ЗИМА[ЛЕТО] том 1 - страница 49

Он в сердцах высказал все, что думал. Это был второй раз в их супружеской жизни, когда муж повысил на нее голос.

Как трезвый бизнесмен, он четко просчитывал все возможные выгоды. С Ибрагимовым не получилось — ладно. Надо достойно принимать поражение. Но он потерял шанс помириться с Большаковым, с которым они были конкурентами, а могли бы стать союзниками и деловыми партнерами. Поженили бы детей, раз так вышло.

Но теперь и этому не бывать.

Ольга выписалась и будто с цепи сорвалась. Она высказала родителям все, что думает, и ушла из дома. Нашли, вернули. Заблокировали все карточки и приставили охрану. Однако слухи просочилось в прессу. Пришлось заткнуть болтливые рты и уволить часть прислуги.

Ольга сбежала снова, на сей раз так, что искали ее почти месяц. Бросила школу. Потом объявилась сама. Она заявила в полицию на родителей. Дело замяли, все рассыпалось. Слова без доказательств к делу не пришьешь. Доктора молчали. Ну, бывает… Любимый умер, случился выкидыш, и у несчастной поехала «крыша».

Надо было решать, что делать. Ольга стала слишком много болтать и привлекать излишнее внимание. Доказательств нет, но они людям, по большому счету, не нужны. Большакову-старшему уж точно. Изабелла договорилась, и Ольгу поместили на лечение в клинику доктора Гладышева. Он обещал, что все уладит, и сдержал свое слово.

Через два месяца Ольгу выписали. Она стала просто шелковой. Не болтала, послушно занималась с репетиторами и готовилась поступать в МГУ. Борис все равно рассчитывал, что она сможет послужить его делу.

Но…

Накануне выпускного она выкрала из сейфа документы и деньги. И пропала на полгода. Искали долго. Рыли носом землю, наняли частных детективов. Родители никуда не заявляли ни о краже, ни о пропаже человека. Чтобы избежать вопросов, всем официально сообщили, что дочь уехала учиться в Великобританию.

Потом она объявилась. Почему так долго скрывалась, стало понятно позже. Ей как раз исполнилось восемнадцать лет в конце ноября. Ольга запросила аттестат в школе, восстановила недостающие документы и снова исчезла.

В августе девяносто восьмого она подала документы в вуз. Ольга поступила на «журналистику». И, что удивительно, прошла по конкурсу. Мозги у нее отцовские. Правда, на платное. Вот для чего ей понадобилось столько денег. Хотя туда и на платное тоже конкурс ого-го! А на бесплатное идут только «блатники» со связями в приемной комиссии и льготники.

Изабелла снова хотела сдать девчонку в психиатрическую клинику, даже обдумывала, как ее перехватить около университета и увезти прямо оттуда, но тут Ольга позвонила сама. Она почувствовала слежку. Звериное чутье!

Впрочем, она всегда была маленьким зверенышем. Изабелла Юрьевна ее никогда не понимала. О, если бы только сын был жив! Но увы. Осталась только эта непокорная девчонка. Что имеем, с тем и работаем.

В этот раз Ольга не просто упрекала их, она угрожала. И то, что у нее было на руках, наконец заставило Изабеллу остановиться. Борис решил, что так будет лучше, и приструнил жену.

Там много чего было. Не только паспорт Ольги. Самые разнообразные бумаги, в том числе по последнему тендеру, лечению в клинике и медкарта Ольги. Также у девчонки была аудиозапись их с мужем разговора. Она как-то умудрилась записать на диктофон. Там было все. И про убитого Большакова, и про нерожденного ребенка.

Это была сделка.

Ольга купила себе спокойствие. Борис ей поверил. Все эти годы она не лезла на рожон, не мелькала в светской хронике, и эта история почти забылась, когда Изабелла снова ее повстречала.

Самое ужасное, что старые знакомые, уверенные, что дочь их живет и работает за границей, начали задавать вопросы. Кое-кто поздравлял с бракосочетанием; другие выражали фальшивое сочувствие, что партия не слишком подходящая.

Надо было что-то делать, и Изабелла решила все взять в свои руки.

На сей раз непременно получится.

Договорились в тот раз — непременно удастся договориться и сейчас. Денег дать или еще что… Неважно. Лишь бы только Ольга исчезла. Насовсем.

* * *

Ольга погуляла с бедным, несчастным Чарли. Он сразу сиганул на газон и потом с укоризной посмотрел на Ольгу: ну, что же ты? Почему тебя так долго не было?

— Ко мне, — сказала она и погладила песика по пышному загривку.

— Вуф-вуф!

Крохотный альфа-самец побежал дальше, и женщина с охраной за ним. Потом Ольга вспомнила, что надо кое-что купить, и отправилась за покупками. Прямо так, с собакой. Пошла пешком, чтобы размяться. Погода благоприятствовала. Дождя не будет, небо ясное, настроение прекрасное…

Мысли то и дело возвращаются к Зимину.

На лице сама собой появляется улыбка. Она уже соскучилась. Считает часы до вечера, когда его увидит. Хочется прикасаться, ласкать, целовать и не думать ни о чем.

Около магазина она привязала Чарли, и один из охранников остался курить и следить, чтобы песика не сперли.

— Кому сказать — не поверят, — сказал Иван Брилев. — Охраняю собакена.

— Вуф! — проявил мужскую солидарность пекинес.

Он уселся рядом, умильно глядя в глаза охранника. Тот погладил, и песик забил пышным хвостом, взметая пыль с тротуара.

Ольга в это время гуляла по магазину. Сначала она хотела купить новую колбу для термоса взамен разбитой. Не нашла и взяла вакуумный термос, весь из стали. Там заварит разные деревенские травки, которые они будут потом пить с Надюшкой после парилки.

Мясо взяла — мужу, рыбу — себе, корма — Чарли. Соседка потом отдаст деньги, а корм уже заканчивался, она это знала. До магазина старушке не дойти.