365 - страница 291
Игорь сжал зубы. На родных? Скорее всего, она просто не сосчитала родню своего жениха. Ведь не пришла Саша, и мама тоже — и их стулья они и заняли.
Родственники Евгения засуетились, сначала приняв это замечание на свой счёт, но выразительный взгляд Яны, направленный на Ольгу Максимовну, не оставлял места для сомнений. Девушка искренне надеялась на то, что её новоявленная мачеха немедленно покинет празднество; намёк, звучавший в её словах, подчёркивал, насколько лишней была здесь Ольга.
— Мы понимаем… — запнулась тётя жениха, — что приехали несколько неожиданно…
— Прекратите! — отмахнулась от них Яна, словно от назойливых мух. — Теперь мы с вами — одна семья!
Хотя невеста вряд ли испытывала какие-то особенно тёплые чувства по отношению к своей новой родне, она остановилась у них за спинами и ласково обняла за плечи, широко улыбнулась. Неискренне, конечно, но Яну это совершенно не волновало, а люди, плохо знавшие её, не могли заметить фальши.
— Мне очень приятно, — продолжила она, — что вы решили поддержать Женечку, и, разумеется, когда мы заказывали места, рассчитывали на вас. Собственно говоря, мы хотели взять на одно место больше, но мамочка не смогла приехать…
Надежда Петровна наверняка сообщила дочери, что из деревни выбраться ранней весной практически невозможно. Глупо было бы ожидать от неё чего-то другого, ведь женщина вынуждена была бы провести вечер рядом с нелюбимой свекровью, бывшим мужем…
— Потому это место, — сообщила Яна довольным тоном, — я отменила. Папа, очевидно, об этом не подумал. Он вообще мало думает головой в последнее время.
Ольга Максимовна не выдержала первой — молча поднялась со своего места, поправила одежду и отступила от стола.
— И вправду, — промолвила она, — это торжество вряд ли имеет ко мне какое-то отношение. Всего вам хорошего! А я лучше пойду…
— Оля! — попытался остановить его отец, но застыл, почувствовав тяжёлый взгляд Яны.
Девушка демонстративно опустила руки на живот.
Ольга Максимовна ещё раз смущённо покачала головой, повернулась к остальным спиной и покинула кафе так стремительно, как только могла. Даже пальто она одевала уже на улице. Николай Андреевич хотел встать, но каждый раз смотрел на дочь и не мог решиться на смелый шаг. Беременная и как всегда настойчивая Яна просто не позволила бы ему присоединиться к торжеству.
— Мог бы не портить мне хотя бы сегодняшний день, — нарочито спокойно произнесла она, опускаясь на свободное место. — Ну что? Угощайтесь! Чего вы как неродные? Я хочу, чтобы было весело!
Капризный тон только подчёркивал серьёзность её намерений — пока все не сыграют роль счастливой семьи, Яна даже не подумает остановиться. Она умела быть излишне настойчивой и добиваться желанного, даже когда все вокруг отчаянно сопротивлялись её порывам.
Какую-то секунду казалось, что кто-то всё-таки рискнёт возразить беременной Яне — а потом, один за другим, они молча взяли бокалы, и Николай Андреевич поднялся не для того, чтобы сделать замечание дочери или остановить Ольгу, а чтобы произнести тост…
53
11 марта 2018 года
Воскресенье
От Яны они вернулись уже к утру. Бабушка, судя по затуманенному усталому взгляду, мечтала только о том, чтобы лечь поспать, такие долгие гуляния были ей не по возрасту, да и атмосфера праздника оказалась, мягко говоря, не слишком приятной. Игорь и сам мечтал о тёплой постели и тишине, где не будет шумной сестры, её жениха, перепуганных родственников, не знающих, пригласили их или нет…
Но в доме горел свет. Игорь знал, что Саша так поздно без причины не могла не спать, потому удивлённо заглянул в гостиную и мигом отшатнулся.
— Ольга Максимовна, — одними губами прошептал он бабушке. — Будем заходить?
— Отойди!
Ева Алексеевна потянула внука за рукав пальто.
— Хлопни дверью, — приказала она. — А не врывайся, не предупредив.
Игорь подчинился, по правде, не до конца понимая мотивы бабушки — и уже тогда, когда услышал из комнаты шум, а Саша буквально вылетела в коридор на звук, понял, что этот разговор между матерью и дочерью точно не предназначался для посторонних ушей.
Признаться, он был рад, что ничего не расслышал. Сейчас было бы очень стыдно перед Сашей, да и Ольшанский знал: далеко не все секреты должны быть известны каждому члену семьи. Александра в последнее время и так стала очень закрытой, и на то были серьёзные причины. Испугать её, испортить и так расшатанные из-за её здоровья, их родителей и работы отношения — последнее, чего он хотел.
— Вы уже вернулись, — Александра несмело улыбнулась. — А мама… Заехала ко мне. Сказала, что не пошла к Яне, всё-таки, она там чувствовала бы себя чужой…
— Очень зря, — Ева Алексеевна говорила через силу, поддерживая эту смешную материнскую ложь. — Мы были бы очень рады видеть Олю за семейным столом. Здравствуй, дорогая, — женщина обошла Сашу, подошла к Ольге Максимовне, обняла её, словно видела впервые за последние несколько недель, а не сидела с нею за одним столом пару часов назад, и даже поцеловала в щёку. — Может быть, переночуешь у нас? Уже четыре часа утра, куда ты поедешь…
— Нет-нет, — заспешила та. — Мне уже пора, я обещала Коле, что подожду его дома…
Она спешно натянула сапоги, схватила свою верхнюю одежду и, напоследок едва улыбнувшись дочери, вылетела из квартиры.
Ева Алексеевна вздохнула и ушла к себе, сославшись на плохое самочувствие, а Игорь и Саша так и остались стоять в коридоре.
— Не знаю, что на неё нашло, — пытаясь оправдаться, выдавила из себя Саша. — Мы вроде бы просто разговаривали…
