Безумные - страница 74

Что за черт?

Если я сильнее сожму бокалы и бутылку в руке, то треснувшее стекло поранит мою ладонь.

Её взгляд убивает меня. Подернувшись поволокой, сверкающие глаза смотрят на мои губы, точно призывают к себе, а у меня ноги точно в пол вросли. Не контролировать ситуацию – крайне сложно. Каролина медленно подходит ко мне.

– Сними с меня майку, – говорит она шепотом.

– А где же те самые пуговички?

Улыбается:

– Их нет.

Эти ремешки на плечах и груди сводят меня с ума. Ставлю на пол фужеры и бутылку шампанского (в этой комнатке нет даже стула!), потом осторожно касаюсь пальцами женского плеча и опускаю тонкую лямку кружевной майки. То же самое делаю со второй.

– Почему ты так тяжело дышишь, Макс?

Потому что твой лифчик с ремешками побуждает к грязным фантазиям! Потому что вся ты чертовски сексуальна…

– Тебе нравится то, что ты видишь? – Она провидит пальцами по шее, склонив на бок голову, потом медленно спускает руку к декольте и нарочно поддевает мизинцем край кружевного лифчика. Джинсы кажутся мне узкими.

– А сама-то как думаешь? – бросаю я, обхватив рукой её шею. Притягиваю к себе и упрямо заглядываю в глаза: – Не напрягайся, я все сделаю сам. Я сам тебя соберу.

– В чем дело, Макс? Боишься потерять контроль? – шепчет Каролина, одурманивая меня словами, запахом и мягкостью своих волос, что ласкают мне руку. – Ты всё и всегда контролируешь?

– Это помогает избежать проблем.

– А почему я должна стать твоей проблемой? Я лишь хочу, чтобы ты расслабился… – она целует мочку моего уха. Мышцы живота каменеют, а веки непроизвольно закрываются. Её прохладные ручки касаются моей спины, пальцы рисуют кривые линии и спускаются вниз. – Я хочу получить удовольствие… – ладошки уже под моей футболкой, – прикасаясь к тебе.

Распахиваю глаза. Крепче прижимаю её тело к себе и заставляю попятиться назад. Когда она оказывается у стены, расставляю руки в стороны и наклоняюсь к приоткрытому ротику:

– Ты проиграешь, – улыбаюсь я, лизнув языком её нижнюю губу. – Соблазнять и сводить с ума могу только я. Твое дело – наслаждаться.

– А как же ты?

– Я кайфую, когда вижу, что от моих действий и слов, девушки становятся безумными.

– Мм, значит вот почему ты – Безумный Макс?

Смотрю в её глаза:

– Так называешь меня только ты. – Кусаю остренький подбородок. Провожу языком по нежным губам, чувствуя горячее дыхание: – Ты любишь стонать, Каролина?

Она распахивает глаза и открывает ротик. Проникаю в него языком, сжимаю в руках её талию. Каролина целует меня так страстно и неистово, что вся энергия моего тела молниеносно концентрируется в паху. Она издает глухие стоны… Чем сильнее я целую её, тем глубже эти чертовы стоны…

– …Так? – спрашивает она, запыхавшись. – Так ты хочешь, чтобы я стонала? Или сильнее? Громче?

Я обескуражен её раскрепощенностью. Эти несколько секунд, что таращусь на нее, пытаясь привести свой расплавившийся мозг в исходное состояние, Каролина целует меня и резко хватается рукой за ремень на моих джинсах. Тянет на себя, вынуждая меня буквально придавить себя к стене. То, что она творит со мной – немыслимо. Я хочу быть в ней, на ней, под ней – хочу взять все её тело. Мой член упирается в её живот, вынуждая машинально двигать бедрами.

– Мы ведь с тобой играем, верно? – шепчет она, поглаживая мой живот пальчиками. – Мы, а не ты один. Не будь жадиной, Макс, поделись со мной немного. Дай мне возможность хотя бы раз сделать что-то самой… Пожалуйста…

Мы целуемся, но мои веки слабо поднимаются. Я смотрю на её ресницы, опускаю взгляд на курносый носик, что задевает мой, и пытаюсь понять услышанное. Что-то в этих словах отрезвляет, охлаждает разгоряченную голову.

«Дай мне возможность хотя бы раз сделать что-то самой, пожалуйста».

Пожалуйста?

Словно читая мои мысли, Каролина оставляет нежный поцелуй на моих губах, как будто напоследок. Наши взгляды встречаются, кончик моего носа касается её, и все, о чем я могу думать в эту секунду – она. В голову лезут мысли, которым запрещено там находиться. Меня не должна интересовать её жизнь, увлечения и причины, по которым она может грустить… Часто ли она ходит по клубам, много ли у нее друзей и есть ли среди них говнюки, которых давно пора было проучить…

Я понимаю, почему вся эта несусветица быстрой каруселью кружится в моей черепушке. Раньше такого не было, ведь мои девушки оставались для меня неизвестны, но эта… Черт возьми, эта – Каролина, дизайнер интерьера, что по необъяснимому стечению обстоятельств работает над нашим проектом. Вот она смотрит мне в глаза и понятия не имеет, что мы вместе шли пешком через центральный парк и пили кофе. Это меня ты пригласила на обед в пекарню, где я купил тебе стеклянную бутылку газированной воды чисто автоматически, потому что знал, что ни сок, ни чай ты не захочешь. Потому что ты любишь газированную воду в стеклянных бутылках…

Чем больше я знаю о тебе, тем загадочнее ты становишься для меня, Каролина.

22

Я заигралась. В какой-то момент меня унесло так далеко, что я перестала ощущать себя. Другая часть меня требовала смелых и дерзких прикосновений, жаждала власти над телом и мыслями Макса. Градус эротичности последних нескольких минут взлетел до красной зоны; я чувствовала себя настолько уверенно, что решила, будто смогу совершить нечто непристойное, но чертовски соблазнительное. Вот так, сама! Стянуть с него футболку и джинсы, повалить крепкое тело на пол и исследовать каждый уголок… Губами, языком. Мне такое в новинку. Но как только я готовилась подняться на одну ступеньку выше, как только я чувствовала, что мои слова и действия вынуждают Макса буквально вздрагивать, он неминуемо ставил мне подножку. Поначалу, его изворотливость только раззадоривала меня; играть, дразнить и соблазнять – по-своему весело. Но потом, когда из головы напрочь исчезло понимание о том, кто такой этот Макс на самом деле (я и не думала заниматься ничем таким, от чего потом краснела бы как цветки мака при встрече с Максом-заказчиком!) меня внезапно охватило знакомое отчаяние. Мне почти удалось почувствовать себя Илоной – раскрепощенной, уверенной и обольстительной девушкой, чей взгляд, голос и движения способны одурманить мужчину. Я почти стала ею… Пока сдуру не ляпнула самую глупую и самую непостижимую чушь, что смогла за несколько секунд окунуть меня в ледяную прорубь и в мгновение ока избавить от похотливых мыслишек.