочно нужно в Москву. Я свяжусь с ним, как только появится возможность!
– Конечно! Всё передам! Здоровья твоему отцу!
Мы крепко обнялись на прощание.
– Ты настоящий друг, не только на съёмках, но и в жизни.
В это мгновение двери лифта распахнулись. На площадку выбежал запыхавшийся Цветков.
– Лин, я за чемоданом. Давай скорее! Мы должны приехать в аэропорт через сорок минут. Ещё оформить тебя надо.
Брови подруги поползли вверх.
– Максим согласился взять меня на частный борт, – запоздало объяснила, смахивая настырную слезу.
Из соседской двери вышел Боря.
– Ангелина, рад был познакомиться. Думаю, еще не раз пересечемся, – заговорщически подмигнул друг Эда.
– Да, конечно. Ну ладно, ребят. Очень рада была познакомиться. Оль, не забудь передать Эдику письмо.
Мы с Цветковым зашли в лифт, и двери захлопнулись.
POV. Эдуард
Я вышел из подвала, подавив ликующий смешок. Два месяца не мог заставить себя там убраться, но в самый важный день в доме не должно остаться ни грамма пыли, грязи и ненужного барахла. Убирался с раннего утра, прервавшись только на приготовление праздничного ужина. Несмотря на то, что я арендовал это жилище, планировал выкупить его у строительного холдинга Баринова. Мне нравилось это место: живописная территория на небольшой возвышенности в нескольких минутах ходьбы от залива. Я бы хотел, чтобы со временем дом наполнился топотом маленьких неуклюжих ног.
Мы с братом были обделены родительской любовью. В глубине души всегда мечтал восполнить этот пробел – жаждал иметь счастливую многодетную семью.
Я остановился посреди гостиной, с гордостью осматривая свою работу. Первый раз в жизни устраивал романтическое свидание. Приплыли! Повсюду расставил вазы с подсолнухами. На прошлой неделе мы с Линкой объелись семечками, все-таки распробовав тот букет. Знал, что любимая оценит мой юмор.
Съемки закончились. Завтра с утра у неё самолёт. Засунул руку в карман, в десятый раз проверяя маленькую бархатистую коробочку. Прямо как ненормальный. Да куда она денется?! Всё время казалось – это какой-то предрассветный ошалелый сон. Стоит вздохнуть поглубже – и плотная густая дымка над морем рассеется, сероглазый ангел со стальным стержнем в груди помашет крыльями, возвращаясь на перину из облаков.
В заднем кармане джинсов завибрировал телефон. Достал его, хмуро сощурив глаза. Пришло уведомление о пяти пропущенных звонках и нескольких сообщениях. Только тут дошло, что в подвале не ловит сеть. Взгляд зацепился за пропущенные от Ангелины.
– Бесовой, – улыбнулся, испытывая смущение. Звонила моя будущая жена.
Я не мог отпустить ее. Она принадлежит мне. Хочет сниматься – пусть снимается… в перерыве между декретами…
Неожиданно в ворота позвонили. Кого там еще принесло? Я не ждал гостей. С минуты на минуту собирался ехать за любимой – вечеринка киношников подходила к концу! Натянул кроссовки, вышел во двор и, миновав ухоженную лужайку, остановился возле забора.
